— Да, Пазузу, не встревай, — заговорил Каген. — Лучше принеси мне вон тех сушеных червей. Раз уж напросился со мной — делай что-нибудь полезное.

— Пусть этот служка приносит, — мотнул головой в сторону Дзимвела Пазузу.

— Сочувствую тебе, Купец, — раздался шелестящий голос. — Так трудно нынче найти хорошую прислугу. Пазузу, перемены в положении нужно встречать с достоинством. Сохранив лицо.

— А я бы не сказал, что мое положение стало хуже, — обратился к старику в желтой маске Пазузу. — В Паргороне я занят делом. Я управляю большой областью. Там отличная экология.

— Да, смена климата идет тебе на пользу, — согласился представитель Лэнга. — Ты начал разговаривать длинными предложениями.

— Неожиданно, да? — щелкнул клювом Пазузу.

— Мы знали, что ты прикидываешься, — пожал плечами Носящий Желтую Маску.

— Знали?.. — растерялся Пазузу. — Все?..

— Почти. Я, Хранитель Врат, Посланец… вот разве что Черный Козел не знал. Мы ему говорили, но он решил, что это шутка.

— Вы… все это время знали… вы… надо мной…

— Никто над тобой не издевался. Нам просто было все равно.

Пазузу словно ударили по голове. Огромный демон пошатнулся, его аура поплыла разводами. А Дзимвел пристально на это смотрел, испытывая невольное удовольствие.

Ему не нравился этот Пазузу. Иззакромчик, чужеродец, но при этом задирает нос, мнит о себе невесть что. Считает себя выше и лучше его, первенца и любимца Матери Демонов, плоти от плоти Древнейшего, истинного исчадия Паргорона.

Служка. Сам-то кто?

Это было не первое хамство со стороны Пазузу. Их четверо прибыло на этот саммит — Каген, Дорче Лояр, Дзимвел и Пазузу… и перед демолордами тот кичиться не мог, так что кичился перед тем единственным, кто остался.

Дзимвел, подай мне того! Дзимвел, подай мне этого! Он словно и себя тоже считал демолордом, настолько нагло и заносчиво себя вел.

Почему вообще Паргоронский Купец именно его взял сопровождающим? Почему не кого-то из банкиров?

Ханби тем временем откланялся — его ожидала легат Меннингс. А вот Каген и Носящий Желтую Маску продолжали обсуждать кредитное соглашение. Лэнг желал сделать крупный займ, а Паргорон готов был его предоставить — но насчет условий стороны не могли сговориться с прошлого саммита. Целых десять лет архидемон и демолорд торговались и обсуждали какую-то вроде бы и незначительную деталь, но сегодня наконец пришли к соглашению.

Каген достал туго скрученный свиток. Перетянутый черными кожаными ремнями, стянутыми железными заклепками, с кроваво-красными восковыми печатями. Сквозь пергамент проступало внутреннее пламя, да и сделали его будто из спрессованной Тьмы. Казалось, что свиток пульсирует, словно внутри бьются миллионы сердец.

— Здесь полноценная мажоритарная доля, — брюзгливо сказал Каген. — Один процент всего капитала Паргорона. Ссуда выдается Лэнгу на срок в пятьсот лет с условием возвращения в трехкратном размере.

— При этом если ссуда будет погашена в течение первых ста лет, то не в трех-, а лишь в двукратном, — добавил Носящий Желтую Маску, с трудом вытягивая свиток из когтистых пальцев.

— Сомневаюсь, что это случится, но да, Паргорон согласен, — подтвердил Каген. — В случае невозврата в указанный срок Паргорон получает право любым способом взыскать долг, включая пеню, составляющую десятикратный размер ссуды.

— Да будут эти условия услышаны и засвидетельствованы всеми присутствующими, — кивнул Носящий Желтую Маску.

Дзимвел слушал с интересом. Паргорон вкладывает огромные средства и на долгий срок, но и барыш обещает быть внушительным. Если же Лэнг не сумеет расплатиться, его законным образом выпотрошат. Возможно, сожрут целиком и обглодают косточки.

А вот Пазузу, косясь на Жреца Древних, склонился в три погибели и шепнул крохотному Кагену:

— Не давай им ничего, они все просрали и снова просрут.

— Ты мне не советник, — оскалился Паргоронский Купец. — Ты сам за мной увязался. Иди куда-нибудь в уголок, пока большие дяди делают политику.

Огромный демон разогнулся, обвел всех злым взглядом и зашагал прочь. Дзимвел проводил его легкой улыбкой. Наконец-то этого зачумленного поставили на место.

Другой Дзимвел продолжал беседовать с Мухске. Третий слушал переговоры Дома Воды и Дома Боли. Четвертый обносил напитками представителей мира Бозз, коих явилось на саммит больше сорока. Поодиночке они слабее простых смертных, но способны «склеиваться» в сверхсущество, не уступающее демолордам.

А пятого окликнул тот самый бескожий демон, что сопровождал Носящего Желтую Маску. Эг-мумия дернул головой в сторону Пазузу и сказал:

— Кажется, у нас общие знакомые. Пресвитер, если не ошибаюсь?

— Польщен тем, что известен вам…

— Мдзгрвеш, — поклонился эг-мумия.

— Чрезвычайно рад познакомиться.

— А уж я-то.

Демоны улыбнулись друг другу, всем видом показывая, какое это счастье — встретить столь приятного собеседника. Дзимвел тут же поднес Мдзгрвешу бокал искрящегося вина, а тот угостил Дзимвела какой-то особенной сигарой.

— Извините, что отнимаю время, — любезно сказал эг-мумия. — Просто хотел полюбопытствовать насчет вашего спутника. Вам же известно, кто он?

— Вряд ли вы говорите об одном из демолордов, значит, вас интересует господин Пазузу, — затянулся сигарой Дзимвел. — Он барон, его владения находятся в Пекельной Чаше, рядом с Пламенным морем.

— И как они, обширны?

— Весьма. Хотя следует заметить, что это одно из самых маленьких баронств.

— Вот как. Признаться, для меня стало сюрпризом увидеть его живым и даже преуспевающим. Не поведаете, при каких обстоятельствах он стал бароном?

Эта история в свое время наделала изрядного шуму. Дзимвел ее, разумеется, знал и охотно рассказал Мдзгрвешу.

— Как интересно, — сказал эг-мумия. — То есть он просто объявился с увесистой мошной, прикончил прежнего барона, раздал щедрые дары демолордам, и те постановили сделать его наследником убитого?

— Прежний барон едва не втравил нас в междумировой скандал, так что о его кончине не грустили, — кивнул Дзимвел. — Но если вы хотите узнать подробности, лучше спросить господина Кагена. Это он стал патроном и поручителем Пазузу.

Мдзгрвеш почтительно поклонился. Они с Дзимвелом подались в стороны — по залу, не разбирая дороги, струился-полз Ррымбэо, кошмарный тысяченогий падишах Голюса. Фархеррима и эг-мумию обдало волной смрада, но облако тут же осело, и они продолжили разговор.

— Разрешите встречный вопрос, — сказал Дзимвел. — Известен ли вам демон именем Элигор?

— Странно было бы, будь мне неизвестен мой прежний господин, — ухмыльнулся кровавым оскалом Мдзгрвеш. — Но если у вас к нему дело, мой друг, то я вас огорчу.

— Понимаю, — сразу уловил Дзимвел. — И вряд ли вам что-то известно о чародеях, с которыми оный Элигор вел дела.

— О некоторых — очень даже известно, — возразил Мдзгрвеш. — Вам неслыханно повезло, ибо прежде я входил в Первую Пятерку чиновников Элигора и вел многие его канцелярские дела. Назовите имя того, кто вас интересует.

— Кардаш.

— Кардаш… Кардаш… не припоминаю такого. Мир?..

— А вот это мне неизвестно… пока что.

— Очень жаль. Я бы предложил свериться в архивах, но Башня Бумаг сильно пострадала во время стихийного бедствия.

Расспрашивая Мдзгрвеша и сам рассказывая то, что знал о Пазузу, Дзимвел одновременно вел еще несколько бесед. По всему залу Дзимвелы невзначай узнавали у разных демонов из разных миров, каково живется в их гееннах, да не найдется ли там места молодому демоническому народу.

Не напрямую, конечно. Если Каген занимался в основном переговорами, заключением новых выгодных контрактов, то Дорче Лояр делала то же, что и Дзимвел. Не раз и не два он замечал, что его будто ощупывают невидимой рукой, что на него поглядывает могущественная ларитра.