— Случится в любом случае, — ответил я. — Если я не возьму ее, Разлом откроется окончательно через пару дней. Скобы не выдержат. Печать — это пульт управления. Я должен перезагрузить систему.

Я коснулся кристалла. Холод. Мгновенный, абсолютный холод, который пронзил руку до плеча. В моей голове взорвался голос. Не Стража. Другой. Древний, скрипучий, как жернова.

«КТО ПРИШЕЛ? КТО СМЕЕТ ТРЕВОЖИТЬ СОН?»

Я упал на колени, хватаясь за голову.

— Я... Максим Воронцов... Наследник...

«НАСЛЕДНИК? ТЫ СЛАБ. В ТЕБЕ НЕТ МАГИИ. ТЫ ПУСТ.»

Голос давил, пытаясь расплющить мое сознание. Это был Дух-Хранитель Печати. Искусственный интеллект древности, созданный на основе души предка.

«ТВОЙ ОТЕЦ БЫЛ СИЛЕН. НО ОН ПАЛ. ТЫ — НИЧТО. УЙДИ, ИЛИ УМРИ.»

— Я не пуст! — заорал я вслух, преодолевая ментальное давление. — Я Инженер! Я вижу структуру!

Я включил свой интерфейс Администратора и атаковал Духа не волей, а логикой.

— Страж! Взлом ментального контура! Идентификация протокола!

[Обнаружен враждебный ИИ. Тип: "Хранитель". Уязвимость: Логический цикл "Защита Рода".]

— Слушай меня, Хранитель! — я послал мысленный импульс прямо в кристалл. — Ты создан защищать Род. Но Род вымирает! Если ты убьешь меня, последнего Воронцова, ты нарушишь свою Первичную Директиву! Ты станешь предателем!

Голос в голове замолчал. Он обдумывал.

«ПОСЛЕДНИЙ... ДА. Я НЕ ЧУВСТВУЮ ДРУГИХ. НО ТЫ НЕ МАГ. КАК ТЫ БУДЕШЬ ДЕРЖАТЬ ВРАТА?»

— Не магией! — я встал, опираясь на Алтарь. — Я построю новый замок. Из стали и эфира. Я зашью эту рану скобами, которые не сломаются. Дай мне власть! Дай мне доступ к системе!

Тишина. Разлом за Алтарем запульсировал тревожным ритмом.

«ВЛАСТЬ ТРЕБУЕТ ЖЕРТВЫ. КРОВЬ ЗА КРОВЬ. ЭНЕРГИЯ ЗА ЭНЕРГИЮ. ТЫ ГОТОВ ЗАПЛАТИТЬ?»

— Я уже заплатил! — я сорвал перчатку, показывая шрамы от интерфейса. — Бери мою кровь!

Я положил ладонь на острый край кристалла. Разрезал кожу. Кровь потекла на Печать.

Камень вспыхнул. Красный свет залил зал.

«ПРИНЯТО. АВТОРИЗАЦИЯ... ПОДТВЕРЖДЕНА. ГЛАВА РОДА: МАКСИМ ВОРОНЦОВ. СТАТУС: АКТИВЕН.»

Я схватил Печать. Она была теплой. Она вибрировала. Я почувствовал, как Дом отзывается. Не только «Гефест» и свет. Я почувствовал все. Каждую стену. Каждую ловушку. Каждую тень в подвале. Я стал Домом.

Но тут Разлом ответил. Трещина расширилась с грохотом, похожим на гром. Одна из уцелевших скоб лопнула. Из Разлома повалил черный дым. И в этом дыму загорелись глаза. Сотни глаз.

— Макс! — закричала Тая. — Оно лезет!

Из трещины начали выбираться Сущности. Не просто Тени. Это были Гончие Бездны. Твари, похожие на освежеванных собак с горящей магмой внутри. Хранитель предупреждал. «Власть требует жертвы». Активация Печати сняла пассивную защиту. Барьер рухнул на секунду, чтобы перезагрузиться под нового хозяина. И этой секунды хватило тварям.

— К бою! — заорал я, поднимая Печать над головой. — Защищать Алтарь!

Их было много. Гончие прыгали через трещину, рыча и брызгая слюной, которая прожигала камень. Наемники открыли огонь. На этот раз пули действовали — эти твари были материальны, хоть и состояли из мяса и магии. Крупнокалиберные пулеметы рвали тела монстров в клочья, но они регенерировали.

— Граф, сделай что-нибудь! — орал Коршун, меняя магазин. — Мы их не удержим!

Я стоял у Алтаря, сжимая Печать. Я был подключен к системе Дома. Я видел все. Но я не мог закрыть Разлом мгновенно. Механизм скоб был разрушен. Нужна была энергия, чтобы создать магическую пробку. Колоссальная энергия. «Гефест» наверху работал на 100%, но этого мало.

И тут я понял. Твари. Они состоят из эфира. Из «грязного» эфира. Если я смогу использовать их как топливо... Я Инженер. Я умею перерабатывать отходы.

— Страж! — мысленно скомандовал я. — Активировать протокол «Утилизация»!

[Внимание! Данный протокол экспериментальный. Риск перегрузки проводки Домена.]

— Плевать! Включи всасывающие контуры в этом зале! Пол! Стены! Преврати этот зал в гигантский пылесос!

Я поднял Печать.

— Всем прижаться к стенам! Не касаться пола!

Тая и наемники послушались, запрыгнув на обломки колонн и постаменты статуй.

Я ударил Печатью об Алтарь.

— Жрите это!

Руны на полу вспыхнули зеленым — цветом некро-откачки. Пол под ногами Гончих превратился в энергетическую воронку. Твари завыли. Их лапы начали дымиться. Их тела начало вытягивать, искажать. Энергия высасывалась из них насильно, уходя в накопители Дома. Они пытались бежать, но гравитация прижала их к плитам. Зал наполнился визгом растворяемой плоти. Это было жутко. Это была мясорубка, но не механическая, а магическая.

Через минуту все кончилось. От сотни тварей остались лишь кучки серого пепла. А индикатор энергии в моем интерфейсе скакнул в зеленую зону.

[Заряд накопителей: 300%. Переизбыток!]

— Отлично, — я улыбнулся хищной улыбкой. — А теперь — запечатать дверь.

Я направил этот поток энергии в Разлом. Не в скобы. В саму ткань пространства. Я создал барьер. Плотный, сияющий щит, который закрыл трещину. Гул стих. Ветер прекратился.

Я стоял, опираясь на Алтарь, тяжело дыша. Печать в моей руке пульсировала теплым, ровным светом. Она признала меня.

Наемники медленно спускались со своих укрытий. Они смотрели на кучи пепла, потом на меня. В их глазах больше не было насмешки или сомнения. Был страх. Животный страх перед тем, кто может растворить армию демонов одним ударом ладони. Коршун подошел ко мне. Он снял шлем. Он встал на одно колено.

— Граф, — сказал он хрипло. — Я не знаю, кто ты — человек или демон. Но я служу тебе. Мой отряд — твой.

Остальные наемники последовали его примеру. Тая подошла последней. Она не кланялась. Она просто смотрела на меня с гордостью и тревогой.

— Ты сделал это, — сказала она. — Ты теперь Глава.

— Да, — я посмотрел на Печать. — Но мы разбудили улей. Разлом закрыт временно. Щит продержится неделю, не больше. Мне нужно чинить скобы. Мне нужно строить.

Я посмотрел на выход.

— И мне нужно поговорить с Советом. Я сжал Печать. Теперь у меня был «телефон» прямой связи с Императором и главами Кланов. И я собирался сделать звонок, который изменит все.

— Идемте наверх, — сказал я. — У нас есть новости для Анны. Ей они не понравятся.

Подъем на поверхность был похож на восхождение грешников из Ада Данте. Мы шли молча. Тяжелое дыхание наемников, лязг их брони и гулкое эхо шагов — единственные звуки в винтовом колодце. Я шел первым, сжимая в руке Печать. Кристалл был теплым, почти горячим. Он пульсировал в ритме моего сердца, и с каждым ударом я чувствовал, как меняется Дом. Стены больше не казались мертвым камнем. Я чувствовал их массу, их напряжение. Я чувствовал потоки энергии, текущие по мифриловым жилам, как кровь по венам. Я чувствовал «Гефест» наверху — его ровный, мощный гул был для меня как песня. Я стал операционной системой этого места.

Когда мы вышли в «Кузницу», наемники попадали на пол, срывая маски и жадно глотая воздух. После могильного холода Бездны, спертый, пахнущий озоном и маслом воздух цеха казался сладким нектаром.

— Живы... — прохрипел Коршун, вытирая пот со лба. Его руки тряслись. — Граф, я много дерьма повидал. Я ходил в рейды на ульи зергов. Я видел, как драконы жгут города. Но то, что там внизу...

Он посмотрел на меня с суеверным ужасом.

— Ты закрыл это. Одной рукой. Кто ты, мать твою, такой?

Я подошел к пульту управления «Гефестом», опираясь на трость. Ноги держали плохо, но спина была прямой. Печать в моей руке сияла мягким рубиновым светом.

— Я — Воронцов, — ответил я просто. — А это — моя работа. Устранять утечки. Даже если они ведут в Ад.

Я положил Печать на панель управления. В интерфейсе «Гефеста» не было разъема под древний магический артефакт. Но это не имело значения. Магия и технологии здесь сплетались в одно целое. Кристалл «прилип» к металлу. Руны на панели вспыхнули, меняя цвет с технического зеленого на благородный золотой.