Я сдул пыль. Открыл последнюю запись. Почерк был нервным, рваным. «...Эксперимент вышел из-под контроля. Разлом расширяется. Твари лезут из Бездны. Я должен запечатать "Кузницу", пока они не добрались до ядра. Анна предала меня. Она отключила защиту периметра. Я не успею... Если кто-то читает это — значит, я мертв, а Дом выстоял. Запомни, наследник: Ключ не в силе. Ключ в Крови и Знании. Чертежи "Титан-класса" я спрятал в сейфе. Код — дата рождения первого Воронцова. Не дай им забрать это...»

Запись обрывалась кляксой. Анна. Мачеха. Значит, это не просто несчастный случай. Это был саботаж. Она убила отца (или деда? Нет, судя по датам — отца). И теперь она отправила меня сюда, чтобы я сдох и унес тайну с собой.

Я посмотрел на сейф, встроенный в стену. Массивный, с кодовым замком. Код я найду. В архивах Дома. Но главное — я нашел Мастерскую. Здесь были станки. Здесь были материалы. Здесь была энергия. Теперь я могу не просто чинить хлам. Я могу создавать. Оружие. Броню. Дроидов.

— Ты хотел, чтобы я сдох, мир? — я провел рукой по чертежу какого-то шагающего танка, лежащему на столе. — Не дождешься. Я начинаю промышленную революцию.

Я поднял голову к потолку. Где-то там, наверху, барьер над Домом вспыхнул с новой силой, становясь непробиваемым для яда и глаз врагов. Моя крепость получила фундамент. Теперь можно и повоевать.

Прошло три дня с момента запуска «Гефеста» и моего маленького дипломатического триумфа над Шуваловыми. Три дня тишины. Никто не ломился в ворота, не стрелял по окнам и не присылал отравленных тортов. Для любого нормального человека это было бы благом. Для меня это стало проблемой.

Я сидел в холле, переоборудованном в командный пункт, и смотрел на голографическую карту Домена, висящую над верстаком. «Гефест» работал ровно, выдавая стабильные мегаватты. Купол над усадьбой сиял, как новенький, отфильтровывая 99% токсинов. В доме было тепло, светло и сухо. Я даже починил водопровод на первом этаже, используя магическую сварку и куски труб, найденные в подвале. Теперь у меня был горячий душ. Роскошь, недоступная многим даже в «чистых» зонах.

Но я уперся в потолок.

— Система, статус ремонта крыши?

[Дроид-ремонтник (модель "Паук-1"): Прогресс 12%. Ожидаемое время завершения: 3 недели.]

Три недели. Я посмотрел в окно. Там, на карнизе, возился мой первый и пока единственный «Паук» — неуклюжее создание на четырех ногах, собранное из остатков шуваловского джипа, мифриловой проволоки и сервоприводов от сломанной бытовой техники. Он был старательным, но медленным. И тупым. Мне нужны были руки. Мне нужны были материалы, которых нет в доме. И мне нужна была информация.

Я был слеп. Я сидел в золотой клетке. Я не знал, что происходит за периметром. Готовит ли Шувалов армию вторжения? Ищет ли меня Анна? Что творится в ближайшем поселке? Интернет в коммуникаторе Сивого давал только общую картину, а мне нужна была агентурная сеть.

Я отхлебнул кофе (зерна заканчивались, черт побери) и подошел к столу, где лежал разобранный дрон-разведчик. Я пытался усилить его передатчик, чтобы он пробивал эфирный фон хотя бы на пять километров.

ПИ-ПИ-ПИ!

Тревожный сигнал Системы разрезал тишину. Карта Домена моргнула и окрасилась в красный на южной границе.

[ВНИМАНИЕ! Нарушение периметра.]

[Сектор: Южная просека (Граница с Дикими Землями).]

[Цели: Группа преследования (4 объекта) и Беглец (1 объект).]

[Статус Беглеца: Критический (Ранение, истощение).]

— Наконец-то, — выдохнул я, хватая со стола «Вектор». — Хоть какое-то развлечение.

Я вывел изображение с камер внешнего наблюдения (тех немногих, что удалось восстановить и развесить на деревьях) на главный экран. Картинка была зернистой, черно-белой. Лес. Скрученные корни, туман. Сквозь кустарник, спотыкаясь и падая, бежал человек. Фигура в плаще-невидимке (артефакт сбоил, то включая, то выключая маскировку). Движения дерганые. Левая рука прижата к боку, темное пятно расплывается на ткани. Девушка. Или подросток. Трудно разобрать.

За ней, метрах в ста, шли четверо. Не наемники Шуваловых. Те ходили строем и в броне. Эти были... пестрыми. Кожаные куртки с нашивками, ржавые элементы брони, маски из черепов животных. Бандиты. «Мусорщики» — отребье, живущее грабежом сталкеров. Они не спешили. Они знали, что жертва ранена. Они загоняли ее, как волки оленя.

— Система, масштаб. Один из бандитов вскинул арбалет. Болт ударил в дерево в сантиметре от головы беглянки. Она вскрикнула (звука не было, но я видел), упала, перекатилась и снова побежала. Прямо к моим воротам.

Я прищурился. Она бежала не просто так. Она знала, куда бежит. Она видела мой Купол. Большинство людей обходили «Черный Ручей» десятой дорогой, считая его радиоактивной могилой. Но она бежала сюда. Значит, либо она в отчаянии, либо она знает, что здесь кто-то есть.

— Гостей мы не ждали, — пробормотал я, надевая разгрузку. — Но мусорщиков на своей земле я терпеть не намерен.

Бандиты пересекли линию старых столбов, обозначавших границу владений Воронцовых. Юридически, я имел право убить их на месте. Фактически... мне нужен был язык. Или союзник.

— Система, активировать «Крота». Режим: мобильный. Следуй за мной. Шар-турель сорвался с крепления и завис у моего плеча, гудя как рассерженный шершень. — Пошли поохотимся.

Я вышел из дома и направился к южным воротам. Идти было недалеко, но я не пошел пешком. У крыльца стоял мой новый транспорт. Трофейный квадроцикл. Точнее, то, что я собрал из остатков второго джипа Шуваловых (двигатель) и рамы старого садового трактора, найденного в сарае. Выглядел он как монстр Франкенштейна, но «Гефест» зарядил его маго-аккумулятор под завязку. Я сел в седло. Повернул ключ. Электродвигатель взвыл.

— Держись, незнакомка, — сказал я, давая газ. — Надеюсь, ты стоишь того, чтобы тратить на тебя патроны.

Южная просека встретила меня сыростью и запахом болотной гнили. Туман здесь был гуще, видимость — метров двадцать. Я заглушил квадроцикл в кустах, не доезжая до места контакта. Дальше пешком. Тихо. «Эфирное зрение» рисовало яркие тепловые пятна. Беглянка упала. Она лежала у корней огромного вяза, пытаясь перезарядить какой-то короткоствольный обрез. Руки ее не слушались. Бандиты вышли на поляну. Их главарь — здоровяк с ирокезом и двуручным молотом на плече — рассмеялся.

— Ну все, сучка, добегалась. Отдавай карту, и, может быть, мы тебя не сразу прикончим. Развлечемся сначала.

Он сделал шаг к ней. Девушка подняла обрез. Щелчок. Осечка.

— Пошел к черту! — выкрикнула она хрипло.

Я стоял в тени, в двадцати метрах у них за спиной.

— Система, анализ целей.

[Цели: 4. Уровень угрозы: Низкий. Броня: Самодельная. Щиты: Отсутствуют.]

Мясо.

Я вышел из тумана. Спокойно, не таясь.

— Джентльмены, — произнес я громко. — Вы находитесь на частной территории. У вас есть пропуск?

Бандиты развернулись мгновенно. Реакция у них была звериная. Главарь уставился на меня. На мой чистый (относительно) комбинезон, на «Вектор» в руках и, главное, на висящий рядом с моей головой, гудящий мифриловый шар.

— Ты кто такой, клоун? — сплюнул он. — Вали отсюда, пока цел. Это наша добыча.

— Ошибка, — я покачал головой. — Здесь все — мое. И земля, и деревья, и воздух, которым вы дышите. И девушка тоже.

— Вали его! — рявкнул главарь, взмахивая молотом.

Он был быстр для своей комплекции, но он привык воевать с людьми. А я был Инженером.

— «Крот», вектор атаки — ноги, — скомандовал я ментально.

Шар сорвался с места. Он не стал убивать. Он просто пролетел на бреющем полете на уровне коленей. Хруст. Крик. Двое бандитов, стоявших справа, рухнули как подкошенные. Их голени были раздроблены кинетическим ударом.

Главарь замер, не донеся молот. Его глаза расширились. Он понял, что перед ним не человек с пистолетом. Перед ним — Техно-маг.