— А ты? — угрожающе ухмыльнулась Леди, снова показав незамысловатое устройство, представляющее собой эфирную бомбу. — Готов проверить свою реакцию?
Надменная улыбка исчезла с лица Эгго, когда он понял, что Тали не блефовала. И если она рискнула выйти за пределы городского барьера и вступить с ними в конфронтацию в одиночку, что ее удержит от выполнения остальных своих обещаний — обесточить эфир и убить себя в случае, если у нее не останется другого выбора?
— Правитель… — предостерегающе окликнул Эгго Равен. Он и генерал стояли далеко и не могли в считанные секунды защитить своего лидера, но Арнлейва, похоже, это не волновало.
— Ну, попробуй… — языки зеленого пламени опасно заиграли в руке Эгго. Готов ли он был всерьез атаковать скверной Тали, неизвестно, но оставаться без защиты в столь напряженный момент не мог. — Не имеет значения, как ты умрешь.
— Что относится и к тебе тоже, — с небывалой решительностью Леди нажала кнопку на устройстве, похожем на молоток, только вместо тупого бойка был эфирный кристалл, а в рукояти — поджигающий механизм. — Не важно как, главное — умрешь!
Брошенная вперед бомба не успела даже долететь до земли, взорвавшись в воздухе и оглушительной волной развеяв весь эфир вокруг — сперва барьер Леди, затем черный вихрь из воронья Равена, но не тронул уже созданную ранее кристальную перчатку на руке Арнлейва. Извивающиеся под влиянием Алларда тени сразу же приняли правильную форму, а меч, который так и норовил пронзить генерала, с громким лязгом рухнул вниз.
— Леди! — где-то позади послышался взволнованный крик Дина, заметившего, как Тали осталась без защиты, одна против троицы из Амхельна.
В следующий миг произошло сразу несколько событий. Почти одновременно сорвались со своих позиций генерал Амхельна и Хранительница Эстера. Первый — за собственным мечом, чтобы защитить своего Правителя, вторая — чтобы успеть этого Правителя убить.
Вокруг Арнлейва скверна вспыхнула оборонительным кругом, но Леди, крепко прижав меч к груди, без раздумий прыгнула через пляшущие языки зеленого пламени и со свистом рассекла пространство там, где секунду назад стоял Эгго. Светящийся клинок успел захватить лишь край плаща Арнлейва, в то время как он сам, отбив удар рукой-кристаллом, едва успел отскочить в сторону.
— Только и способен, что убегать! — без промедления Леди кинулась с новым выпадом, желая снести ему голову.
— А ты все же не оставляешь попыток попробовать на вкус мою скверну, — растянулся в зловещей улыбке Арнлейв, ловко пригнувшись и отступив в сторону.
На это Леди и рассчитывала, ведь не оставляла ему других ходов для отступления, поэтому по инерции ее меч метнулся обратно, снизу-вверх, после чего она бы снова обрушилась на Эгго с превосходящей позиции. Но ее плану не суждено было сбыться, когда Арнлейв почему-то даже не попытался увернуться или отразить кристальной рукой клинок, летящий снизу. Лезвие мягко и без препятствий вошло в бок Правителя Амхельна, неожиданно сократив расстояние между ним и Хранительницей Эстера.
— Что ж, не в моих правилах отказывать даме… — проворковал Арнлейв и, сбросив с правой руки перчатку из кристалла, прижал ладонь, объятую скверным огнем, к шее Леди.
— А-а-а, — взвизгнула Тали от резкой боли, пронзившей все ее сознание. Словно кожу на шее одновременно невыносимо растягивали и вместе с тем сворачивали в невообразимый узел, от чего она тут же лопалась, но кровь не успевала даже проявиться, высыхая и чернея.
— Отпусти ее, ублюдок! — сорвался со своей позиции Дин и бросился на выручку Леди, прорвавшись сквозь городской барьер.
Аллард, до этого замерший возле Тали и Эгго, мигом повернулся к Риду и, вытянув вперед меч, пошел на Правителя Эстера.
— И что ты сделаешь, без эфира-то? — презрительно хмыкнул Рейн, заметив секундную растерянность Дина, после чего тот достал из-за пояса кинжал. — Ха, ну что ж, давай, попробуй! В отличие от Тали, ничто не мешает мне прикончить тебя прямо здесь и сейчас!
Ситуация стремительно выходила из-под контроля. И Клаус, оставшийся по ту сторону городского барьера, отчетливо это понимал. К тому моменту, когда вернется эфир, может быть уже слишком поздно.
— Смерть бы вас всех побрал! Милтон, отставить конспирацию! — проорал он в коммуникатор. — Нужно защитить их!
Джейсон не заставил себя ждать, словно телепортировавшись, появился на поле боя вместе с хранителями до того, как Аллард и Дин скрестили бы оружие.
Заметив столь стремительное прибавление эстеровцев на поле боя, Равен сразу же попятился, уступая место возникшим словно из ниоткуда отрядам в золотых орлиных масках.
— Похоже, эпигонов здесь даже больше, чем мы предполагали, — Клаус, хоть и стоял за пределами барьера, но сделал шаг назад.
— Значит, они все здесь сдохнут, — выругался Джей, пробегая мимо него и обнажая меч.
Все это время темных скрывали эфиристы-невидимки на расстоянии, куда не дотягивалась безэфирная волна. И поэтому переговоры буквально в считанные минуты превратились в полномасштабное сражение Света и Тьмы.
— Ну как тебе Дыхание Смерти? — заговорщическим голосом спросил Арнлейв, завороженно наблюдая за тем, как Тали морщилась от боли. — Уже чувствуешь необратимость своих ошибок?
Но даже в таком состоянии Леди поражало не то, как стремительно скверна иссушала ее тело, а что на лице Эгго не дрогнул ни один мускул, хотя все это время ее клинок почти до основания был в его теле. Кровь ручьем лилась из раны, и пока обесточен эфир, Арнлейв точно не мог восстанавливать себя, а значит, испытывал колоссальную боль.
— Ты в моей власти, — ехидно продолжал улыбаться Правитель Амхельна, словно в ответ на недоумение в мыслях Леди. — Все остальное — ничто по сравнению с этим достижением…
Вокруг них уже слышался лязг мечей, когда сходились в бою эпигоны и хранители. Последние пытались оттеснить от Рида генерала Амхельна, но по-прежнему никто не мог пробиться к Леди и Арнлейву, вокруг которых заградительной стеной пылала скверна.
— И все же… — сквозь боль процедила Леди, выуживая левой рукой из-за спины кинжал, — зря ты рискнул прийти сюда лично…
У нее был выбор — исполнить свою угрозу и убить себя или воспользоваться близостью Арнлейва и попытаться нанести ему смертельный удар. Но в первом случае все равно оставался риск, что Эгго успеет поглотить ее барьер. Поэтому выход был только один.
Леди с размаху засадила острое лезвие в шею Арнлейва, что, наконец, стерло с его лица надменную улыбку. Скверна мигом потухла, а Эгго, громко хрипя, отступил назад и испуганно замахал руками вокруг шеи, будто решаясь и в то же время боясь притронуться к клинку, пронзившему его гортань насквозь. Маска спала, и Леди видела теперь не только судорожно бегающие глаза и безмолвно открывающийся рот, но и тянущиеся через покрасневшее лицо жуткие темные шрамы и рубцы.
Лицо, которое Тали предпочла бы не знать. Вкупе со жгучей болью в собственной шее это лицо казалось ей кошмаром наяву. Лицо, от которого хотелось немедля избавиться. Стереть из памяти. Физически уничтожить.
— Провались в Нижний мир! — одним резким движением она выдернула из тела Эгго меч Хранителя, заставив его издать-таки жалостливый стон и рухнуть на колени, обливаясь кровью.
Вторым движением Леди без каких-либо задержек занесла меч и со всей силы обрушила его на шею Арнлейва, чтобы уже неотвратимо снести ему голову и положить всему этому ужасу конец.
— Нет… — едва слышно вырвалось из Эгго вместе с кровавыми пузырями, но словно какая-то неизвестная сила заставила Леди остановиться, и ее рука так и замерла в сантиметре от Орла.
Мигом позже она поняла, что эфир вернулся, но было уже поздно. Ее тело, подчиняясь чужой воле, само подалось вперед и рухнуло на колени рядом с Эгго. Тали попыталась создать барьер, но рука Арнлейва, объятая скверной, уже вновь прожигала ее тело.
Параллельно с тем, как кинжал из шеи Эгго сам по себе выскользнул из раны, которая тут же стала затягиваться, Леди раз за разом старалась покрыть себя второй кожей, защитной пленкой из эфирной завесы, и у нее вроде бы получалось, но это никак не избавляло ее от боли, вызванной скверной, словно та прожигала не кожу, а саму суть Тали, лишая ее барьер целостности.
