— А здесь цвет ее волос посчитали уродством, вот и поместили отдельно в качестве запчастей для оригинала.

— В смысле? — резко выпрямилась Милана, с ужасом глядя на совершенное тело девушки.

— Ну, вдруг хозяйке тела понадобится заменить больной орган. Так в этом теле все ее собственное, генетически родное!

— Какой ужас! Давайте ее спасем! — в глазах бывшей риелторши зажегся решительный огонек.

— Этим мы сейчас и займемся! — я внимательно посмотрела на небольшую панель в головах прозрачной капсулы, над которой вращался разноцветный голографический шарик с нанесенными на каждый цвет символами.

— Как? Мы правда ее спасем? А когда займемся телом Электры?

— Это и есть тело Электры! Именно его она для себя выбрала. А если бы не это, то просто любую девушку мы не смогли бы спасти. Не забывайте, что это лишь пустые оболочки, в который потом переносится сознание владельца клона.

Ребята понятливо закивали, стараясь как можно меньше оглядываться по сторонам. И я их прекрасно понимала, кроме этой красотки, все остальные тела в той или иной мере имели свои уродства.

— Кунсткамера какая-то! — прошептала Милана.

— Так! Прошу всех немного отойти и ничего у меня не спрашивать! Если я ошибусь… короче, тогда ничего хорошего нас не ждет!

Ребята тихо, словно тени, начали пятиться, образуя вокруг меня зону тишины, а я снова прикрыла глаза, вспоминая нужную мне комбинацию. Было откровенно страшно! Но большие способности — большая ответственность!

Постаравшись абстрагироваться от возможной неудачи, я закрыла глаза, вспомнив символы для перемещения сознания в тело, и быстро дотронулась до нужного сочетания знаков.

Тут же капсула отреагировала мельтешением огоньков, и внутри нее начались какие-то процессы, отчего-то покрыв изнутри стекло черным цветом. Я заволновалась, но нужно было довести дело до конца. Глубокий вдох — выдох, и последняя комбинация знаков.

Капсула снова стала прозрачной, явив нам уже «одетую» девушку. На ней был тот самый черный комбинезон, которые выдавали и нам перед экспедицией.

— Ну что? Получилось? — навис над ней один из аборигенов.

— Надеюсь.

— Что? Ты не уверена? — выдохнул Игорь.

— Я сделала все в точности, как сказала мне Электра. Но пока девушка не откроет глаза и не заговорит, мы не узнаем, получилось у меня или нет.

— И сколько нам ждать пробуждения красотки? — подбоченилась Милана, — дождемся, что нас здесь же и застукают!

— Не застукают, нужно уходить, потом разберемся! — нажала я сенсор открытия «саркофага». — А теперь, ребята, ваша очередь принести пользу нашему мероприятию.

— Что нужно делать? — Кхор с готовностью шагнул ближе, и по моей спине побежали мурашки. Вот это — настоящий мужчина! Меньше слов — больше дела!

— Придется ее нести, пока в себя не придет. Да и потом, я очень сомневаюсь, что она сможет идти сама.

— Ладно, понесем! Нас тут семь мужиков, будем меняться, если что. — Нахмурился, вспоминая, Игорь, и тут его взгляд упал на прижимающего к своей груди бокал с аэроляриями Фира. — Вернее, шесть.

Я шагнула в сторону, уступая место Кхору, и втайне завидуя этому бесчувственному телу. Я бы и сама сейчас была бы очень не против оказаться у него на руках.

Мужчина наклонился и с легкостью поднял хрупкую фигурку. И в ту же секунду послышался вой сирены, а бездушный голос произнес:

— Внимание! Обнаружено проникновение на охраняемый объект!

Внезапную панику с попыткой вспомнить, что же я забыла сделать и до какого символа дотронуться, сменила уверенность, что я все сделала верно. Видимо, чего-то не знала и сама нейросееть.

В любом случае, нам нужно было бежать! И чем скорее, тем больше у нас шансов выбраться отсюда.

— Так, ребята, раз такое дело, переходим к плану «B»!

— Что это за план?

— Это значит — валим! Быстро за мной к эвакуационному выходу!

Переданный Электрой перед входом в институт план здания объемной схемой завис у меня перед внутренним взором, отчего я уверенно бежала впереди всех, одновременно задействовав отвод глаз.

Лифтом я пользоваться побоялась, предполагая, что его обязательно встретят внизу. Оставалось надеяться, что камеры наблюдения еще не включили, ведь очень сомнительно, что на аппаратуру подействует мое ментальное внушение.

А вот и нужная нам лестница для эвакуации технического персонала. Дверь, как ни странно, не открылась, и я растерянно оглянулась на столпившуюся компанию беглецов.

— Дай я попробую! — Игорь оттеснил меня в сторону и с силой надавил на створку, толкая ее внутрь стены. Там что-то громко заскрипело и хрустнуло, и дверь медленно, под напором парня, начала двигаться.

К Игорю тотчас присоединился Йорг, и вскоре образовался достаточный проем, чтобы мы могли протиснуться. Все так же не пришедшую в себя девушку мужчины, аккуратно передавая из рук в руки, пронесли сквозь узкий лаз. И мы оказались на самой обыкновенной лестнице.

— И сколько этажей нам спускаться? — Милана, встав на цыпочки, посмотрела в окно, пытаясь представить высоту, на которой мы находимся.

— Лучше ориентироваться по зданию напротив, — посоветовал Фир, — все дома на острове одной этажности, а именно, восемьдесят девять этажей.

— Пойдемте, мы теряем время! По дороге расскажешь, Фир, — поторопила я ребят и резвым козликом побежала вниз.

— Мы примерно на двадцатом пятом этаже, — догнал меня голос Фира.

Дальше мы спускались молча, лишь позади несколько человек тяжело дышали от долгого бега. Даже не оборачиваясь, я знала, что это Фир и те три аборигена, что не попали под «раздачу» древней инопланетной ДНК. Я же сама совсем не устала, и, предполагаю, все остальные тоже.

Сирена все еще продолжала разоряться, и было понятно, что нас уже ищут! Я бросила взгляд на блондинку в руках у Кхора, она все еще не пришла в себя. И я уже начинала волноваться, вдруг перенос сознания не удался, и мы украли просто пустую телесную оболочку?

— Устал? Отдай ее Игорю или Йоргу.

— Отдам, если разрешишь понести тебя! — ответил мужчина, белозубо улыбаясь и бросая на меня наглый, пронзительный взгляд.

— Обойдешься! — фыркнула я, отворачиваясь, но все же ощущая, как тело покрылось приятными мурашками от этого невольного флирта.

Ощутив мгновенное беспокойство, сосредоточилась на нашем пути и тихо выругалась, понимая, что чуть не проскочила нужный этаж. Схема, запечатленная в моей памяти, показывала выход на пятом этаже здания и переход к огромному лифту, отмеченному жирной красной точкой.

Ребята, не задавая лишних вопросов, последовали за мной. К счастью, дверь лифта приветливо открылась, но я сначала заглянула внутрь, опасаясь засады.

Мы в молчании ехали вниз, удивленно разглядывая просто гигантское помещение грузового лифта, словно предназначенное для перевозки крупной техники. На его стенах располагались небольшие раскладные стульчики с болтающимися рядом эластичными ремнями, оканчивающимися пристяжными карабинами. Такое в лифте я видела впервые!

Двери с шипением открылись в темноту, лишь слегка подсвеченную огоньками аварийного освещения. И мы поняли, что оказались в длинном тоннеле, напоминающем заброшенную ветку метро.

Медленно вышли наружу, осторожно оглядываясь, и тут послышался тихий стон. Я вздрогнула, бросая взгляд на зашевелившуюся на руках мужчины блондинку. Она открыла сонные глаза и несколько раз моргнула, глядя на меня с легким удивлением, словно пытаясь вспомнить.

— София? — с трудом вытолкнула она слово, а я чуть не подпрыгнула от радости.

— Получилось! Ура! Электра, у нас получилось! Ты теперь живая!

— Жи-вая, — повторила она слово, словно пробуя его на вкус. — Вот только… — она поморщилась, — я ощущаю гипертонус четырёхглавой мышцы бедра, амплитуда в 2,1 раза выше фоновой, и эквивалент механического воздействия: ~180 Н/см² на рецепторном уровне.

— Ерунда! Просто у тебя мышцы затекли на руках у Кхора. Электра, я так рада, что у меня все получилось! Вернее, у нас все получилось! Фух! Прямо камень с души упал! Что нам делать дальше? Ты говорила про какой-то транспорт на магнитной подушке, но здесь ничего нет!