Спальня Дреа.

Но из нее выходит Скар.

Так, так. Посмотрите, кто это, наконец, справился со всем этим напряжением.

Скар без рубашки, его черные волосы взъерошены, а голубые глаза заплывшие, словно он не спал двадцать четыре часа.

Прошлой ночью он, Дреа, Кейн, Джейми, Кэл и Винс должны были тусоваться в доках Хиллфорда.

В детстве мы всегда это делали, но сейчас, вместо того чтобы просто смотреть на звезды и бросать камни, ребята пускают по кругу косяк и напиваются до потери сознания.

Я должна была быть там, но поздно вернулась с работы, без настроения пить. Хотя «Аллея позора» Скара доказывает, что у них с Дреа было другое настроение… Мы со Скаром тут же встречаемся взглядами, но он, слишком вымотан, чтобы переживать о своем побеге, и потому просто улыбается, тихо закрыв дверь, уходя в свою комнату.

Десять минут спустя я иду в душ. Мне приходит идея сходить за принадлежностями для рисования.

С каждым днем я скучаю по рисованию все больше и больше, и, возможно, сейчас я на мели, но можно же расплатиться кредиткой, тем более скоро моя первая зарплата.

Вскоре после этого спускаюсь вниз по лестнице. От запаха бекона у меня текут слюнки, и я прямиком направляюсь на кухню, предвкушая, что Сью приготовит на завтрак.

Кейн и Эви должно быть в восторге от того, что повсюду брали с собой своего личного шеф-повара, но, должна признать, очень приятно спускаться утром вниз и обнаружить, что меня ждет горячий завтрак.

Мой пульс замирает, когда я заворачиваю за угол и вижу Кейна без рубашки, сидящего за столом.

Кажется, он единственный, кто не спит, а моя мама и Эви, должно быть, уже в клубе.

Кейн не замечает меня, пялясь в телефон.

— Доброе утро, мисс, — приветствует меня Сью с лучезарной улыбкой. — Что бы вы хотели на завтрак?

Подумываю сказать ей, что она не обязана называть меня «мисс», но за неделю я повторила это пять раз, и явно безуспешно.

Кейн поднимает взгляд и беспокойство, отражающееся на его лице, скручивает мой желудок в узел.

Что-то не так.

Я хочу спросить его об этом, но он закрывается от любого общения, снова переключая свое внимание на телефон.

Ладно.

Я улыбаюсь в ответ на улыбку Сью.

— Яичницу-болтунью, пожалуйста.

Она кивает, ставя тарелку на стол перед Кейном.

— Ваш завтрак, сэр.

Он настолько поглощен своими делами, что даже не слышит ее.

Делая глубокий вдох через нос, направляюсь к столу и сажусь напротив него. Нам необязательно быть друзьями, но, по крайней мере, мы можем есть за одним столом, как два воспитанных взрослых человека.

Только Кейн, по-видимому против этого, потому что, как только я сажусь, он смотрит на меня и тут же вскакивает на ноги.

— Я поем позже, — растягивает он слова, и бедняжка Сью не спорит, убирая со стола. — Если моя мама спросит, скажи ей, что я в спортзале.

Конечно.

В пляжном домике же есть тренажерный зал.

Не думаю, что я когда-нибудь к этому привыкну.

Кейн уходит прежде, чем я осознаю это, и моя кровь закипает от гнева. Что, черт возьми, с ним не так? Это я должен избегать его после всего, что он сделал.

Понимает ли он, что чем больше ведет себя так, будто ненавидит находиться рядом со мной, тем больше мне хочется быть с ним рядом, куда бы он ни пошел, просто назло ему?

Я прошу Сью отдать мне нетронутый завтрак Кейна, вместо того чтобы готовить новый, когда Дреа входит в комнату, прижимая левую руку ко лбу.

— Пожалуйста, скажите, что у нас есть аспирин, — стонет она.

Я решаю избавить ее от страданий, прежде чем начну расспрашивать о Скаре.

— Кажется, я видела вон в том шкафу.

Она, не теряя ни секунды, подходит и распахивает шкафчик. Налив себе стакан воды, мгновенно проглатывает таблетки. Сью интересуется, какую яичницу она будет есть, и Дреа морщится, при одной мысли о еде.

Она едва успевает плюхнуться на скамейку с другой стороны обеденного стола, как я смотрю на нее взглядом, который говорит: «Я знаю, что ты делала прошлой ночью».

Она замечает это, приподнимая бровь.

— Что?

— Ничего. — Я ковыряю вилкой яичницу и откусываю маленький кусочек. — Во сколько ты вчера легла спать?

— Не знаю. Чуть позже полуночи? — Звучит так, будто она спрашивает меня.

— В самом деле? Потому что Джейми опубликовала в Instagram историю около двух, и ты была в ней.

Там Винс и Скар пытались зажечь фейерверк у себя во рту. Я почти уверена, что потеряла несколько мозговых клеток, просто смотря на это.

Она пожимает плечами.

— Тогда, должно быть, в два часа ночи. — Я приподнимаю бровь. — Ладно, в четыре утра, — признается она, и уголки ее рта растягиваются в виноватой улыбке.

Я начинаю узнавать Дреа.

Наверное, потому, что в последнее время мы проводим много времени вместе. Почти каждый день после работы мы встречаемся в домашнем кинотеатре и вместе смотрим наше любимое реалити-шоу. Это помогло нам сблизиться.

Она даже подтвердила мои подозрения относительно нее и Скара. И это был тот самый парень из ее истории. Они со Скаром трахнулись в автобусе в последний день европейского турне Кейна.

Появление Кейна как раз в тот момент, когда они подходили к самому интересному моменту, испортило весь настрой, мягко говоря.

После этого между ними больше ничего не происходило.

Хотя… судя по тому, что было утром, все может быть не так.

— Что за допрос? — спрашивает она.

— Просто любопытно. А что со Скаром? Ты знаешь, когда он вернулся домой?… С кем он пришел домой?

Дреа избегает моего взгляда.

— Откуда мне знать. — Не могу скрыть ухмылку. — Понятно. — Она едва может скрыть свою улыбку. — Даже не начинай.

— Что? Просто интересно.

— Кто бы говорил, мисс Кейн Уайлдер держит меня за волосы, пока меня тошнит.

Я хватаю виноградину со своей тарелки и бросаю в нее.

Вот расплата за то, что поделилась своей историей с Кейном. Она рассказала мне о Скаре, и я подумала, что самое меньшее — рассказать ей о своей постыдной влюбленности. Я также упомянула о истории с его ботинками.

Ей потребовалось некоторое время, чтобы перестать смеяться, но как только она это сделала, ответила, что никогда не считала Кейна заботливым. «Но, с другой стороны, он делает все то, чего никогда раньше не делал, когда дело касается тебя», — сказала она.

Возможно, это звучит мило, даже можно бы почувствовать себя особенной, если бы не тот факт, что его поступок никакого отношения ко мне не имел.

Кейн сказал мне, что мой брат хотел бы, чтобы он присматривал за мной. Но, скорее всего, это просто ещё один способ показать, что тот чувствует себя виноватым за то, что не общался с Греем и что относился к нему как к чужому человеку в течение многих лет, прежде чем мой брат умер.

Думаю, он помог мне не потому, что ему было не все равно. Кейн помог мне, потому что моему брату было бы не все равно, и доброе дело облегчит его совесть.

Мои щеки вспыхнули.

— Хорошая попытка сменить тему, но мы говорим не обо мне.

Она улыбается мне, как бы говоря, что в эту игру могут играть двое.

— Просто говорю, что это ужасно мило с его стороны. Он часто так делает? Всякие приятные вещи? В горизонтальном положении, может быть?

Я поднимаю руки вверх.

— Ладно. Сообщение получено. Вопросов больше нет.

Мы не вдаемся в подробности, обсуждая все, кроме парней, пока я ем. Только когда Дреа проверяет свой телефон и краска отходит от ее лица, я понимаю, что моя интуиция меня не подвела.

Я чувствовала, что что-то не так, по выражению лица Кейна. Он также сосредоточенно пялился в телефон.

— Нет, нет, нет. Черт.

Дреа смотрит на какую-то статью.

— Что стряслось? — спрашиваю я, но она уже выходит за дверь.

Я слышу, ее слова «Мне нужно найти Кейна», когда она поднимается по лестнице. Любопытство захлестывает меня, и я достаю телефон. Ввожу имя Кейна в поисковик, и первый же заголовок, который появляется, гласит: «Девушка Кейна Уайлдера Тейт Циммер рассказывает об их бурных отношениях».