— Да, конечно, Советник Галбрейт, я даю свое согласие. Это уникальный союз в истории Мармиати-Ай, наша обитель еще никогда не была настолько близка к величию, о котором мечтал мой отец, — отчеканил Эйден Эфрейн заранее выученную речь.

Рид заметила, как вздернула голову некромантка. Даже не видя ее лица, можно было догадаться, с каким презрением Дженнифер смотрела сейчас на своего брата, вся эта политическая подоплека не вызывала ничего, кроме тоски.

— Величие… как мало людей действительно понимает смысл этого слова. Но именно оно и только оно в конечном итоге имеет значение, — громко заключил Галбрейт, непривычно было видеть его в роли оратора. Чаще Равен тенью стоял за спиной Эгго, нашептывая ему советы, но, несмотря ни на что, Советник держался более чем уверенно. — Сегодняшний союз сделает нас еще ближе к тому, что вскоре на карте Вусмиора не останется ни одного города без нашего флага, а в Верхнем мире установится новый порядок!

— Новый порядок? — одними губами повторила Ева и нашла глазами Алларда, который не менее удивленно посмотрел на Равена, явно не понимая, о чем идет речь.

Но никого больше это не волновало, все как завороженные следили, как Советник обошел своего Правителя и его избранницу и сдернул шелковую ткань с эфирного кристалла, до этого незаметно покоившегося на журнальном столике в окружении белоснежных цветов.

— Что… — среди возбужденного шепота гостей тихое восклицание Дженнифер вряд ли кто разобрал, но следующий ее вопрос уже отчетливо услышал каждый. — Что это значит?

— Это значит, любовь моя, что пришло время приносить клятвы, — расплылся в улыбке Эгго и нежно коснулся ладони Дженнифер, она успела только едва дернуться прежде, чем ее плечи безвольно поникли под весом руки Арнлейва. — В Маримати-Ай же любят соблюдать традиции. Не так ли, мой дорогой шурин?

— Д-да, милорд, конечно, — тут же закивал Эйден, с опозданием осознав, что Орел обращается именно к нему.

Ева растерянно окинула взглядом завороженных этим действом гостей. Неловкий момент был разрешен, и Дженнифер больше ничего не возражала, но Рид понимала ее смятение — в Амхельне мало кто ценил жизни друг друга, а уж о старых брачных традициях и вовсе давно не вспоминали. Все это было еще одной издевкой Орла.

Как бы то ни было, инфанта то ли не могла, то ли не видела смысла сопротивляться, когда Арнлейв поднял ее вуаль, а Равен подошел к ним с эфирным кристаллом в руках. Эгго и Эфрейн одновременно коснулись пульсирующей поверхности камня.

— Только люди, полные уверенности, преданности и истинного желания быть друг с другом вместе решатся скрепить свои жизни клятвами в эфире. О них станет известно не только здесь, но и в Нижнем мире, — грозно и в то же время скорбно начал Галбрейт, словно испытывая новобрачных на прочность. — Арнлейв Эгго и Дженнифер Эфрейн, вы готовы объявить о своих намерениях самому Смерти?

— Готов! — сразу подхватил Эгго, и под его маской засияла опасная улыбка. — Клянусь во что бы то ни стало быть рядом с тобой, Дженнифер, на протяжении всей твоей жизни… Нет, всех твоих жизней! В обоих мирах!

Его клятва звучала, как приговор, и Арнлейв наверняка сделал это намеренно. Эфирный кристалл ярко полыхнул, и хватка инфанты на камне ослабла, будто тот мог обжечь ее, но она не убрала руки. Опять же, то ли потому, что ее переполняла решимость, то ли от отсутствия выбора — Ева не могла понять. Впрочем, клятва некромантки, произнесённая надломленным голосом, через силу, многое прояснила:

— Клянусь быть преданной тебе женой, Арнлейв, и верной спутницей во всех твоих начинаниях и свершениях.

Кристалл вновь вспыхнул в знак признания их клятв, и Ева заметила, как обессилено соскользнула с камня ладонь инфанты, будто все это время лишь неведомая сила держала ее, а теперь она потеряла эту поддержку.

— Да будут звучать эти клятвы в эфире вечно! Объявляю вас мужем и женой! — победно провозгласил Равен, а зал взорвался овациями, когда Дженнифер, словно марионетка, качнулась к Арнлейву для формального поцелуя.

Тьма под влиянием Эгго достигла своего пика, окутывая каждого, не позволяя даже отвернуться. Ева, которая и сама тысячи раз применяла этот прием на своих жертвах, несмотря на бегущие по коже мурашки от пережитого на сцене перед ними насилия и унижения, тоже не могла устоять перед властью и силой Правителя, и захлопала в ладоши следом за остальными в знак очередной победы Арнлейва. Никто, конечно, не обратил внимания, как после навязанного поцелуя Дженнифер с побледневшим и обреченным лицом рухнула на стоявшее рядом кресло.

Музыка заиграла громче прежнего, намекая на начало праздничного вечера, и гости поспешили к молодоженам, чтобы лично поздравить их. Прежде, чем Ева успела прийти в себя и решить, куда ей податься, назойливый писк Кэтрин Рид настиг ее.

— Ева! Вот ты где! Я уж думала, ты не пришла. Хотела тебя познакомить с моим братом — Фредом, — как ни в чем не бывало верещала бывшая жена ее кузена. Для большинства из присутствующих жизнь продолжалась без каких-либо сомнений.

— О, Правитель Шеута, это большая честь для меня, — Рид быстро нацепила самую очаровательную улыбку и поправила непослушную лямку на своем платье. Фред, то ли под действием Тьмы Эгго, то ли из-за своей собственной распущенностью, сразу окинул шпионку весьма недвусмысленным взглядом.

— Я был наслышан, что кузина Дина очень красива, но не предполагал, что настолько, — он наклонился и поцеловал ей руку, от этого жеста Еву едва не стошнило, но она продолжала улыбаться.

— Фред! Ты же женат! — как будто оскорбилась Кэтрин, а затем обратилась уже к своей новоиспечённой родственнице. — Но ты и правда выглядишь восхитительно. Кстати, не хочешь поздравить Дженнифер? Подумать только, клятвы на эфирном кристалле! Это так красиво!

— Кажется, там и без меня много желающих… — покосилась на нее Рид, не веря, что Кэтрин посчитала церемонию красивой, а не унизительной.

— Стоит поторопиться, иначе это могут счесть за неуважение, — бывший союзник Эстера очевидно пытался всеми силами угодить своему новому хозяину.

Ева прекрасно понимала, что после всего произошедшего самой некромантке нет дела до всех этих лизоблюдов, но Кэтрин так стремилась к трону, что почти силой потянула Рид за собой. Шпионка, чтобы не выглядеть подозрительно, постаралась сразу все свои мысли направить на битву в лабиринте, которая вот-вот должна начаться, лишь бы не выдать того, что у нее и Джен была общая тайна.

— От лица всего Шеута примите мои поздравления, — Фред поклонился Эгго, рядом с которым стояли Эйден и Равен, а позади почти неподвижно сидящей в кресле Дженнифер стоял скучающий Аллард.

— Любовь моя, позволь представить тебе — Фред Уивер, Правитель Шеута, и его сестра Кэтрин Рид, с ней, думаю, ты могла видеться в Эстере, — Арнлейв буквально расплылся в самодовольной улыбке, сталкивая их лицом к лицу.

И если бы Дженнифер могла убивать одним только взглядом, то живого места сейчас ни от кого не осталось бы — ни от предателей из Шеута, ни от самого Орла.

— Я должна ответить: «Приятно познакомиться»? — съязвила инфанта, все еще злая после ритуала с клятвами.

Ева поняла, что лучше отступить в сторону, чтобы ненароком не попасть под горячую руку, а гости вокруг с еще большим интересом стали наблюдать за новым представлением, устроенным Орлом.

— Большая честь для нас, что вы в столь сложное для Шеута время решились все-таки оставить свою обитель и приехать сюда, — Равен попытался отвлечь всеобщее внимание от язвительности некромантки, но его реплика возымела обратный эффект.

— Сложное⁈ А что случилось? — неожиданно спросила Кэтрин у брата, не позаботившись о том, чтобы перейти на шёпот.

— О, вы не в курсе? — Арнлейв, напротив, не упустил возможности подлить масла в огонь. — Ваш муж и Леди Тали убили Хранителя Шеута.

— Что⁈ — Дженнифер и Кэтрин воскликнули разом, и даже Ева недоуменно уставилась на соправителей Амхельна и Шеута.

— Если быть точным, то ответственный за убийство — именно Дин. Он вместе с Тали приехал к нам почти сразу после твоего отъезда… — несколько сконфуженно ответил Фред, не желая публично сознаваться в своих промахах. — Давай поговорим попозже…