- Валерий, оставьте меня в покое. Зачем Вы приходите? Я здорова.

- Рия, доктора беспокоит Ваше душевное состояние. Вам надо пообщаться с психологом, но Вы отказываетесь. Нельзя держать боль в себе.

- Что Вы знаете о боли? Что Вы знаете о потерях? Я уже поблагодарила Вас за спасение. Поблагодарила и за то, что позвали профессора Гертнера. У психиатра больше нет сомнений в том, что я вменяемая, в здравом уме и твёрдой памяти. Уходите, пожалуйста.

- Рия, Вы заблуждаетесь, считая, что я не понимаю Вашего теперешнего состояния. В моей жизни тоже были потери. Сначала родители, потом жена и ребёнок. Мне тоже казалось, что я не смогу пережить это. Но время всё лечит. Главное, не замыкаться в себе, не зацикливаться на своей боли.

- А если я не хочу? Не хочу, чтобы время лечило? Не хочу забывать его?

- Я не говорил, что надо забыть. Помните, любите, думайте о нём. Но продолжайте жить вопреки всему! Не складывайте лапки, барахтайтесь! Рия, не принимайте моё предложение в штыки сразу. Подумайте до завтра. Я предлагаю Вам пожить у меня какое-то время. Я снимаю двухкомнатную квартиру, места хватит. Вам нельзя сейчас оставаться одной. Я обещал Иллариону помочь. Я чувствую ответственность за Вас.

- Я не хочу.

- Рия, я помогу. Мы вместе попытаемся найти деньги. Это будет сложно, долго. Но это возможно! Сейчас у нас с профессором Гертнером серьёзные неприятности из-за жалобы Шаховского, отца Алины. Но мы сделаем всё возможное, чтобы проект не закрыли. Нам предстоит много работы над усовершенствованием ТПК и самой системы перемещения во времени. Я хотел просить Вас о помощи.

- Я-то чем могу помочь? Теперь у меня даже работы нет.

- Нам понадобятся добровольцы, которые согласятся переместиться в прошлое на длительное время. После случая с Алиной остро встал вопрос об обеспечении безопасности перемещаемых. В прошлом будут жить несколько человек, у которых будут запасные ТПК, так сказать на предъявителя, которыми можно воспользоваться в случае форс-мажора. Это будет работа, хорошо оплачиваемая работа посланцев в прошлое. Доработка проекта потребует немало средств и времени. Но мы с профессором уже обдумали концепцию и начали составлять бизнес-план. Потом предстоит обивать пороги всевозможных фондов с целью получения средств. Работы много, потребуются помощники. Рия, Вы можете быть полезны.

- Вы хотите сказать, что я всё-таки смогу попасть в прошлое, к Иллариону?

- Я очень надеюсь на это. Но это будет не так скоро, как всем нам того хотелось бы. Может пройти год или два.

- За это время Илларион забудет о моём существовании и женится на другой.

Валерий внимательно посмотрел девушке в глаза.

- Не забудет. А если забудет, то зачем он Вам? У посланцев будет возможность вернуться назад. Им будет предоставлена ТПК, которую можно будет активировать по окончании контракта. Скажем, три года. Или пять лет. Всё это ещё предстоит обсуждать и просчитывать. В Вашем случае, если Илларион вдруг женится, Вы сможете, отработав определённое время, вернуться назад. Но я уверен, что Вы успеете. Во-первых, развод быстро получить ему не удастся. Во-вторых, Илларион очень любит Вас. Я видел, каким потерянным и несчастным он был.

- Ему плохо там? – во взгляде Рии мелькнуло страдание. – Я согласна! Я согласна на всё, лишь бы увидеть его! Лишь бы быть с ним, лишь бы он не страдал!

- Вот и славно. Завтра Вас выпишут. Я приеду за Вами в полдень, и мы отправимся в университетский городок.

- А вещи? Я должна собрать свои вещи.

- Стало быть, заедем за вещами. Да, ещё вот что. Перемещение в прошлое потребует специальной подготовки. Вам и другим посланникам предстоит в короткий срок пройти обучающий курс. У нас есть некоторый опыт в подготовке, но он недостаточен. Прежде всего, Вам надлежит освоить стилистику речи и выучить французский язык. А потом обучитесь танцам, этикету и ещё очень многому. А пока отдыхайте, набирайтесь сил перед работой. Не буду Вас более утомлять своим присутствием.

- Спасибо, - слабо улыбнулась Рия, в душе которой снова появилась надежда.

Алина названивала Мешкову уже несколько дней, но его телефон был отключён. На душе было тревожно. В голову лезли нехорошие мысли. Вдруг его тоже куда-то занесло, и теперь ему требуется помощь?

После возвращения из частной клиники Алина решила пожить у родителей. До начала занятий в университете оставалась ещё неделя. После всех злоключений хотелось покоя и душевного тепла. Родители забросили все свои дела и с интересом слушали рассказы дочери об удивительных приключениях, которые той довелось пережить.

- Алина, было крайне опасно отправляться в подобное путешествие. Всё могло закончиться трагически. Мне больно смотреть на тебя. Малышка, у тебя всё лицо в синяках! О чём только думали преподаватели, декан? Да что там, мэр о чём думал, выделяя деньги на эту сомнительную авантюру? Они там что, решили на студентах опыты ставить? Надо немедленно запретить подобную практику.

- Папочка, успокойся. Уже десять лет практикуется перемещение во времени. И никто ещё, насколько я знаю, серьёзно не пострадал. А случайности бывают всегда. Никто не застрахован от ошибки. В том, что случилось, есть и моя вина. Я была невнимательна, допускала промашку за промашкой. Будь я осторожнее, граф Воронин не стал бы так сильно ревновать, не забрал бы мой браслет. И не было бы таких ужасных последствий.

- Алиночка, а какие промашки ты допустила? – мама ласково погладила дочку по волосам. – Какой красивый гребень!

Алине не хотелось посвящать маму в интимные подробности отношений с Илларионом, поэтому она была рада перевести разговор на другую тему.

- Ох, этот гребень я взяла в доме князя Шаховского, как и старое платье Варвары. Получается, что я их просто украла! – Алина смущённо опустила глаза, заранее зная, что скажет отец.

- Этого ещё не хватало! Алина, я же говорил тебе, что брать чужое недопустимо! Не хватало ещё, чтобы ты стала воровкой, - Шаховской взял из рук жены гребень и стал рассматривать его. – Кстати, сейчас подобная вещица стоит немало.

- Могу утешить тебя, папочка. Я уже понесла наказание, отсидев в Бутырской крепости. И теперь я встала на путь исправления, - засмеялась Алина.

- Доченька, тебя били там? – мама с тревогой оглядела синяки на лице Алины.

- Мамочка, мы подрались. Уверяю тебя, у моих сокамерниц синяков не меньше.

- Алечка, ну как ты можешь смеяться? Всё это просто ужасно! Игорь прав, надо пожаловаться на плохую организацию этой, с позволения сказать, практики. Доченька, тебе было очень страшно там? – мамины глаза смотрели с сочувствием.

- Иногда. Честно сказать, я уж думала, что навсегда останусь там и пойду на каторгу. Вы не представляете себе, мои дорогие, как я была счастлива увидеть нашего доцента!

- Даже имени его не произноси! Не хочу ничего слышать об этом мерзавце, - глаза Шаховского сверкнули гневом. – В том, что случилось, виноват только этот идиот, который не смог предусмотреть элементарных вещей. Ничего, он ответит! За всё ответит.

- Папочка, нет, не надо! Если бы не Мешков, я не вернулась бы назад. Он спас меня, рискуя собой.

- Это была его обязанность. Он исправлял свои косяки. Всё, Алина, больше ни слова о нём.

***

Вечерняя прогулка по сосновому бору дала о себе знать – Алина заболела. На следующий после приезда домой день у неё поднялась температура. Мама настояла на постельном режиме и не отходила от дочери ни на шаг, хотя семейный доктор и заверил, что это обычная простуда, от которой не останется и следа через неделю.

- Знаешь, Алечка, Пол повел себя, как настоящий мужчина. Он организовал сбор средств для отправки этого графа назад. И сейчас, когда ты позвонила из того ужасного места, он помог отцу определить, откуда был сделан звонок. Если бы не Аполлон, тебя не нашли бы так быстро. Алечка, он ведь любит тебя. Может быть, ты простишь его? Пол ведь хороший, добрый, заботливый. Он звонил сегодня, когда ты спала, справлялся о тебе.