— Катя… Ты… — прошелестел бывший жрец. — Что ты наделала…
«Нам нужно от него избавится, — заявляю я. — Можешь помочь мне его сжечь? Или что нам делать?»
«Нужно попытаться, но я не уверена…»
— Владыка не простит тебе измены, — шелестит Алишер. — Ты должна принадлежать ему.
— Да пошёл он знаешь куда? — огрызаюсь я. — Я сделала выбор. Не в его пользу.
— Глупый выбор, — жрец шагает в комнату.
«Нам надо огонь! Как его сделать?!»
«Почувствуй его. Он как дыхание. Сосредоточься и выдохни!»
Я честно стараюсь, но ничего толкового у меня не выходит. Выдыхаю пар, чувствую себя до невозможности глупо, но больше ничего. Чёрт!
«Соберись!»
«Не могу!»
Алишер делает ещё шаг. Я вскидываю кочергу и понимаю, что толку от неё будет чуть. Из коридора слышатся крики и лязг оружия, но думаю, там и без меня полно забот. Что делать? Орать?
«Кристер же как-то понял, что я в опасности, — паникую я, пытаясь сосредоточиться на пламени. — Может, и сейчас поймёт?»
«Вот только успеет ли!»
Неожиданно раздался хлопок, и я чуть не свалилась на пол, не понимая, откуда звук. Алишер тоже моргает, а после мы синхронно поворачиваемся к кровати, на которой замечаем...
— Пушок?! — удивлённо выдыхаю я.
Котоёжик изменился. Теперь на одеяле, немного припав на лапы, стоял настоящий снежный барс! Не очень крупный, но всё равно внушающий чувство опасности. С серебристо-серой шерсти сыпалась похожая на тальк дымка.
— Что…
Договорить Алишер не успел. Пушок кинулся на него и повалил на пол. Не могу сказать, что он особо крупный, но сил зверю хватало.
«Так, сосредоточься! — напоминает о себе драконица. — Создать светоч у нас вряд ли получится, но помочь коту надо!»
Я полностью согласна. Снова сосредотачиваюсь на дыхании. Алишер отбрасывает Пушка и я, чтобы выиграть себе немного времени, бью его кочергой. Бывший жрец издаёт какой-то хриплый звук, и оседает.
— Боже, я его убила, — пищу я, не зная, как реагировать.
«Бред не неси, — фыркает драконица. — Лучше сосредоточься и давай его сожжём. Очевидно, что лёд Криса не помог изгнать его навеки. Зайдём с другой стороны».
Сведя брови и чуть ли не высунув язык от усердия, я, наконец, понимаю, что от меня требовалось. С пальцев срываются сперва искры, а немного после и огонь. Вряд ли его хватило бы на то, чтобы кого-то сжечь, но тут моя драконица сделала… что-то и на неподвижного жреца обрушилась волна огня. Тело, будто сделанное из бумаги, тут же вспыхнуло. Мы с Пушком в ужасе отпрянули.
Жрец горел примерно минуту, а потом осыпался пеплом, оставив на полу некрасивое чёрное пятно.
— Кажется, получилось… — вздохнула я.
«Идём искать Кристера».
«Но он сказал ждать», — возражаю я.
«Зачем? Дверь всё равно сломана, здесь больше не безопасно».
Я прислушиваюсь и смотрю на Пушка. Котёнок… вернее, уже котище, помахивает хвостом, а потом издаёт скрипучее «мяу». Ну да, согласна.
— Ладно… Если что, будем спасаться бегством.
Мы с Пушком выглянули в коридор. Было тихо, будто всё уже закончилось (мне очень хотелось на это надеяться). Кот первым пошёл в сторону холла, я а, посчитав, что у него интуиция и всё такое, побрела следом.
В холле полная разруха, будто ураган прошёлся. Об идеальном порядке можно только вспоминать. Часть перил разрушена, ковёр в подпалинах и тёмной жиже, повсюду валяются убитые твари. Пушок идёт мимо, а я за ним, стараясь не присматриваться.
Кристера мы находим на крыльце замка. Он вздрагивает и взволнованно оглядывается на меня.
— Ты чего здесь? — притягивает к себе и целует в макушку. — Я же сказал в комнате быть.
— Туда пришёл Алишер.
Кристер хмурится.
— Вернее, то, что от него осталось, — я киваю на котоёжа. — Пушок его подрал, а потом мы как-то… огнём подпалили. Не знаю, насовсем ли. А как ты тут? неужели одним мечом справился? И магию не применял?
— Всё хорошо, — уклончиво ответил князь.
«Он что-то скрывает», — недовольно обозначает драконица.
— Что не так, Крис? — я глажу его по груди. — Объясни?
— Нужно покончить со всем этим, — заявляет он. — Уничтожить Хаос раз и навсегда.
Я вздрагиваю, вспоминая видения и то, что мне рассказывал Кристер.
— Ты… отдашь меня? — голос звучит сипло.
Кристер снова целует меня в макушку. На его губах появляется совсем уж нехорошая улыбка.
— Нет. Но ты мне понадобишься, — он поднимает меч, смотрит на лезвие, а после взмахивает им и заводит меня в замок. — Идём. Не хочу, чтоб ты замёрзла.
— Что ты придумал, Крис? — ничего не понимаю я, едва успевая переставлять ноги, отчего спотыкаюсь и чуть не падаю. Князь успевает поймать меня и прижать к груди, будто в танце.
— Хочешь, чтобы показал? — усмехается он, ставит меня ровно и отступает, поднимая руку на уровень груди. Его глаза загораются синим, а после над ладонью возникает роза, будто бы созданная изо льда, а от сердцевины вверх поднимаются искорки, будто она костёр.
— Н-но… как?! Ты же не брал силу, — удивляюсь я, хватая его за запястье и рассматривая цветок.
— Не брал, — подтверждает он. — Это всё благодаря тебе.
Глава 41. Необходимость уехать
Мы сидели перед камином в одной из гостиных: Кристер, положив руки на спинку дивана, я рядом, перебросив ноги через его левое колено и устроив голову на его плече. Князь так и не выпустил из правой руки меч, дожидаясь, когда появится Ральф, чтобы сообщить, что монстров не осталось.
Подумать только, на нас напали, по замку всё ещё бродят твари Хаоса, а мне спокойно. Я совсем не боюсь, потому что он здесь, со мной. Сознание понимает, что вокруг ещё опасно, но на сердце спокойно. Драконица и вообще практически мурлыкает, будто пригревшаяся кошка. Интересно, куда Пушок запропастился? Тоже обходит территорию? Надеюсь, с ним ничего не случится?
— Всё равно не понимаю, как это вышло, — вздохнула я и потёрлась щекой о Кристера. — Ты столько лет не мог нормально пользоваться магией, а теперь имеешь возможность, только если я неподалёку?
— Я и сам пока не понимаю, как это работает, — князь улыбается. — Хаос изменил всех нас.
— Как? Расскажи, что тогда случилось?
Кристер морщится. Явно не хочет отвечать. Когда я уже подумала, что не узнаю ответ, он вздохнул.
— Нечего рассказывать. Наша мама… Хаос её запутал, приманил и обманул. Мы с братьями нашли её слишком поздно, всех задело.
«Ты так и не сказала ему. Не хочешь знакомиться со свекровью? Понимаю».
Я вздрагиваю и резко поднимаю голову.
— Крис! Прости меня! Я такая дура! Совсем забыла рассказать тебе кое-что!
— Успокойся, — он хмурится и гладит меня по щеке. — И ты не дура.
— Когда я была одержима хаосом, я… В общем, я кое-что слышала. О вашей маме.
— М-м-м?
— Она жива. Я так думаю. Но она у Хаоса. Он хочет ослабить вас, вашу семью.
— Это я понимаю. Но насчёт того, что жива… Катя, я уже не уверен. Мы с братьями искали, поверь. Так, как никто бы ни искал.
— Я слышала! Он сам мне сказал!
— Я тебе верю, — дракон успокаивающе гладит меня по волосам. — Не верю я ему. Айварса ещё помнишь? Ему предсказывали, что он найдёт мать. Мы долго работали с этим, искали, пробовали. Щит, защищающий Айсгард, истончается, и нам нужна мама, чтобы восстановить его.
— Звучит так, будто ты сдался, — хмурюсь я.
— Нет. Но меня тревожит будущее. Мама была у Хаоса слишком долго. Я не представляю, что буду делать, если окажется, что она как тот же Алишер. Но делать нечего. Щит, что держался на истинной любви моих родителей, истончается. Светочи, что оберегали нас десятки лет, стали ненадёжны. Пора заканчивать шить заплатки и решить, в конце концов, проблему.
Мы оба переводим взгляд на меч, который продолжает лежащую на спинке дивана руку князя и указывает на дверь. Мне становится морозно, и я снова прижимаюсь к Кристеру. Он целует в макушку.