— Ты пробовал разматывать её? — спрашивает Вальгард, подходя к столу.
— Хаос смешался с её жизнью, — качаю головой. — Сейчас я могу лишь превратить её в светоч. Мне не отделить одну энергию от другой.
— Но если сосредоточишься на льде и воспользуешься чутьём дракона…
— На это нужно время, а его у нас нет, — обрываю спор. Я бы не пришёл сюда, если бы не хотел деликатности в этом вопросе.
— Понял тебя, — кивает ректор и смотрит на учеников. — Попробуем с простого. Несите камни, мел и учебники.
Сосредотачиваюсь на лице иномирки. Слишком красивая, я сразу должен был почувствовать. Да, понравилась, хоть я и пытался отрицать. Обрадовался, что Катя вела себя достойно, и я мог выпустить её из клетки уже утром. Всё так быстро.
А когда она едва не погибла из-за тех идиотов? Не прощу. Убил бы второй раз. Хорошо хоть дракон понял, что случилось.
Сейчас тоже суетится. Последние дни он в принципе стал беспокойнее. До призыва этой девушки я мог месяцами о нём не вспоминать, а теперь его присутствие чувствуется постоянно и в моменты, когда она в опасности я едва сдерживаю самоконтроль.
Маги расставляют свечи и начинают ритуал изгнания. Забираюсь на стол, чтобы не мешать им рисовать знаки. Сажусь, скрещивая ноги, и перекладываю Катю себе на грудь.
— Эй, вам лучше выйти, иначе…
— Что? Изгонишь из меня дракона? Чушь не неси. Всей вашей академии на это сил не хватит.
— Хаос может захватить вас, — решается высказать мысль один из магов.
Оставляю его без ответа.
Такая вероятность и правда есть, но я не оставлю её так. Одну, когда она во мне нуждается сильнее всего.
Катя всхлипывает, будто во сне, и прижимается ко мне в поисках защиты. Дракон в одно мгновение напрягается. Он хочет её защищать, но не видит врага. Оглядывает моими глазами комнату и, остановившись на Вальгарде, издаёт рык.
Спокойно.
Говорю с ним, успокаивая и вынуждая сосредоточиться. Мы всегда мыслили в одном направлении, конфликтов не возникало. Сейчас он мне не верил. Истинность влияет на него.
Маги читают какую-то ерунду. Я чувствую, что Хаос шевелится, но этого недостаточно, чтобы его достать.
— Вальгард, не тратьте время на этот детский лепет. Слишком слабо. Давай сразу огонь.
— Магический огонь опасен для людей. К тому же мы никогда не пробовали это на пришлых из другого мира.
Дракон рычит на него. Делаю пару глубоких вдохов.
— Вы бесите Хаос и меня.
Катя снова заволновалась, а после слабо застонала и всхлипнула:
— Нет, Кристер, пожалуйста. Я боюсь.
Дракон рычит от бессилия. Он слышит что-то в ней и злится, что не может помочь. На меня тоже.
— Вальгард, — скалимся мы синхронно. Голос дракона эхом повторяет мои слова. — Или ты используешь грёбаный огонь, или я достану его из твоих людей сам!
— Я понял, — Вальгард поджимает губы. — Но, Кристер, мы должны мыслить рационально. Если с тобой случится что-то, светочи никто зажечь не сможет. Потеря твоей истинной… — морщится. — Будет болезненна лишь для тебя. Отойди. Не рискуй.
— Ты правда веришь, что дракону, потерявшему истинность, будет дело до светочей? — спрашиваю я, баюкая Катю как ребёнка. — Я сказал, что не оставлю её.
— Ваша мать… — осторожно начинает Вальгард. — Король Айсгарда ведь смирился. Кристер…
Катя вздрагивает. Я вижу, как ей плохо, а дракон уже готов не рычать, а выть, лишь бы ей помочь.
— Делай, я сказал!
Чувствую, как плещется Хаос. Если сорвётся, он бросится не только на меня, а на этих недоумков и Вальгарда. Заражённых станет больше, нельзя допустить.
Я столько лет держал оборону на самом сложном из участков и не позволю нам проиграть сейчас из-за вредности глупого огненного дракона.
— Отойди, Кристер. Нельзя тобой рисковать! Я не начну, пока ты не отойдёшь. Мне твоих братьев и отца звать?
Мы с драконом одновременно теряем терпение. Вытянув руку к одному из магов, я потащил красноватую дымку жизни.
Как иронично. Я призывал иномирок, чтобы спасать граждан моего королевства, а теперь делаю ровно наоборот и мне… плевать. Есть только эта женщина и наше общее желание спасти её.
— Прекрати, — рычит Вальгард. — Оставь его! Хорошо. Ладно! Твоя взяла! Я сделаю это.
Опускаю руку, и огненный переступает круг из мела. Маг же падает на колени.
Мой дракон относится к нему с подозрением. Готов броситься, если тот сделает что-то не так, и я вряд ли его удержу.
Вальгард зажигает на своей ладони яркое пламя и прижимает его к груди Кати. Золотые линии растекаются по её коже будто паутина, постепенно захватывая всё тело.
Моя истинная вздрагивает. Дрожь нарастает, переходя в судороги. Пытаюсь удержать её ровно, но в этом маленьком и хрупком теле куда больше сил, чем может показаться.
— Вальдер-р-р-р, — рычит дракон моим голосом.
Он не отвечает. Всё происходит в полном безмолвии. По комнате летают обрывки бумаги, вырванные страницы книг, какие-то травинки. Маги сбежали, судя по всему.
Катя молчит, лишь изредка двигая губами. Мы с драконом понимаем, что она просит о помощи. Не кого-либо, МЕНЯ.
Моя вторая ипостась злится, но я сдерживаю его, пытаясь убедить, что огненный причиняет боль, чтобы помочь, спасти. Оставалось только самому в это поверить.
Неожиданно паутина дрогнула и сменила цвет на синий. Вальгард рыкнул, пытаясь вернуть контроль, но у него не вышло. Я качаю головой и встреваю между ним и рвущимся хаосом. Силы, что я размотал у мага, хватает, чтобы переманить ледяную тьму и вынудить обернуться вокруг моей руки.
Проклятье, этого мало. В ней ещё много этой дряни. Зря я не сделал всё сам, но что теперь? Хаос нужно держать под контролем, я не могу просто положить его на стол.
— Ты единственный, кто провернёт подобное? — спрашиваю, когда ректор отшатывается, тяжело дыша. — Мы не закончили.
— К счастью, нет. Есть ещё кое-кто, — Вальгард смотрит на всполохи Хаоса, лижущего мои пальцы.
— Веди, — дракон эхом повторяет слова.
Глава 25. (Кристер) Выиграть сражение, но не войну
Меня, наконец, оставляют с Катей одного. Не знаю, куда попёрся Вальгард, но ему лучше поторопиться. Эти недоумки взбесили Хаос, и теперь он бурлит в ней водоворотом и успокаиваться явно не собирается.
«Истинная. Наша», — рычит дракон.
Нам же хуже. Было предсказано, что победим хаос мы только с помощью истинной любви. Учитывая специфику моего управления магией, для Кати это плохой вариант развития событий. Не хочу так.
«Нельзя. Истинная».
Без тебя знаю.
Вспоминаю ощущение, как я в первый и последний раз потянул её силу. Если на руке Кати появился золотой узор, у меня он обернул кольцом сердце и с каждым днём врезается в него всё глубже. Кажется, что я много лет ходил с заложенными ушами, а теперь снова начинаю слышать, и всё из-за неё. Не скажу, что мне это нравится, но теперь, если осмыслить происходящее, становится ясно, почему.
Смотрю на хаос, лижущий пальцы, и думаю, что он пустой. Вытягивая из людей энергию, учишься понимать эмоции. Чаще всего это страх, ненависть, отчаяние. Поначалу меня тревожило чувство вины, потом мы стали призывать иномирок. Чувства поначалу мешали, но я воюю слишком долго. В какой-то момент перестал реагировать на чужие эмоции.
Теперь чувствую сам. Страх за то, что этот хаос может сделать с моей наложницей.
«Истинной», — поправляет дракон.
Ну, конечно. Всё стало на порядок сложнее.
Катя шевелит кистью и, поморщившись, открывает глаза. Взгляд рассеянный, но увидев меня, фокусируется.
— Крис… — шепчет она. — Уже всё? Тогда почему так плохо?
— Не всё. Лишь часть, — заставляю себя улыбнуться, а затем убираю прядь волос, упавшую на её щёку. — Потерпи немного. Скоро всё закончится и вернёмся домой.
— Домой? — глаза расширяются, и она пробует дотянуться до моей руки своей ладошкой, но от слабости не было сил. — Крис, ты вернёшь меня, да?