— Мама, может не здесь? — я попыталась воззвать к благоразумию своей родительницы, но, похоже, умудрилась довести её до ручки одним своим видом.

— Горе мне, горе! — мама прикрыла глаза рукой и несколько раз надрывно вздохнула. — Я тебя даже в свет вывести не могу. Стыд да и только. Ничему полезному в этой своей Академии ты не научилась.

— О, смотри, Анту отчитывают, — услышала я голос одной из сестёр, как на подбор таких же хрупких и миловидных феечек, что и Милена. — Плакать сейчас будет.

«А вот и не буду, — подумала зло. — Меня уже научили, что плакать не выход».

— Эрианта Розамель, — маменька по полному имени обратилась, я аж сглотнула от страха. — Я поговорю сегодня на ужине с отцом. В течение недели мы выберем тебе подходящего жениха среди знакомых.

— Но мама! У меня же ещё не появились крылья! — вырвалось быстрее, чем я успела прикусить язык.

— Передашь дар своей дочери или сыну, — матушка….нет, Милена Розамель взмахнула рукой и отвернулась.

Я же стояла посреди холла, сжав кулаки и впиваясь ногтями в ладони так сильно, что не заметила, как повредила кожу, как капнули на пол капельки крови. Стихли голоса сестёр, мама давно ушла, а мне всё мерещился стук каблуков по паркету. Закусила губу и развернулась на каблуках.

Словно в бреду толкнула дверь и вышла на улицу. Солнечный свет, который я так обожала, не казался мне теперь тёплым. В нашем мире феи встречались не так часто, как можно было подумать. Вырождались мы, как ни прискорбно признавать. Я шла по дорожке прочь от особняка, совсем не думая о направлении. Мне бы остановиться и подумать, но стало так горько и обидно, что всё здравомыслие куда-то подевалось. Как мама могла со мной так поступить? Да, я совсем не такая, как мои сёстры. Отличаюсь. Но разве это повод убивать меня?

Горько улыбнулась. В нашем мире крылья у феи появлялись тогда, когда в молодую феечку или фея кто-то влюблялся. В семье Розамель я единственная, кто всё ещё не раскрыл свой потенциал. И если для мужчин последствий не было, то вот с девушками… Раннее замужество до появления крыльев запечатывало магию внутри феи-женщины, и дар передавался ребёнку при рождении. Обычно такие феи лишались почти всего магического дара, а потому или умирали при рождении малыша, или могли прожить каким-то чудом ещё несколько лет.

— Постой, красавица, — услышала за спиной я незнакомый, но очень приятный голос. — Не торопись свои печали слезами омывать.

— Кто вы? — я мимоходом осмотрелась, но никого кроме меня на дороге к лесному озеру не было.

— Ай, какая деловая и любопытная, — женщина подошла совсем близко.

Красивая, загорелая с медово-карими глазами, полными магии и огня. Пёстрое платье и платок с монетками. Босые ноги с кольцами браслетов. Внимание привлекла правая рука, на которой блестело странное большое кольцо: серебристый метал загадочно изгибался, дорогие мелкие камни подмигивали солнцу, а в центре кольца находился круглый кристалл, в котором словно запечатали ночное небесное полотно с огромной сияющей звездой.

— Простите, чем я могу вам помочь? — женщина явно не из здешних, поэтому мне захотелось помочь ей, вдруг заблудилась или ещё какая беда случилась.

— Какая ладная хорошая девушка, — незнакомка склонила голову к плечу и улыбнулась. — Нравишься ты мне. Поэтому это я тебе помогу. Меня Сабиной звать.

— А я…

— Эрианта Розамель, фея, — Сабина внезапно звонко рассмеялась. — Я всё знаю. Что было, — женщина ловко подхватила мою ладонь, а я даже не подумала использовать магию, словно под гипнозом. — Что будет. Ай, сложная судьба у тебя, красавица. Сложная, но счастливая ты будешь, — рывок, Сабина оказалась так близко, что наше дыхание пересекалось, а я смотрела в карие глаза, и казалось, что вот-вот потеряю сознание. — Только если дом отчий покинешь до поворота в судьбе. Наденут на тебя кулон обручальный если, то всё, сгинешь! — гадалка взмахнула рукой, потом сжала пальцы в кулак и закрыла глаза. — Бежать тебе надо, девонька. Тогда будет всё хорошо. Счастье само тебя отыщет. Надеюсь, встретимся ещё, красавица.

Взмах руки, солнечный свет ослепил на мгновение, а когда я осмотрелась, то уже никого не было. Совсем. Растерянно покрутилась на месте и решила вернуться домой, чтобы подумать о произошедшем.

Глава 3

— Эрианта, тебя ждут к столу, — голос сестры за дверью звучал как никогда бодро.

— Анта, — вторая сестричка не отставала в бодром настроении. — Там и жениха привели к тебе на заклание… То есть свататься. Конечно, свататься.

Смех в коридоре отдалялся, пока не затих. Я же сидела у зеркала и смотрела на своё отражение. Два дня прошло с тех пор, как матушка отчитала меня. Из комнаты я не выходила, впрочем, дела до этого особо никому и не было. Только кухарка наша покушать приносила, но мне впервые стало тошно от вкусностей, даже самых любимых.

— Я не хочу, — произнесла вслух и вздрогнула.

В зеркальной глади отражалась довольно полная девушка с красно-рыжими волосами до середины спины, сейчас убранными в высокую красивую причёску. Встала и посмотрела на себя, оценивая дорогое платье, единственное, которое у меня появилось накануне, спешно перешитое из туалета одной хорошей женщины по соседству. Если не считать того, что та леди благополучно отошла в мир иной несколько месяцев назад, а её дочь принялась распродавать имущество своей родственницы.

Тяжёлый насыщенный бордовый оттенок делал меня ещё тяжелее, а общая усталость этих дней живописной бледностью раскинулась на лице, даже чудо-пудра старшей сестры меня не спасала. Самой себе я очень сильно напоминала умертвие, которых мы проходили на третьем курсе Академии в познавательных целях.

Вздохнула и направилась к двери. Как говорят: «Перед смертью не надышишься». Чем скорее пройдёт ужин, тем быстрее я смогу принять решение. На всякий случай, будучи девушкой очень даже деятельной, подготовилась к обоим вариантам.

В столовую меня проводила служанка, представила по форме, как положено в таких случаях. Мне бы хотелось верить, что я вплыла в помещение аки лебедица, но не обольщалась. Моё появление скорее напоминало принесённую ветром грозовую тучу. Создавалось ощущение, что несмотря на погожую ночь за окном вот-вот сверкнёт молния, а потом бабахнет. По сторонам я старалась не смотреть от греха подальше.

— Милая, — голос мамы так и звенел от волнения. — Присаживайся, тебя все ждут.

— Добрый вечер, — сделала лёгкий реверанс и направилась к своему месту через одно от сестёр.

Хамить или портить репутацию собственной семьи мне совсем не хотелось. Не имело значения, как именно ко мне относились родственники. Для общества мы — порядочная семья. Что бы ни случилось.

— Прекрасно выглядите, леди Эрианта, — голос мне сразу не понравился, поэтому совсем не удивилась, когда повернула голову и встретилась взглядом с недурственно выглядящим, чуть полноватым мужчиной старше среднего возраста.

— Эрианта, дорогая, позволь представить тебе господина Элиаса Лайма, — разливалась соловушкой маменька. — Он специально приехал из города Ферай, услышав, что в нашей семье появилась готовая к браку леди.

— Очень приятно, — постаралась, чтобы улыбка выглядела натуралистично, вот только этот Элиас почему-то нагонял на меня жуть, хотя улыбался в ответ и вёл себя вполне вежливо.

Далее ужин пошёл своим чередом. Родители старались представить меня в как можно более приятном свете. Что я и леди, и воспитанная, и обучалась в Академии с хорошими результатами. О том, что мне удалось войти в «Золотые Четыре Десятка» лучших выпускников, папа отчего-то деликатно промолчал. Он у меня вообще мужчиной был всегда крайне спокойным и податливым, даром что высокий и широкоплечий. Матушка им вертела как хотела, он с ней почти во всём соглашался.

Даже не верится, что мне удалось каким-то образом несколько лет назад уговорить отца помочь мне с обучением. Нет, поступила я не по блату вовсе, а по способностям. Вот только так я сиротой не являлась, то и общежитие мне не было положено бесплатно. И вот денежкой папенька меня проспонсировал.