Я кивнула. В груди защемило.

Коул вздохнул и добавил, уже тише: — Впрочем… моя судьба не многим лучше.

В его голосе было что-то такое, что заставило меня вздрогнуть. Будто за лёгкой усмешкой пряталась бездна.

Когда колбы наконец остыли, Коул щёлкнул пальцами, и огоньки на столе один за другим погасли. Он спокойно начал убирать за собой — смахнул пепел, расставил склянки по местам, протёр стол сухой тряпкой. Всё делал уверенно, будто у него был свой строгий порядок даже в этом хаосе.

— Ладно, — сказал он, стянув с себя передник и бросив его на крючок. — Пора ужинать. Но готовить будешь ты.

Я уже собиралась жестом показать, что не согласна быть кухаркой. Но он добавил чуть мягче:

— А я помогу.

С этими словами он снял передник — и я застыла. Под ним снова оказалось то самое тело: сильное, рельефное, с татуировками, бегущими по коже. Каждое движение будто подчеркивало линии мышц. Я поймала себя на том, что снова пялюсь, и поспешно отвела взгляд. Умеет, гад, сбить с толку.

— Пошли, — сказал он просто, и повёл меня в сторону кухни.

Мы вошли туда первыми. На удивление, там было тихо — ни Айса, ни Шарха.

— Ну? — спросил Коул, глядя на меня с прищуром. — Будешь готовить?

Я пожала плечами: А что остаётся? В конце концов, он довольно милое чудовище.

— Хорошо, я помогу, — кивнул он, будто заранее согласился на все мои условия. — Давненько не ел нормальной еды.

Я кивнула и достала продукты. Он смотрел внимательно, но без лишних вопросов. Я показала на нож, потом на овощи — и он взялся резать. Ловко, быстро, хотя явно не по привычке, но выходило довольно прилично.

Я помешивала на сковородке, он подавал, чистил, держал тарелки. Слов не нужно было: стоило мне показать жестом, как он понимал и делал. Вообще, Коул гораздо более сообразительный, чем Айс в этом плане.

Мы словно поймали этот ритм. Я киваю, он действует. Он бросает в сторону какую-то шутку — я закатываю глаза, но улыбаюсь. Даже смеюсь без звука, когда он балуется, как подросток. И он смотрит так, будто это для него большее чудо, чем все его алхимические колбы.

На кухне стало… уютно. Почти по-домашнему. Большой красивый мужчина дурачится, на забывая выполнять все мои указания. Ну как можно от такого отказаться?

И именно в этот момент дверь со скрипом открылась.

На пороге стояли Айс и Шарх.

Атмосфера тут же сменилась.

— Пахнет вкусно, — первым нарушил тишину Шарх, шагнув ближе к столу и вдыхая аромат.

— Я бы сказал непривычно, — бросил Айс, уже достав какие-то свои продукты и спокойно садясь за стол.

— А меня угостят? — лениво поинтересовался Шарх, глядя на меня.

Коул посмотрел в мою сторону, вопросительно приподняв бровь. Я кивнула: да, всё равно мы приготовили много.

— Тогда ладно, — сказал рыжий и усмехнулся, усаживаясь напротив.

Айс тем временем поднял глаза от тарелки и сказал спокойно, будто между делом: — В её комнате завелась ядовитая галыста. Поэтому сегодня она будет в моей спальне.

Я поперхнулась, чуть не уронив ложку, и замахала руками: я против! Совершенно против!

— Как-то ты быстро её в постель потащил, братец, — протянул Шарх с усмешкой, склонив голову набок.

Я ещё сильнее замотала головой, отчаянно жестикулируя, будто отбиваясь от их слов.

Айс даже не дрогнул. — Не в постель. В комнату. Мы не знаем, есть ли эти твари в других гостевых. А защищены только три спальни — наши. Завтра придётся её комнату зачаровать.

Шарх кивнул, но в его глазах плясали насмешливые огоньки. — Ну так пусть Катрина сама выберет, с кем проведёт эту ночь.

Я замерла, испуганно переводя взгляд с одного на другого. Сердце билось, как сумасшедшее. И, не отдавая себе отчёта, я шагнула ближе к Коулу, прижалась спиной к его плечу.

Шарх это заметил, и его улыбка стала шире. — Вот. Она сама показала. Хочет к нему, а не к тебе, Айс. И даже то, что ты нарядил её в свою одежду, тебе не поможет.

Я вздрогнула. А Коул только в этот момент, наконец, по-настоящему обратил внимание. Его глаза сузились, скользнув по рубахе и штанам, в которых я сидела.

— Это что ещё за фокусы? — хмыкнул он. — Ты в его одежде? Почему?

Я вспыхнула и замахала руками, пытаясь объяснить, но чем больше махала, тем шире улыбался Шарх.

А Айс смотрел на меня с таким холодным выражением, что стало зябко, несмотря на тепло кухни.

— Надо было быстро вывести ее из спальни.

— А где ее одежда? — спросил Шарх.

— На ней тоже могут быть мелкие дряни, — сказал Айс.

— На той, что в шкафу да, а на той, что была на ней?

— Она была голая, — совершенно спокойно ответил Айс и взгляды Коула и Шарха скрестились на мне.

Я замотала руками, а Шарх улыбнулся.

— Какая увлекательная история.

— Ничего увлекательного, — сказал Айс.

Запах еды окончательно перебил разговоры. Я разложила тарелки, угощая всех, кроме Айса. Он даже не посмотрел в мою сторону, продолжал ковыряться в своей еде — то ли заранее приготовленной, то ли только ему понятной смеси. Сидел, нахмурившись, пыхтел и всем видом показывал, что его участие в трапезе добровольным назвать нельзя. Но это был его выбор.

Шарх и Коул ели с аппетитом. Рыжий первым откинулся на спинку стула и сказал: — Ты очень вкусно готовишь.

Я смущённо улыбнулась и жестом показала на Коула.

— Эй, — Коул ухмыльнулся, откинувшись на локоть. — Я, конечно, помогал, но без тебя бы и близко так не приготовил.

Я улыбнулась. Мне было приятно и то, что они хвалят и то, что Коул довольно неплохо меня понимает.

Мы ели и разговаривали. Точнее, они разговаривали, а я слушала. Обсуждали что-то про замок, про защиту, про то, как ведёт себя «дрянь», проникшая в комнаты. Иногда перекидывались подколками, спорили, но в целом за столом стояла почти домашняя атмосфера. Странно уютная для дома чудовищ.

Когда ужин подошёл к концу, все встали собирать тарелки. Я тоже потянулась помочь, но мужчины переглянулись, и Шарх, будто между делом, спросил: — Ну что, к кому ты пойдёшь в комнату?

Я замерла, уставившись на него во все глаза. Сердце подпрыгнуло к горлу.

— К Айсу? — продолжил он с невинной улыбкой.

Я резко замотала головой.

— Ну и не очень-то и хотелось, — холодно отозвался Айс, даже не взглянув на меня.

— Тогда ко мне? — Шарх подался чуть вперёд, огоньки в глазах явно насмешливые.

Я сглотнула и медленно, неуверенно покачала головой.

— Ну, значит, идёшь к Коулу, — заключил рыжий, будто это и не вопрос вовсе.

Моё дыхание сбилось. Я медленно повернула голову к Коула, глаза расширенные, как у загнанного зверька.

Он поднял на меня взгляд — спокойный, чуть насмешливый, как всегда. В уголках губ дрогнула тень улыбки.

— Ну… ко мне так ко мне, — сказал он спокойно, будто речь шла о самом обычном деле.

Я замерла, растерянная, но тут же он добавил: — Возьмём с собой сладостей к чаю.

Я моргнула. Сладости? Чай? Обычность этой фразы сбила весь страх. Напряжение в груди ослабло. Совсем недавно я ведь сама думала, что не против остаться с ним наедине… Меня больше пугала перспектива других чудовищ.

Ну, если выбирать меньшее зло — пусть будет он.

Я кивнула. Глубоко вдохнула и выдохнула, стараясь успокоиться.

Мы пошли вместе в кладовку. Я взяла коробочку со сладостями, Коул достал чайник и чашки. Всё это он ловко поставил на поднос. Я невольно усмехнулась: и чудовище, и алхимик, и официант в одном лице. А какой сантехник…

Он подхватил поднос, а я пошла рядом, стараясь запомнить дорогу. Коридоры снова глотали шаги, но теперь, когда мы шли вдвоём, не так страшно.

Его комната оказалась совсем не такой, как я себе представляла.

Никакой холодной строгости, как у Айса, но и не той ленивой хаотичности, что витала вокруг самого Коула. Здесь было… тепло. Стены увешаны полками с книгами и какими-то странными предметами — от маленьких фигурок зверей до кусочков кристаллов, переливающихся мягким светом. У окна стоял письменный стол, заваленный записями и флаконами, но в хаосе угадывался порядок.