— Заодно и сами отвлечемся, — поддержала я. — О, вот и он!
К нам приближался Никита. Рядом с ним шел Паша. Братья были одеты в темные чиносы, бежевые бомберы и светлые рубашки навыпуск.
— Вы сегодня решили по-братски принарядиться? — встретила я их вопросом.
— У вас тоже единый семейный стиль, — заметил Никита.
Под моим пальто-халатом сегодня было надето развевающееся серо-голубое платье до колена, волосы тоже были собраны, но в хвост с крупными кудрями.
— Вы выглядите великолепно, — обратился к нам с мамой Паша. Его взгляд мимолетно скользнул по мне и задержался на маме.
— Марина, — мама улыбнулась и протянула руку.
— Очень приятно, Марина. Паша.
Никитин брат взял мамину руку и поцеловал ее.
— Никита, поздравляю тебя с днем рождения! — внимание мамы переключилось на именинника. — Спасибо за приглашение. Понимаю, что мой приезд — совершенная случайность для вас.
— Спасибо, Марина Николаевна. Я очень рад, что вы здесь! — голос Никиты прозвучал искренне.
— Так и просится сказать банальность, — Паша улыбнулся, его ямочки придали его обаянию дополнительное очарование.
— Иногда случайности действительно случайны, — мама тоже улыбнулась.
— Пашина машина стоит неподалеку.
У машины Никита открыл дверь для меня, а Паша для мамы. Она устроилась на переднем сиденье, рядом с водителем.
Пока Паша с мамой о чем-то переговаривались, Никита повернулся ко мне и тихо произнес:
— Лиля, спасибо за то, что согласилась прийти сегодня.
— Прибереги свою благодарность для моего подарка, — хихикнула я.
— Ого, ты умеешь закидывать интригу…
— Эй, ты должен был сказать, что лучший твой подарок — это мое присутствие! — шепотом возмутилась я.
— Дорогая Лиля, лучший мой подарок — это твое присутствие, но после твоей интриги ты не представляешь, что творится в моей голове.
— Вот и мучайся теперь из-за своего неправильного ответа, — я дурашливо показала ему язык.
— Но ты даже не задала вопрос! — он с таким же дурашливым видом округлил глаза.
— А это уже не мои проблемы. И теперь не смей думать, что зря пригласил меня! Сам виноват!
— Я бы никогда не допустил и намека на подобную мысль.
— Приехали, — раздался Пашин голос.
Ресторан находился в центре города. На входе нас встретил вежливый персонал и проводил за стол рядом с панорамным окном, откуда открывался потрясающий вид на набережную. На столе стояли разные блюда из рыбы, мяса, несколько салатов, закуски, сырные, мясные, овощные нарезки, вино, вода и чай. Подошедший официант спросил, когда подавать горячее.
— Ого, как много всего, я думала, мы сегодня будем только вчетвером, — вырвалось у меня.
— Это Паша настоял на том, что лучше больше, чем меньше, — стал оправдываться Никита.
— Хоть мы и в ресторане, гостеприимства никто не отменял, — объяснился Паша.
— Щедрость — приятная человеческая черта, — мама деликатно вступилась за Никитиного брата.
— Благодарю, Марина, — сказал Паша, отодвигая для мамы стул.
Мы принялись за еду и быстро перешли к поздравлениям. После Пашиного тоста наступил наш с мамой черед.
— Никита, мы с тобой знакомы не близко, но в нашем доме ты оставил о себе впечатление хорошего человека, — начала мама наше подготовленное поздравление.
— А у хорошего человека должно быть как можно больше здоровья, успехов, радости и много-много мюзиклов на одной флешке!
— Лиля сказала, что ты обожаешь мюзиклы так же, как и она. Ночью мы с ней созвонились и собрали для тебя все наши коллекции. Здесь и съемки с театральных постановок, и экранизации. Есть особенно редкие экземпляры, которые я доставала через третьих лиц.
Мама выглядела такой счастливой, а Никита таким обескураженным, что я с трудом сдерживала смех. Паша быстро перехватил мой взгляд. Его глаза заблестели игривым лукавством, он мгновенно понял ситуацию. Имениннику удалось наконец прийти в себя, чтобы поблагодарить нас с мамой за подарок. Мама, очевидно, списала его реакцию на безмерное блаженство от количества мюзиклов, ожидавших Никитиного внимания.
Дальше вечер протекал так же весело и непринужденно. Я впервые видела маму такой открытой и такой…другой. В ней было что-то, чего было раньше. Но я не могла выяснить для себя, что именно. Кажется, ее движения были мягче, чем обычно, а голос — ниже. Паша при каждом удобном случае разворачивал разговор таким образом, чтобы узнать о моей маме как можно больше.
Когда вечер подходил к концу, Никитин брат решил узнать наши адреса, чтобы построить маршрут.
— Меня пообещала довезти до поселка соседка, с которой я приехала сюда утром.
Извинившись, мама вышла, чтобы позвонить. Она вернулась огорченной. Соседка не брала трубку.
— Ничего страшного, Марина. Закинем ребят по домам, и я отвезу тебя.
— Это как-то совсем неудобно…
— Неудобно оставлять женщину в неизвестности.
Я тут же посмотрела на маму. Конечно, Паша имел в виду сложившиеся обстоятельства, и он понятия не имел, как это могло прозвучать для нее. Но мама лишь признательно посмотрела на него.
— Лиля, не хочешь прогуляться по набережной? Погода хорошая, еще не слишком поздно. Я провожу тебя до общежития, — спросил меня Никита.
— Как можно отказать имениннику, — наигранно вздохнула я.
Мы попрощались с мамой и Пашей и отправились на прогулку под аккомпанемент свежего ветерка.
— Тебе не показалось поведение твоего брата и моей мамы странным?
— Если под «странным» ты подразумеваешь, что твоя мама может стать моей мамой, а мой брат может стать твоим, братом, то да. Они вели себя действительно странно.
— Это же…бред какой-то.
— Почему бред?
— Потому что моя мама старше его на десять лет.
— Не такая уж и большая разница в возрасте. И они оба взрослые люди.
— У мамы начался процесс развода, она не так давно узнала о предательстве отца.
— Твоя мама переживала его утрату довольно длительный период. А процесс развода — это не процесс регистрации брака. Она свободная женщина.
— Ты считаешь нормальным их поведение? — возмутилась я.
— А должен считать иначе?
— Конечно! Это моя мама и твой брат!
— Можем устроить двойную свадьбу.
— И кем мы тогда будем с тобой приходиться друг другу? — на полном серьезе задумалась я.
— Мужем и женой.
— А еще братом и сестрой.
— Сводными.
— И дядей и племянницей?
— Или тетей и племянником? Смахивает на известный сериал.
— Почему я должна быть твоей тетей? Если моя мама выйдет за твоего брата, то…
— То мы будем двоюродными братом и сестрой?
— А не троюродными?
— Почему троюродными, если я буду брат твоего отчима.
— Тогда я все правильно сказала! Ты будешь моим дядей, а я твоей племянницей!
— А почему мы будем братом и сестрой?
— Потому что моя мама…ой, она же не за твоего отца выходит замуж, а за брата. А кем она тогда будет тебе?
— Снохой?
— Сноха — это, по-моему, жена брата. Блин, я запуталась.
— Я тоже. И это мы еще до их общих детей не добрались!
На моем лице настолько явственно возникло выражение ужаса, что Никита громко рассмеялся. Его смех и абсурд того, что мы прямо сейчас обсуждали, заставили меня присоединиться к нему.
— Вообще-то это не смешно, — сквозь хохот проговорила я.
— Не смешно то, что мне придется пересматривать тонну мюзиклов, чтобы поддержать разговор с твоей мамой!
— Не преувеличивай, не тонну. Всего лишь несколько десятков.
— Фух, хотя бы не сотню, — облегченно вздохнул Никита.
— Ну, или несколько сотен, — невзначай пробросила я.
— Сколько?! — Никита схватился за сердце. — Тебе придется разделить эту участь со мной, раз уж ты меня в это втянула. Я могу смотреть мюзиклы только, когда ты рядом.
— Если хорошо попросишь.
Моя последняя фраза вмиг изменила настроение между нами. Никита развернулся и прижал меня к черному металлическому ограждению. Я почувствовала, что сама превращаюсь в нечто зыбкое и эфемерное, как река за моей спиной. Никита наклонил ко мне голову и стоял настолько близко, что мы почти соприкасались носами.
