— Мы хорошие, — сказал Егор.

— Я уже боюсь, — вахтёрша хмыкнула. — Иди, хороший.

По лестнице наверх они тащили чемодан всем миром. На третьем этаже на двери с табличкой «Комендант» висел ещё один лист с предупреждениями, нарисованными красной ручкой. Комендантом оказалась сухая женщина с короткими волосами и очками на цепочке.

— Новый? — спросила она, глядя поверх очков.

— Да, — ответил Артём, протягивая паспорт и направление.

— Лазарев… ага, — она что-то пометила в тетради, достала связку ключей и сняла один. — Седьмой этаж, налево, потом направо, дверь с номером. Соседа Панфёрова не бойся, он шумный, но не злой. С правилами ознакомься, распишись.

Артём бегло пробежался глазами по листу. Ничего неожиданного: не пить в коридоре, не ломать мебель, не устраивать концерты.

— Всё, — комендант поставила подпись. — Живите. Если что — ко мне. Если кто-то достанет — тоже ко мне. Если сами будете лезть в драки — сначала ко мне, потом в деканат.

— Понял, — сказал он.

Седьмой этаж. Лифт не работал — конечно. Пришлось тащить чемодан по лестнице. Егор пыхтел, Марина подначивала, что это «прокачка выносливости», Ольга вспоминала, как в их молодости общежития были «ещё страшнее».

Номер 706 нашёлся в дальнем конце коридора. Стены здесь были исписаны древними и свежими надписями: признания, бессмысленные лозунги, чьи-то телефоны. Где-то приклеили наклейку с котом, где-то — расписание пар.

— Ну, — сказал Николай. — Давай, хозяин. Открывай.

Артём вставил ключ в замок, повернул. Дверь открылась, скрипнув.

Комната была не такая уж плохая. Небольшая, с двумя кроватями по разным стенам, двумя столами, парой стульев и шкафом. У окна — шторы, батарея, вид на соседний дом и кусок двора. На одной кровати был уже накинут плед, на столе стояла кружка и лежали какие-то тетради и толстая книга с яркой обложкой. На спинке стула висела куртка.

— О, — сказал кто-то из-за шкафа. — Заселение пришло.

Из-за шкафа вынырнул парень лет восемнадцати, в футболке и спортивных штанах. Худощавый, но жилистый, с тёмными короткими волосами и смеющимися глазами. В руках — пакет с хлебом.

— Здорово, — сказал он. — Ты Артём?

— Да, — кивнул Лазарев. — А ты, получается…

— Данила, — парень протянул руку. — Даня, Дэн, как удобнее. Желательно не «эй ты». Ты, наверное, и есть мой сосед по счастью.

— По несчастью, — мрачно уточнил Егор. — Ты не знаешь, куда вписался.

— Я быстро пойму, — Данила пожал руку Артёму, потом перевёл взгляд на остальных. — Родственники? Мама, папа, брат, сестра… класс. Полный комплект.

— Мы проверяем, что ты не маньяк, — Марина серьёзно посмотрела на него. — Пока впечатление так себе.

— Я маньяк по еде, — спокойно ответил Данила. — Если кто-то поставит кастрюлю без присмотра — буду рядом. А так я очень мирный.

— Это мы ещё посмотрим, — сказала Ольга, оглядывая комнату. — Ну что ж… жить можно.

— Спасибо за высокую оценку, — усмехнулся Данила. — Вы, кстати, вовремя. Сегодня у нас по традиции приветственный ужин. Ну, не официальный, а так… вводный курс по выживанию в общаге.

— Это где все собираются, пьют и орут до ночи? — быстро спросила мать.

— Это где все собираются, едят, пьют чай, орут до ночи, — уточнил Данила. — Но я, так уж и быть, Артёма буду охранять. Хотя он, судя по лицу, сам кого хочешь охранять может.

— Надеюсь, он будет охранять в первую очередь голову, — буркнула Ольга.

Николай шагнул в комнату, поставил чемодан.

— Ну, — сказал он. — Просторно. Небо не видно, зато стены есть.

— Отец, ты гений, — Марина покачала головой. — Ты когда-нибудь напишешь книгу афоризмов.

— Сначала пусть сын учится, — ответил Николай. — Афоризмы подождут.

Они помогли Артёму раскладывать вещи: положили футболки и штаны в шкаф, поставили на стол тетради, старенький ноутбук, который Марина отдала ему на время. Ольга выложила на полку пакет с крупами, банку тушёнки, чай и сахар.

— Я как будто не в универ, а в экспедицию уезжаю, — заметил Артём.

— Примерно, — согласился Данила. — Только тут враги не медведи, а соседи. Но иногда медведи попроще.

— Я ничего не слышала, — сказала мать. — Всё, Артём. Я тебя официально отпускаю. Но, — она подняла палец, — звонить. Не раз в месяц, а нормально. Если что — сразу говори, не геройствуй.

— Мам, — он улыбнулся. — Всё будет нормально.

Она обняла его, крепко, так, что косточки хрустнули. Егор тоже влез в объятие, хлопнул брата по спине.

— Если тебя там кто-то обидит, — сказал он, шепча в ухо, — ты мне скажи. Я приеду и буду из-под кровати страшные звуки издавать.

— Это точно всех разгонит, — хмыкнул Артём.

Николай пожал ему руку по-взрослому, твёрдо.

— Держись, — сказал он. — Не забывай, откуда ты. Но и не сиди в своём. Смотри, слушай, думай. Это твой шанс.

— Понял, — серьёзно сказал Артём.

Марина подошла последней.

— Ну что, — она улыбнулась. — Добро пожаловать в клуб «жизнь в общаге».

— Это клуб по интересам или по выживанию? — спросил он.

— По обоим, — ответила она. — Если что — звони. Я здесь уже второй год. Подскажу, у кого не брать еду, у кого не брать советы и у кого можно списать конспект.

— У тебя? — уточнил он.

— Конечно у меня, — Марина усмехнулась. — Я же старшая и умная.

Она чмокнула его в щёку, потом повернулась к Даниле.

— Следи за ним, — сказала она. — Если что — я тебя найду. В этом городе он ненадолго твой сосед, а мой брат навсегда.

— Понял, — Данила приложил руку к груди. — Беру под ответственность.

Когда дверь за родными закрылась, в комнате стало странно тихо. Как будто выключили привычный фон.

Артём на секунду опустился на свою кровать. Матрас скрипнул, пружины отозвались.

— Ну, — Данила плюхнулся на соседнюю. — Поздравляю, товарищ по камере.

— Взаимно, — Артём огляделся. — И что дальше?

— Дальше, — сосед раскинул руки, — начинается то, что потом будешь вспоминать как «те самые годы». Хотя сначала они будут казаться просто хаосом. Смотри, — он ткнул пальцем по комнате. — Вот твой стол, вот моя территория, вот шкаф — пополам. Туда — вещи, сюда — еда. Вон там, у двери, — мини-словарь по мату, который тебе понадобится на лестничной клетке, а тут, — он постучал по батарее, — связь со всем этажом. В неё стучат, когда кто-то кого-то достал.

— Впечатляет, — сказал Артём. — А кухня где?

— На конце коридора, — Данила махнул рукой. — Там священное место. К кастрюлям относись с уважением. Иногда они исчезают при загадочных обстоятельствах. Никогда не оставляй ложку в кастрюле. И да, не верь тому, кто скажет «я только попробовать».

— Звучит, как будто ты через это уже проходил, — заметил Артём.

— Я через это живу второй год, — Данила усмехнулся. — Так что у тебя есть уникальный гид по миру борща, лапши и общажной политики.

— Общажной политики? — переспросил Артём.

— Конечно, — сосед поднялся. — Пошли. Пока народ не разошёлся, познакомлю тебя с ландшафтом.

Коридор был длинным, с дверями по обеим сторонам. Пол — линолеум с пятнами времени. За одними дверями грохотала музыка, кто-то уже включил колонки под что-то тяжёлое. Из других доносился смех, из третьих — спор о том, кто сегодня моет посуду.

— Комната 701, — Данила ткнул пальцем в дверь, где висела табличка с нарисованным маркером смайликом. — Здесь живут двое программистов. Если у тебя сломается ноут — выручат. Если у них сломается всё остальное — мы им чинить помогаем. В основном стол и стул.

— Понятно, — кивнул Артём.

— 703 — качки, — продолжил Данила, проходя дальше. — Там всегда кто-то отжимается, подтягивается и орёт, что «ещё один подход». С ними лучше дружить: помогут перетащить что-то тяжёлое. Но не спорь с ними о футболе. Это священная тема.

— Принято.

— 705 — теоретические отличники. Они учат всегда. Даже когда едят. Иногда, кажется, даже когда спят. Если надо конспект — стучись. Но готовься к лекции о морали.