Высокий символизм того, что кара всегда настигнет преступника, вне зависимости от его происхождения и статуса, что любой может рассчитывать на защиту, а люди… У людей всегда будет разное мнение и отношение к вердикту. И только ребёнок смотрит без сторонних эмоций, олицетворяя собой надежду: новое поколение усвоит уроки прошлого.

― Почему так сложно жить по совести? - вырвался невольный вопрос.

ー Возможно? потому, что путь соблазна выглядит проще. А лёгкость всегда манит. Людей, двуликих, демонов, даже фей, - Двэйн осторожно сжал мою руку.

Мы сидели в карете с императорским гербом. Приехали чуть заранее. Мой маг без слов понимал, как мне тяжело собраться и решиться. Несмотря на всё, что сотворила Милена Розамель, она всё ещё оставалась моей матерью.

ー Я всегда не понимала, почему мама меня так ненавидит. Хотя я изо всех сил старалась быть хорошей дочерью.

ー А твой отец? - Двэйн спрашивал, но я не знала, что ему ответить.

ー Отец… Я почему-то догадывалась, что он скорее терпит меня. Особенно когда встал вопрос о том, что моя сила феи всё не пробуждалась.

ー Но?

ー Но несмотря ни на что, он оказывал мне посильную поддержку и помощь. Защищал, когда это было в его силах. Ты же знаешь, что в семьях фей в основном царит матриархат.

ー Кстати об этом, ー мой рыжик приобнял меня за плечи. ー Думаю, что можно совместить традиции. Ты войдёшь в мой род, но главой семьи станешь ты.

ー Почему ты это предлагаешь?

ー Потому что уверен, что ты справишься, Эри, ― такой простой ответ на казалось бы очень непростой вопрос.

ー Ты уверен? ― на всякий случай посмотрела ему в лицо.

ー Абсолютно, ― мой рыжий интриган улыбнулся, а я кивнула и положила ему голову на плечо.

ー Двэйн, я ведь никогда не спрашивала…

ー Тайны в этом нет, моя Конфетка. Мой отец был демоном. Побратим дедушки Гэйла и один из величайших генералов империи. Мать ー человек, маг огня и фрейлина покойной императрицы, супруги Радомара Райс, Валенсии Райс. К сожалению я был совсем мал, когда отца не стало. Он погиб, защищая наши границы во время Смуты Княжеств. Тогда междоусобицы соседей породили много конфликтов. Он пал смертью героя. Матушка воспитывала меня одна, отказавшись от статуса фрейлины и повторного брака. Справедливо опасалась за мою жизнь. Парира Файрэд была очень сильной женщиной. То, каким я вырос, исключительно её заслуга. Отца звали Дарк Файрэд. Из-за его магии ー чёрного огня. Способного не только отбирать жизнь, но и лечить. Хотя знали этот секрет немногие. Даже среди расы моего отца подобное считается редким даром.

Двэйн ненадолго замолчал. Я ждала, давая ему время на то, чтобы продолжить или прекратить разговор. Всё же подобные воспоминания всегда несут за собой порцию боли.

ー Я рос на историях об отце и всегда мечтал стать таким же сильным как он. Однако, ー его легонько пальцы сжались на моём плече. ー Но, в юности мне физической силы не доставало.

ー Тебе? ー удивление скрыть не удалось, ведь я прекрасно помнила его тренированное крепкое тело и даже щупала его неоднократно.

ー О да, ー послышался смешок. ー Высокий и худой, как жердь. Меня с кулака мог побороть любой крепкий и широкий в плечах или более ловкий ровесник. Но, зато, открылся дар к магии огня. Поэтому я поступил в Академию. Потом уехал в Княжества, по возвращении продолжил обучение, где и познакомился с Гэйлом, тогда ещё принцем.

Я хотела спросить ещё что-то, но Двэйн вздохнул.

ー Нам пора, моя Конфетка, ー заседание вот-вот начнётся.

Он первым покинул карету, подал мне руку, помогая спуститься. Прохладный ветер заставил меня поёжиться. На плечи лёг камзол, укрывая меня. А за спиной едва не появились крылья от того тепла, которое исходило от мужчины.

Он больше не говорил со мной. За него говорили поступки. То, как он придержал меня на лестнице, помогая удержаться на дрогнувших ногах. Как открыл передо мной тяжёлые двери, пропуская вперёд.

Здание Суда встретило нас пустыми коридорами. Ещё по дороге Двэйн объяснил, что это будет сделано специально. Чтобы тот, кто следит за ситуацией с Миленой Розамель, смог услышать то, что должен услышать. Для остальных же хватило объяснения о закрытом заседании из-за высокого ранга преступницы. Всё же моя мать пока что всё ещё являлась главой рода Розамель. До вынесения приговора.

У дверей нас ожидал мужчина в судейской мантии низшего ранга. Выглядел он довольно взросло для такого статуса и, почему-то показался мне смутно знакомым. О чём я решила рассказать моему рыжему магу чуть позже.

Перед тем как войти, Двэйн забрал свой камзол и успел одними губами произнести: “Всё будет хорошо”. Вдох. Выдох. Я должна с этим справиться.

ー Явился свидетель по делу, ー судья младшего ранга открыл дверь и произнёс эти слова.

Потом пропустил меня вперёд. Шаг. Шаг. Гулкое эхо моих шагов. Шёпотки присяжных. Косые взгляды. Но не это заставляло моё сердце сжиматься от боли и отчаяния. Признаюсь, я ожидала увидеть всякое. Кроме взгляда матери полного отчаянной ненависти и самого глубокого презрения.

Глава 56

― Займите своё место за трибуной, ― старший судья, лорд Раваэль, почтенных лет мужчина, уловил возникшее напряжение.

Я последовала указанию и поднялась по ступенькам. Несмотря на нервозность, мне каким-то чудом удалось окинуть окружающую обстановку беглым взглядом. Что имелось? Слева от меня присяжные от разных слоёв общества в количестве двадцать четыре мужчин и женщин. Прямо ― глаза в глаза ― старший судья и по бокам от него двое судей столицы и прилегающих территорий, к которым относилось и владения нашей семьи. А также справа от них представитель императорской судебной коллегии и слева ― директор академии Исполнения Судебного Права империи. Младший Имперский Трибунал, решение которого можно оспорить только одним способом ― добровольно самостоятельно уйти из жизни.

Направо же старалась не смотреть больше. Мать, всегда так ярко блиставшая в обществе. Та, чьё имя в дорогих салонах было на слуху. Сиятельная графиня-фея Милена Розамель сейчас выглядела как оборванка. В простом грубом сером платье, больше похожем на мешок, со всклоченными волосами и бледным лицом с залёгшими под глазами глубокими тенями ― дымка былого величия и власти, которой она когда-то обладала.

Единственное, что меня успокаивало больше всего ― магические кандалы. По крайней мере в зале суда она мне ничего не сделает. А потом… Потом буду надеяться, что выживу и проживу долгую и счастливую жизнь. В конце концов, я сама предложила эту авантюру, поздно сигать в кусты.

― Представьтесь, ― прозвучал вопрос, которого, казалось, я ждала целую вечность.

― Графиня Эрианта Розамель, ― слетело с губ уже привычное.

― Да как ты смеешь! ― закричала моя мать, но пристав дёрнул её назад, чтобы не вывалилась ограждение своей трибуны.

― Кхм, ― нахмурился лорд Раваэль. ― Давайте начнём заново. Прикоснитесь к артефакту правды, назовите своё имя и титул, а также сопроводите объяснениями, если это требуется.

Другой пристав принёс и поставил на высокой подставке уже знакомый мне артефакт в форме шара. Спокойно положила ладонь и заново представилась.

― Моё имя и титул Леди Эрианта, графиня Розамель. Титул был передан мне по личному приказу Его Императорского Величества Гэйла Райс.

Шар мягко сиял белым светом, подтверждая правдивость моих слов. Мне показалось, что мать отчётливо скрипнула зубами. Ещё бы, ещё до решения суда её так унизили. А дальше будет хуже.

― Леди Эрианта, ― старший судья выбрал более мягкое обращение, вероятно из-за опасений, чтобы Милена Розамель не утратила остатки рассудка из-за злости. ― Вы узнаете эту женщину?

И показал ладонью в сторону обвиняемой. Пришлось повернуть голову и внутренне вздрогнуть от ещё большей ненависти, хотя казалось, что хуже уже и быть не может. Дрожь в голосе скрыть не удалось.

― Эта женщина ― графиня Милена Розамель. Моя мать.