Как только заканчиваю переодеваться, громкий стук эхом разносится по нашей комнате.

У меня какое-то дежавю.

В последний раз, когда в мою дверь постучали, с другой стороны стояли полицейские.

Что на этот раз?

— Иду! — окликаю я, пытаясь пригладить свои торчащие волосы руками.

Меньше всего я ожидала увидеть курьера с большой посылкой в руках.

— Доброе утро, мисс. У меня доставка для... — Он сверяется с именем на этикетке. — Хэдли Куин.

— Это я, — говорю я.

Он просит меня расписаться, прежде чем вручить мне тяжелую коробку.

— Вот, пожалуйста.

На мгновение задумываюсь, но не могу вспомнить, чтобы я что-то заказывала. Рассматриваю этикетку и имя отправителя.

Твой. Навсегда.

Вот все, что там написано.

Обратный адрес указан на почтовый ящик в Калифорнии.

Сначала я подумала, что это какая-то ошибка и перепутали адрес доставки, но коробка адресована мне, с адресом моего общежития, так что версия об ошибке выглядит притянутой за уши.

Не теряя ни секунды, ставлю коробку на кухонный стол и открываю ее.

Внутри коробки, кажется, сотни открыток и…

Сувениров?

Здесь брелоки, магниты на холодильник, рюмки, кружки, браслеты — любые сувениры, которые только приходят в голову.

И все они, кажется, привезены из разных мест.

То же самое касается открыток, на каждой из которых изображены разные страны, штаты и столицы.

Лондон, Париж, Рим.

Заглядываю внутрь и беру открытку, лежащую на самом верху стопки. Это открытка из Лос-Анджелеса с изображением Голливудских холмов, сфотографированных издалека.

У меня перехватывает дыхание, когда я переворачиваю ее и замечаю дату.

Датировано пять лет назад.

Привет, Хэдс,

Никогда раньше не подписывал открытки. Как вообще правильно начинать? Я понятия не имею.

Впрочем, это не имеет значения. Важно лишь то, что я дал тебе обещание. Обещание, которое я намерен сдержать.

Я в Лос-Анджелесе уже неделю, и мне здесь не нравится. Мама говорит, что нужно время, чтобы привыкнуть, но какая-то часть меня скучает по Сильвер-Спрингс. А может, я скучаю по тебе.

Ты, и твой смех, и наши тайные встречи в сарае. Я не мог уснуть, думая о том, как оставил тебя. Думаю, мне бы понравилось это место намного больше, если бы ты была здесь и смотрела его вместе со мной.

Думаю, мне бы понравилось любое место намного больше, если бы ты была рядом и путешествовала вместе со мной.

Я скучаю по тебе.

P.S. Я купил тебе брелок с твоим именем на нем.

Кейн

Проходит несколько секунд, прежде чем до меня доходит.

Это просто невозможно.

Он сдержал свое обещание?

Боль в горле становится невыносимой, когда я возвращаюсь в тот день.

Мы были в сарае, и я только что впервые показала ему одну из своих картин.

Он заставил меня пообещать прислать ему какую-нибудь из своих картин, когда стану знаменитой художницей, а я в ответ пошутила, попросив его прислать мне открытки с видами всех удивительных мест, которые он увидит, будучи знаменитостью.

И он это сделал.

Он действительно это сделал.

Просматриваю стопку открыток, и мои глаза наполняются слезами.

Открытки датированы, когда Кейну было пятнадцать, вплоть до его восемнадцати лет. Потом он перестал их писать.

Он никогда не присылал их мне.

В каждом городе, который он посетил, в каждом красивом месте, которое увидел… он подписывал открытку.

Беру другую открытку наугад. Эта датирована еще до смерти Грея.

Привет Хэдс.

На этой неделе я в Нью-Йорке. С момента выхода моего альбома работы было невпроворот. Мой лейбл изо всех сил старается сочинить побольше романтичных песен, подобных той, что я написал для тебя, но каждый раз, когда я это делаю, они говорят, что они слишком депрессивные.

Я изо всех сил стараюсь писать оптимистичные тексты, но, оказывается, трудно писать позитивную чушь, когда все, что я делаю — скучаю по тебе.

Ты оставила во мне пустоту. Я чертовски ненавижу себя за то, что был слишком глуп, чтобы понять, насколько ты важна, пока все не испортил. И начинаю думать, что побег был худшей ошибкой в моей жизни. Надеюсь, еще не слишком поздно это исправить.

О, и мне нравится Нью-Йорк. Даже несмотря на то, что он немного воняет.

Кейн.

Смех вырывается из моего горла, когда я беру в руки еще одно письмо.

И еще одно.

Не замечаю, как прочитываю более двадцати из них.

И хочу сказать, совершенно была не подготовлена к открытке из Флориды.

Привет, Хэдс,

Я закончил свой тур. Никогда в жизни не был так измотан, но после окончания тура у меня наконец-то появилось свободное время, чтобы навестить вас.

Надеюсь, к этому же времени на следующей неделе ты снова будешь моей, и я не буду чувствовать себя так дерьмово из-за того, что был твоим с того самого дня, как уехал.

Мой план — удивить тебя и сказать, что я люблю тебя.

Я сбежал, потому что думал, что любовь к тебе помешает мне следовать своим мечтам, но, оказывается... моя самая большая мечта — это ты.

Скоро увидимся.

Кейн.

Хэдли

Ночь кино — моя любимая часть недели.

И для нас с Мэгги это стало чем-то вроде традиции. Это как ритуал для соседей по комнате.

Каждый четверг мы идем в ближайший магазин, покупаем что-нибудь перекусить и «маргариту», устраиваемся на диване в предвкушении посмотреть любой фильм на стриминговой платформе.

Признаюсь, что очень ждала этого вечера всю неделю. Занятия здорово вымотали меня всеми возможными способами.

Если подумать, это, наверное, хорошо. Домашние задания и лекции помогли мне отвлечься от мыслей о Кейне.

— Мы готовы? — Мэгги ставит кувшин с «маргаритой» на кофейный столик, рядом с мисками попкорна и чипсами.

Я только десять минут назад вернулась из библиотеки. Мне нужно было закончить проект, прежде чем насладиться своей единственной ночью свободы.

— Дай мне быстренько принять душ, — прошу Мэгги, которая уже переоделась в пижаму и валяется на диване.

Она натягивает на себя большое одеяло.

— Я пока выберу фильм.

Захожу в свою комнату, выбирая пижамные шорты и футболку, и перед моими глазами всплывают воспоминания о последних нескольких днях.

Я почти решила, что напишу Кейну ответ, прочитав его открытки. Честно говоря, до сих пор не понимаю, как мне удалось не ответить.

Хотя, безусловно, это одно из самых приятных вещей, которые кто-либо когда-либо делал для меня, это не меняет того факта, что, если бы он сказал правду в тот день, убийство моего брата могло бы быть раскрыто к настоящему времени.

Но, черт возьми, читая его слова... рассматривая все памятные безделушки, которые он купил для меня, когда мы даже не разговаривали…

Просто знаю, что я бы всю свою жизнь любила этого человека.

Я была бы рядом с ним, несмотря ни на что, держала бы его за руку, когда ему было больно. Я бы никогда не оставила его. И именно из-за этого все так чертовски сложно.

Чувствую себя преданной, как будто моя настоящая любовь была украдена, и я понятия не имею, как справлюсь с чувством, что могло бы быть.

Быстро принимаю душ и в основном стараюсь не выплакать всю воду, которая есть в моем теле. Вытираюсь чистым полотенцем, когда слышу громкий стук в дверь нашего общежития.