* * *

Храм оказался вырезан в скале, у его подножия — затонувший в песке древний обелиск, из которого торчали кинжалообразные символы. Руны на стенах светились, как будто их недавно тронула чья-то рука.

Ольга подошла ближе. Символы вспыхнули — реагируя на её клеймо. Внутри стены открылся проход.

Они ждали меня? Или… кого-то похожего?

Внутри было холодно. Воздух пах временем и кровью. На полу — следы, будто чья-то обувь оставила мягкие вмятины, не разрушенные ветрами. Совсем свежие.

— Тут кто-то был… дней пять назад, не больше, — произнёс Каэр.

На алтаре лежал пепельный кусок ткани и… перьевая пластина, напоминающая крыло — но с остриём, словно у лезвия.

Он был здесь.

Ольга прикоснулась к реликвии — и пространство на миг содрогнулось. Из глубины алтаря вырвался импульс.

Флэш-память. Голос.

«Ты нашла начало. Но если ищешь ответы — иди дальше. Под звёздой, что падает, откроется путь. Там, где молчание кричит. Я не жду. Но ты идёшь.»

Ольга выпрямилась. Слуги переглянулись. Никто ничего не понял. Но она — почувствовала: это для неё.

Не любовный зов. Но вызов. И, может быть… похожий на судьбу.

Утро застало дом погружённым в густой, тягучий туман. Он плыл между балконов, капал с кованых перил, шептался с листами странных магических кустов в саду, который наконец начали расчищать.

Ольга стояла у широкого витражного окна третьего этажа. Изнутри дом уже больше походил на особняк времён ренессанса — тёмное дерево, живые ткани, обереги на стенах, резные арки. Но за пределами стен чувствовалась жизнь. Настоящая. Хозяйская.

— Вы выглядите спокойной, — прозвучал голос Миры’Зен. Он появился почти бесшумно, как и подобает нурийцу.

— Я не спокойна, — ответила Ольга. — Я просто знаю, что не могу позволить себе выглядеть слабой.

Он кивнул с уважением. На его висках поблёскивала жемчужная чешуя, глаза были тёмные, почти фиолетовые, с вертикальными зрачками. Чужой, но… не чуждый.

— Как дом? — спросила она, отходя от окна.

— Отзывается, — мягко ответил он. — Это старое жилище. Построено с участием живой породы. Если к нему правильно относиться, оно… начинает дышать вместе с тобой.

Ольга подняла бровь.

— То есть у нас в буквальном смысле живой дом?

— В прямом, — усмехнулся Каэр, входя с другой стороны. — Я слышал, однажды такой дом влюбился в хозяйку и попытался задушить её новым плющом.

— Отлично. Добавим к списку угроз: одержимые дома, убийственные цветы, ангелы с кинжалами вместо крыльев…

Она говорила с иронией, но внутри что-то дрожало. Дом дышал с ней. А что, если он начнёт думать за неё?

* * *

На нижнем этаже, в зале с куполом, где теперь располагалась небольшая библиотека, Ольга выложила на алтарный камень перо-клинок, найденное в храме. Его поверхность всё ещё отливала серебром, а рукоять — будто шевелилась, подстраиваясь под ладонь.

— Оно резонирует с тобой, — произнёс Мира’Зен. — Возможно, это часть стража. Или его подарок. Если ты… готова.

Она не стала говорить вслух, что прикосновение к артефакту вызывает в ней дрожь. Словно кто-то смотрит изнутри. Ждёт. Выжидает.

Когда она сжала перо в ладони, его форма изменилась. Лезвие словно расцвело, обернулось по её руке, и в тот же миг вокруг вспыхнул контур защитного круга. Пространство затряслось. Духовный всплеск, будто кто-то в доме закричал, но беззвучно.

— Магия крови, — выдохнула Лирия, прибежавшая с кухни. — Ты… связалась с ним. С Тирианином.

Ольга открыла глаза. Всё тело пульсировало, как после физического броска. И при этом… восторг. Она чувствовала силу, не просто свою — его. Это не был контроль. Это было… как будто её слушали.

* * *

— А теперь о доме, — сказала она позже, собрав всех слуг во внутреннем дворе. — Мы не будем рабовладельцами. В моём доме — нет ошейников.

Мгновение — тишина. И потом тишина снова.

Пока одна из девушек — юная с фиолетовой кожей, рожками, покрытыми золотым налётом — не упала на колени.

— Простите. Мы не знаем, как… жить. Без приказа. Без ошейника.

Ольга опустилась рядом с ней, коснулась плеча:

— Тогда мы научимся. Вместе. Я дам вам задачи. Вы — дадите мне порядок. Но мы не животные. Мы — команда.

Среди слуг прошёл гул. Кто-то всхлипнул. А кошачьи ушки у одной из девочек резко дёрнулись — так, что она тут же схватилась за них, словно забыв, что может двигаться свободно.

* * *

На кухне завелись новые порядки. Лирия — теперь заведующая — установила расписание. В саду начали сажать первую живую изгородь, а трое бывших «рабов» подали прошение стать официальными управляющими. Ольга приняла. И зарегистрировала их в городе как свободных граждан, работающих по контракту.

— А это можно? — удивился Каэр.

— Я теперь местная землевладелица. А значит — судья первой ступени. В пределах участка — мой закон.

Он хмыкнул:

— Вот ты и стала… богиней с кнутом и улыбкой.

— Лучше с катаной и договором, — усмехнулась Ольга.

* * *

Поздно вечером она сидела в библиотеке, глядя в окно. В небе пронеслась комета — быстрая, едва заметная. Но её перо-клинок вспыхнуло в тот же миг, словно узнал этот знак.

Под звездой, что падает… — вспомнила она слова из храма.

Путь только начинается.

Утро выдалось золотым. Лепестки с деревьев осыпались в воздухе, будто дождь из пыльцы и света. Двор дома дышал ритмично: кто-то угорал над задачами по расчистке сада, кто-то тренировался с магическими копьями, а на крыше — как всегда — сидел он.

Варэн.

Мужчина, с которого всё началось — и которого она так старательно игнорировала, несмотря на его настойчивое молчание, редкие ухмылки и взгляд, будто он уже видел её на сто шагов вперёд.

Сегодня он не просто наблюдал. Он ждал.

— Я не заказала себе декорацию в виде полуголого стража на крыше, — сказала Ольга, вскинув взгляд.

— А я не просился, — отозвался он лениво. — Но если ты считаешь, что вид на меня мешает твоему утреннему кофе…

— Кофе тут нет, — отрезала она, подходя ближе. — И вообще, ты знал, что у тебя крылья при движении складываются как ножны?

Он поднял бровь.

— Восхищена моей анатомией? Я польщён.

— Я приглядываюсь к оружию, а не к тебе, — парировала Ольга, но краешек губ дрогнул. Он это заметил, конечно же.

Он спрыгнул с крыши с той грацией, на которую способны только «те, у кого кости как металл, а мускулы — из магмы». Так ей про него сказали в архиве. И добавили: «не лезьте без крайней нужды».

— Сегодня ты хочешь идти в храм у перевёрнутого кратера, — сказал Варэн, подходя ближе. — Я пойду с тобой.

— Это не просьба?

— Это предупреждение.

Она хмыкнула, не отводя взгляда. Его лицо было слишком… выверенным. Красивым до того, что хотелось рассматривать, но раздражающим в своей уверенности. Как будто ему было позволено всё, даже быть занозой в её утреннем распорядке.

— Ладно. Но ты не командуешь. Я веду.

— Спорить не собирался, богиня с катаной, — усмехнулся он, намекая на её прозвище, которое уже успело закрепиться в округе. Благодаря, кстати, ему.

* * *

Путь до перевёрнутого кратера занял полдня. Ольга шла в сопровождении небольшой группы: двое нурийцев, одна ди’Миана (существа с рогами и пепельной кожей), а также Варэн — как тень, идущая на шаг позади, но всегда — там, где нужно.

Пейзаж менялся: от ласковых рощ с листьями-колокольчиками до хрустальных долин, где звук отражался с задержкой, будто сам воздух медлил. А потом они вышли к кратеру.