Не говоря уже о том, что Кейн ясно дал понять, что без колебаний заявится к Джейми, если я не приду сегодня вечером.
Это плохая идея. Я чувствую это.
— Как раз вовремя. Мы ждем уже минут семь, наверное, — жалуется Винс, как только мы вылезаем из машины.
Он, Кейн, Дреа и Скар ждут у машины Винса — единственной машины на парковке, не считая машины Джейми, — и я быстро соображаю, что они приехали все вместе.
Замечаю, что Кэла здесь нет, и вспоминаю, как он говорил, что не смог отпроситься с работы в последнюю минуту.
Я притворно вздыхаю, закрывая пассажирскую дверь.
— Целых семь минут. Возмутительно.
— По ту сторону этих ворот нас ждет самая большая ярмарка в штате. Дорога каждая минута, — не унимается Винс.
Чувствую, как Кейн сверлит меня взглядом, когда мы подходим к ребятам. Я стараюсь не встречаться с ним взглядом, опускаю голову и мечтаю, чтобы небо поглотило меня как в сцене, достойной фильма о похищении инопланетянами.
— Чего мы ждем? Поехали, черт возьми! — Винс больше ни минуты не может сдерживать свое возбуждение.
Его комментарий побуждает к действию. Тихая музыка становится громче по мере того, как мы приближаемся к главным воротам. Конструкции аттракционов возвышаются вдалеке, как стальные гиганты.
— Черт возьми, — выдыхает Скар, как только мы заходим внутрь.
Действительно, черт возьми.
Море мерцающих огней освещает ярмарку, создавая калейдоскоп ярких красок и атмосферу, которую можно описать только как волшебную. Синие, красные и желтые огни танцуют и переливаются вокруг нас, освещая аттракционы, игровые киоски и продавцов еды.
Ярмарка «Марвеленд», безусловно, является самым популярным местом развлечений в Северной Каролине. Я помню, как в детстве мы с Греем и мамой несколько раз приходили сюда, но это всегда было днем, а это далеко не так завораживающе, как сейчас.
Каждый раз там было полно народу, и, будучи маленькой, я не могла ничего разглядеть за толпой, даже встав на цыпочки. Не говоря уже о том, что я не могла кататься на большинстве аттракционов из-за того, что была на дюйм ниже разрешенного роста.
Грей, однако, был как раз достаточно высок, чтобы кататься на американских горках. Честно скажу вам, что я зеленела от зависти.
Сотрудница, которую я принимаю за менеджера, сразу же подходит к Кейну.
— Мистер Уайлдер, мне так приятно с вами познакомиться. Это большая честь, на самом деле.
Кейн отвечает вежливой улыбкой, и дама продолжает рассказывать ему, что все сотрудники ярмарки готовы организовать любую поездку, в которую мы захотим отправиться.
— У нас всего три часа. На чем, ребята, вы хотите прокатиться? — спрашивает Джейми, когда менеджер уходит.
— На всех, — невозмутимо отвечает Винс.
Мы смеемся.
Он не шутит.
— Серьезно. Я не уйду, пока не прокачусь на всех аттракционах и меня не вырвет хотя бы раз.
Мы с Джейми переглядываемся.
Не думаю, что трех часов будет достаточно.
* * *
— Сто штук? — Джейми кричит так громко, что у всех остальных случаются небольшие сердечные приступы. — Не может быть, чтобы ты только что потратил сто долбанных штук за три часа.
Кейн пожимает плечами, отводит руку назад и бросает дротик прямо в красный шар на игровом поле.
— Какой смысл иметь чертову уйму денег, если я не могу потратить их на своих друзей?
Джейми закрывает рот, но очевидно, что она потрясена тем, в какую копеечку ему это обошлось. Справедливости ради, она спросила. Мы говорим о Кейне. Ей следовало бы догадаться, что ответ будет просто нереальным.
Я понимаю, что из-за закрытия ярмарки они теряют в выручке, и им нужно компенсировать расходы поставщикам продуктов питания и все такое, но сто тысяч? Они действительно собирались заработать сто тысяч за три часа?
Неудивительно, что менеджер заискивала перед ним. За сто штук она должна была пасть ниц и кормить его виноградом и тому подобное.
Скар усмехается, обхватывая Кейна за шею и встряхивая его за плечи.
— Мы знаем, придурок. Ты при деньгах.
Винс разворачивает бумажный пакет, который держит в руках, так, чтобы поп-корн из него падал прямо ему в рот.
— Вы, ублюдки, хотите покататься на «Детонаторе»? Это единственная карусель, на которой мы еще не катались.
Этот парень ставит меня в тупик.
За последние два часа мы покатались почти на всех аттракционах ярмарки, а на некоторых даже дважды, и он хочет кататься еще? Я думала, что этого времени, будет мало, но все намного быстрее, когда не нужно стоять в очереди.
Последнее, на чем мы катались, были эти американские горки, которые переворачивают тебя вверх тормашками с такой силой, будто, внутренности собираются вылезти у тебя изо рта.
После этого мы решили сделать перерыв и пройтись по лавкам с едой.
Я единственная, кто не наелся поп-корном в два раза больше своего веса. Меня все еще тошнит после той последней поездки.
Десять минут назад мы переместились в игровые павильоны и теперь играем то в бросание колец, то в метание шариков.
— Как насчет того, чтобы пойти в Лабиринт, — предлагаю я, разглядывая большой, наводящий ужас дом рядом с колесом обозрения. В нем три этажа, несколько окон и большая неоновая вывеска с надписью «Лабиринт: слабо найти выход?»
— Постой, это лабиринт? — спрашивает Скар, осматривая дом.
Я фыркаю и указываю на высокое строение вдалеке.
— Это не настоящий лабиринт. Просто так называется этот дом.
— Это случайно не тот жуткий дом, из которого невозможно выбраться? — спрашивает Джейми.
— Ты сможешь выбраться. Просто это займет некоторое время, — отвечаю я.
Никогда не забуду, как мы с Греем пробрались туда, пока мама покупала нам сахарную вату.
Само по себе это не страшно, но дом в викторианском стиле полон темных, узких коридоров, потайных туннелей и дверей, которые ведут в никуда. Он старый, пыльный, и в каждой комнате мерцает свет.
Раньше посетители падали в люки, но несколько лет назад один парень сломал ногу, и их убрали. Полы по-прежнему опускают, но всего на несколько дюймов, чтобы люди думали, что они падают.
Нам с Греем потребовалось добрых полтора часа, чтобы найти выход. Конечно, тогда мы были детьми, но каждый раз, когда проходили через дверь, это возвращало нас к тому, с чего мы начинали, и к тому времени, когда вернулись к маме, она уже закрыла всю ярмарку и все охранники искали нас.
— Это дерьмо будет длиться вечно. — Винс предельно ясно дает понять, как ему не нравится эта идея.
Скар пожимает плечами.
— В этом вопросе я согласен с Парком. Предлагаю кататься, пока нас не выгонят.
Есть только одна проблема: я точно знаю, что мой желудок не выдержит еще одной поездки на американских горках.
Кажется, они все согласны с ним, споря о том, с какой горки съехать.
Видимо, мне придется сделать это в одиночку.
Давненько я не была в Лабиринте. Мне интересно, как там все поменялось и смогу ли я найти выход после стольких лет.
— Что ж, тогда я иду туда, — заявляю я.
— У нас остался всего час. Ты уверена, что тебе хватит времени? — Джейми волнуется.
Я дерзко улыбаюсь.
— Буду в порядке, обещаю.
Через несколько минут мы расходимся в разные стороны.
По мере того как я подхожу к Лабиринту, у меня внутри все сжимается. Не то чтобы это был дом ужасов, где клоуны-убийцы выскакивают из-за каждого угла, но по какой-то причине, которую я не могу определить, чувствую беспокойство.
Сотрудник у входа в Лабиринт знакомит меня с правилами, напоминая, что нужно нажать одну из тревожных кнопок, расположенных по всему дому, если я заблужусь или почувствую приступ клаустрофобии. Он уверяет меня, что знает дом сверху донизу и выведет меня оттуда в кратчайшие сроки.
Я благодарю его, прежде чем открыть двойные двери и войти внутрь. Мужчина закрывает их за мной через несколько секунд после того, как я переступаю порог.
