Абриль кивнула, сняла халат, прикрывающий пижаму, быстро откинула одеяло и забралась в кровать с той стороны, что ближе к двери кабинета. Она устроилась на этой стороне, подложив подушку за спину, чтобы было удобно смотреть фильм на компьютере, но тут поняла, что не может включить фильм оттуда, где сидела. Отбросив одеяло, она опустилась на колени и доползла до изножья кровати, чтобы схватить мышь с рабочего стола. Затем она быстро вернулась в исходное положение, натянула одеяло и взглянула на Криспина.

Он сел на край кровати и стал снимать обувь и носки. Затем он встал, повернулся и замер в нерешительности.

— Ты же не собираешься спать в одежде? – спросила она. – Разве Люциан не говорил, что Робертс захватил твои вещи из дома? Разве там нет пижамы?

— Никакой пижамы, – извиняющимся тоном сказал он, снимая пиджак.

Абриль посмотрела на него, но когда он начал забираться в кровать, она сказала: – Тебе будет неудобно спать в рубашке и брюках. К тому же ты их сильно помнёшь. – Она помедлила, а затем, наконец, сказала: – Ты можешь спать в боксерах. Я тебе доверяю.

Криспин приподнял одну бровь. – А откуда ты знаешь, что я ношу… – Он на мгновение замолчал, а затем криво улыбнулся. – Точно, ты перекладывала моё бельё из стиральной машины в сушилку после инцидента в бассейне.

Абриль кивнула с улыбкой. – Они показались мне очаровательными.

Она не удивилась, когда Криспин покраснел. На его боксерах были нарисованы мультяшные уточки, а сзади посередине – надпись «butt quack» (Кря задница).

— Моя сестра подарила на прошлое Рождество. У неё своеобразное чувство юмора, и она обидится, если я их не буду носить.

Абриль усмехнулась, услышав это заявление, но почувствовала лёгкую меланхолию оттого, что у неё не было таких отношений с родной сестрой. Да и вообще с другими братьями и сёстрами. Она даже немного ревновала.

Повернувшись к монитору компьютера, она немного покрутила мышью, чтобы дать ему возможность побыть наедине, пока он снимал рубашку и штаны, и прокомментировала: –  Похоже, у тебя хорошие отношения с братьями и сёстрами. Ты потакаешь сестре и, похоже, ладишь с Кассиусом.

— Я близок со всеми своими братьями и сёстрами, – рассеянно признался Криспин, и она услышала шорох одежды, когда он раздевался. Она не осмелилась взглянуть на него, пока кровать не прогнулась, когда он забрался на неё. Она скорее почувствовала, чем увидела, как он натянул одеяло, чтобы укрыться.

Когда она наконец подняла голову, он поправлял подушку за спиной. Её взгляд скользнул по его красивой обнажённой груди, а затем она быстро вернула взгляд к монитору, чтобы не начать пускать слюни, как собака. Это напомнило ей о Лилит, и её тут же охватило беспокойство. Повернувшись к нему, она спросила: – Сколько ещё ждать, пока эта Вэлори придёт?

— Не знаю, – признался Криспин. – Но я уверен, что она прибудет как только сможет. Я также уверен, что с Лилит всё в порядке. Я проверял её, пока собирал вещи, и, похоже, дышит она нормально. Похоже, она просто спит.

Абриль благодарно улыбнулась ему, её взгляд сам собой опустился вниз, лаская его грудь. Чёрт, он был прекрасен! Грудь была такой же прекрасной, как и в бассейне. Просто до умопомрачения. Встряхнув головой, она заставила себя снова взглянуть на монитор и спросила: – Какие фильмы тебе нравятся?

Криспин наконец закончил укладывать подушку по своему вкусу и взглянул на монитор. – Не уверен. Я не так уж много времени провожу за просмотром фильмов. Только иногда, когда у меня остается младшая сестра.

— Какие фильмы вы смотрите? – с любопытством спросила она.

— В детстве она любила мультфильмы. В подростковом возрасте – ужасы. Но в последнее время, похоже, ей нравятся, как она сама это называет, трагические романы (мелодрамы).

— Трагические романы? – спросила Абриль, стараясь не поморщиться.

Криспин кивнул. – Хотя я никогда не пойму, почему ей нравится смотреть то, что доводит её до слёз.

Абриль слабо улыбнулась. – Да, я сама никогда не понимала, зачем людям это смотреть. Жизнь и так достаточно печальна, чтобы добивать себя.

Он пробормотал что-то в знак согласия, а затем добавил: – Хотя, «Пиксели», мне понравились.

Абриль помнила об этом, пролистывая фильмы на Netflix, пока её взгляд не упал на «Мистер Совершенств» («Mr. Right»). Нажав на него, она сказала: – Возможно, тебе понравится. Мне нравится. Посмотрим.

Абриль поймала себя на том, что большую часть фильма наблюдает за выражением лица Криспина, смотрящего «Мистер Совершенство», чем сама смотрит фильм. К её огромному облегчению, ему, похоже, понравилось. Она была рада. Это был её любимый фильм, который она пересмотрела уже три раза, а Абриль обычно не смотрела ни один фильм больше одного раза.

Она поставила фильм на паузу и спросила не голоден ли он или может хочет пить.

Криспин помедлил лишь мгновение, прежде чем ответить: – Вообще-то да. – Встав с кровати, он добавил: – Подожди здесь, я принесу нам закуски и напитки.

Он уже вышел за дверь, когда её взгляд упал на кучу провианта на углу стола. Попкорн и чипсы, которые она принесла ранее, и газировка, которую он, очевидно, принёс, пока она переодевалась. Она хотела окликнуть его и напомнить о продуктах в кабинете, но газировка уже давно стояла на столе и, несомненно, согрелась, поэтому она промолчала и просто ждала его возвращения.

Криспин не закрыл дверь до конца. Абриль поняла это, услышав, как Люциан с отвращением спросил: – Кря?

Ей пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться, услышав это. Она была рада, что не рассмеялась, иначе не услышала бы ответа Криспина, – Ты что, пялишься на мою задницу, дядя?

Абриль все еще улыбалась, когда Криспин вернулся пять или шесть минут спустя с двумя сэндвичами типа «Дагвуд» и стаканами, полными кубиков льда, на подносе, а также с пакетом чипсов, свисающим изо рта.

Она тут же вскочила с кровати, чтобы помочь ему, схватила чипсы и закрыла за ним дверь.

— Спасибо, – сказал Криспин, обходя кровать, чтобы забраться на неё сбоку. Он подождал, пока она сядет рядом, а затем поставил поднос немного впереди, между ними. – Я не знал, какие сэндвичи ты любишь, но надеюсь, эти подойдут.

— Ух ты! – с улыбкой сказала Абриль. – Похоже, сэндвичи из продуктов из холодильника. Как ты их так быстро приготовил?

— Бессмертный навык, – сказал он с ухмылкой, а затем признался: – Вообще-то, Брикер делал сэндвичи, и всё было на столе. Мне оставалось только всё собрать и принести стаканы. – Он немного помолчал, а затем признался: – А ещё я забрал его чипсы. Это ускорило дело.

Услышав это, Абриль усмехнулась и потянулась за ближайшим сэндвичем.

— Ну как? – спросил он, как только она откусила. – Мои брат и сестра их любят, но я не уверен, какие они на вкус, поэтому не уверен, что тебе понравятся.

Абриль взглянула на него с любопытством. – Ты никогда раньше не пробовал сэндвич «Дагвуд»?

Когда он удивился её вопросу, она поморщилась и сказала: – Точно. Ты не ел с 751 года до нашей эры. – Её глаза расширились от осознания. – Чувак! Ты не ел столетия.

— Скорее, тысячелетия, – поправил он. – Почти три, если быть точным.

— Три..тысячи…лет, – пробормотала она.

— Всего лишь чуть больше двух столетий до трех тысяч, – отметил он.

— Ты же родился в 900 году до нашей эры, – вспомнила она и снова ощутила ужас, охвативший её, когда она узнала об этом. В тот момент ей пришлось столько всего осознать, что она как будто отодвинула эту информацию, чтобы сосредоточиться на другом. Однако теперь даже Дагвуд не отвлекал её от того, что она сейчас в постели с мужчиной, который старше её на века.

— Да, 900 год до нашей эры, – согласился Криспин, и, глядя на неё, он начал испытывать беспокойство. – Понимаю, это, должно быть, для тебя шок.

— Шок? О нет, – заверила она его. – Все мои кавалеры родились до Христа. Это как раз тот тип парней, который мне нравится. Им тысячи лет. – А потом она закрыла глаза, покачала головой и пробормотала: – Вот это да, а Барб считала, что семилетняя разница в возрасте – это тревожный сигнал, когда речь идёт о мужчинах.