Абсолютно бесполезные бюрократы! Хелли гневно качала головой. Простые меры предосторожности, которые вполне может предпринять человек, которому не приходится скрываться от спецслужб, и все — британский аппарат разведывательной машины сложил ручки и повернулся к солнцу своим мягким желтым брюшком, очевидно, ностальгируя по давно ушедшим шестидесятым.

В США все было бы гораздо серьезнее…

– Кирк, нам нужно послать человека в его тренажерный зал, — сказала она на шестой день, когда Антон снова отправился на тренировку.

Кирк только пожал плечами.

– А смысл? Думаешь, он там со связным встречается? По-моему, все итак уже с ним ясно — надо брать и допрашивать, вот и все. Еще недельку понаблюдаем, если так ничего и выясним — это будет наш единственный вариант…

Хелли не могла говорить открыто при Бриттани, поэтому только стиснула зубы. Похоже, что Кирк только утвердился в своей версии — Антон якобы получил поддержку от русских, и теперь просто делает вид, что он — сама невинность, водя их за нос, только отчитываясь перед своими боссами по зашифрованной связи, особо и не скрываясь.

При этом Хелли тоже прекрасно понимала, что Антона все равно придется брать — вот только была большая разница, как именно и в каком амплуа. Пойти по пути Кирка — значит, сразу обозначить себя его врагами. Нужен ли им Антон в другой роли, учитывая, что он итак уже кое-что для них сделал, пусть и… неосознанно?

Учитывая его прошлое и его родственные связи, о которых так удобно предпочитал не вспоминать Кирк — пожалуй, что да.

– Мне надо быть уверенной, — не унималась Хелли, — давай организуем. Бриттани, ты можешь туда попасть?

Бриттани подвинулась вперед, нагнувшись к ним с заднего сидения автомобиля — тренажерный зал, в дверях которого скрылся Антон, был в пределах их видимости, и еще один оперативный сотрудник — они знали это, — следил за входом из кафе на противоположной улице.

– Ну это сетевой спортзал, у меня нет туда пропуска, — сказала Бриттани, — даже если у меня и получится просто попросить, чтобы меня пустили и показали оборудование, что я успею увидеть? Надо отправить кого-то, кто может находиться там долгое время. Но после этого агента придется выводить из игры — объект его, конечно, запомнит.

Хелли кивнула. Вышла на общую связь.

– Всем агентам, есть у кого-нибудь пропуск в тренажерный зал, который посещает объект? Хотим понаблюдать внутри.

Хелли понимала, что решение могло показаться спорным — почти неделю они ничего не предпринимали, взяв за аксиому, что внутри тренажерного зала Антон не мог заниматься ничем, что бы принесло им ценную информацию — ну какой смысл ему там с кем-то встречаться, или передавать кому-то какую-либо информацию, если, во-первых, никаких других подозрительных действий он не совершал, а, во-вторых, это можно было сделать гораздо проще? Теперь же расклад как будто поменялся.

В тихой заводи черти водятся. И поэтому все тихие заводи пришла пора исследовать.

Выяснилось, что пропуска именно в этот тренажерный зал ни у кого не было. Поручили одному из агентов его оформить.

На следующий день он попытался попасть внутрь — и система его не пустила.

– Похоже, мне нужно докупить пакет услуг, который включает в себя доступ именно в этот тренажерный зал, — оправдывался агент по общей связи, картинно разводя руками у входа.

– Ты можешь это сделать прямо сейчас? — гневный голос Хелли.

– Не получается, — им из автомобиля было видно, как их коллега копается в приложении смартфона, — тут нет такой опции теперь, похоже, надо звонить в поддержку…

– Гребаный цирк, твою же мать!!

– Моя мама была хорошей женщиной, вообще-то…

– Извини, я думала, я выключила рацию.

– Да я уж понял…

Так прошел еще день.

А на следующий день Кирк сказал:

– Маттиас в Лондоне, допрос на тебе. Я останусь караулить нашего приятеля за нас двоих, так и быть.

– В смысле, на допрос? — Хелли догадывалась, о чем речь, но верить не хотела.

– В смысле сидит в наручниках и ждет тебя, — пожал Кирк плечами.

– Да почему я-то?! — спросила Хелли, посмотрел на Кирка. Тот выразительно посмотрел на нее в ответ, покачал головой.

Ей и не нужно было дожидаться вербального ответа от него, чтобы понять причину. Кирк действительно ставил многое на то, что именно через Маттиаса произошла утечка, но все же предпочел перестраховаться на случай, если это не так. Руководителем группы был он, и ему будет гораздо легче замять инцидент и принести свои извинения, если сам допрос будет проводить кто-то из его коллег.

Была еще одна причина.

И она наталкивала Хелли на очень неприятные размышления. Дело в том, что поручая допрос ей, Кирк одновременно выводил ее из игры по слежке за Антоном — и мешал ей установить его невиновность, доказав Кирку и команде, что проводить его «жесткое» задержание не потребуется.

А еще давал ей понять, что полностью ей доверяет.

Или просто пытался ее в этом убедить, зная, что Маттиас не при делах?

Они потеряли еще два дня — Маттиас, будучи примерным немцем, тут же попросил связаться со своим шефом и отказался разговаривать с Хелли до того момента, как получил от того подробные инструкции о том, как себя вести, и что можно, а что нельзя говорить. Хелли пыталась разыгрывать карту «мы пришли поговорить с миром», но получалось с трудом.

Через два дня она хлопнула папкой о стол, за которым Кирк со скучающим видом пил утренний кофе.

На его высказанный одним взглядом вопрос она ответила:

– А ты что думал? — затем, выдержав паузу, не сводя с него взгляда, добавила. — Самое интересное подчеркнула.

Он открыл папку. Начал читать обведенное черным маркером.

Протокол опроса оперативного сотрудника Группы Грифон, члена группы разработки номер… Маттиаса…

… проведен оперативным агентом ЦРУ и сотрудником Группы Грифон… Хелли ***…

… поведение уравновешенное, расположен к сотрудничеству… запросил в штабе… не спорил, но настаивал на праве… ответы предоставил в полном объеме…

… отрицал полностью… ссылался на недостаток информации и отсутствие необходимого доступа секретности…

Кирк хмыкнул, перевернул страницу, потом еще одну, пока не пролистал заключения и не дошел до протокола самих допросов.

Конечно, диалоги читать гораздо интереснее.

– Снимите с нашего сотрудника браслеты, вы что устроили?!

…

– Как вы считаете, кому могли бы быть интересны ресурсы Группы Грифон, к которым у вас были доступы?

– Я никогда не задумывался об этом. Я был сосредоточен только на поставленных передо мной задачах.

– В период с января по март этого года мы отследили несколько входящих звонков от лиц, которые опрашивали вас о результатах вашей работы. Я понимаю, что вы могли совершить ошибку — и наша задача вас защитить от подобных ошибок в будущем. Расскажите о том, как именно на вас пытались оказать влияние.

– Мэм, мне ничего не известно об этих звонках.

– Вы хотите сказать, что вы были инициаторами этих разговоров?

– Я не понимаю, о чем вы.

– Хорошо.

…

– Информацию какого характера о Группе Грифон вы были вынуждены — возможно, не по своей воле, мы доверяем вам, Маттиас, — передавать сотрудникам или агентам неустановленных служб?

– Я не передавал информацию о Группе Грифон «неустановленным» лицам.

– Вы говорите о периоде с января по март этого года, верно?

– Я говорю о всем периоде, в течение которого я знал и/или работал на проекте Группы Грифон.

– Хорошо.

…

– Опишите ваши взаимодействия с Савиновым Антоном Владимировичем и дайте профессиональную оценку его действиям во время крайней фазы разработки в вашей проектной группе.

– Поведение объекта полностью соответствовало возложенным ожиданиям. Технические навыки на уровне старшего дизайнера с уникальной экспертизой разработки интерфейсов для беспилотных малогабаритных и среднегабаритных легковых автомобилей, также опыт работы над интерфейсами мобильных и веб приложений для удаленного управления функционалом малой автономной роботизированной техники. Насколько мне — и, наверное, вам тоже, — известно, качеством работы наши заказчики были довольны.