- Вы что же, пытаетесь уговорить меня отказаться от ТПК, Валерий Альбертович? Да подобный шанс выпадает раз в жизни! Я с детства мечтала побывать в прошлом, увидеть своими глазами усадьбы и дворцы такими, какими они были изначально, побывать на балах, услышать, как изъяснялись люди в девятнадцатом веке! А Вы вознамерились лишить меня этого шанса? Ну, уж нет!

- Да поймите же Вы, я не враг Вам! Но никто не знает, как именно сработает ТПК. Да, мы стараемся переместить человека в то место, откуда забрали. Но всегда бывают отклонения под воздействием разных факторов. Магнитная буря, вспышка на Солнце, сейсмические колебания в момент телепортации – и всё, сбой. Перемещение в определённый временной отрезок мы научились контролировать и ограждать от внешних воздействий, а с географией дело обстоит сложнее. Вы можете вместо Москвы попасть в Новую Гвинею, где Вас съедят каннибалы, или в Сибирь, к каторжникам, которые Вас … Понимаете?

- Я прекрасно осведомлена о возможных последствиях, но надеюсь, что сия чаша минует меня, и я окажусь в нужное время в нужном месте. Это всё? Теперь я могу идти?

- Нет, чёрт Вас возьми! – рыкнул Мешков. Я ещё не закончил. – Вы уверены, что надев платье светской дамы, Вы попадёте во дворец и будете развлекаться на балах. Типичное мышление школьницы младших классов! Вас могут заподозрить в краже платья и отправить в околоток. Это в лучшем случае. Вас могут заподозрить в шпионаже и посадить в Петропавловскую крепость.

- Она в Петербурге, а я попаду в Москву, - перебила его Алина, которой надоели все эти запугивания.

- Не хотите меня услышать, как вижу. Вы – девушка. И с Вами там могут сотворить все, что угодно. Чтобы как-то поддерживать свою легенду, Вам придётся вступать в отношения с мужчинами, которые могут оказаться далеко не такими приятными и галантными, как Вам хотелось бы. Вы знаете, как мы организуем сеансы перемещения? В прошлом работают наши незаменимые помощники – роботы. Мы пересылаем информацию о Вас, искусственный интеллект начинает поиск подходящего объекта для замены. Скажем, женщина утонула, но родственники не знают, где и как это случилось. Она просто пропала. Тут появляетесь Вы, более или менее похожая на неё. Ваша задача – сыграть свою роль так, чтобы комар носа не подточил.

- Для этого я целый месяц буду заниматься с преподавателями по сценическому мастерству, пению, танцам и этикету, - парировала Алина.

- Не забывайте, что в нашем примере у дамы есть муж. И Вам придётся спать с ним. К этому Вы тоже готовы?!

- Вас-то почему это волнует?

- Потому что я не хочу, чтобы потом Вы лили слёзы всю оставшуюся жизнь. Вы так упрямы, что не желаете подумать об элементарных вещах. В середине девятнадцатого века контрацепция была на крайне низком уровне. Вернее, её не было совсем. Поэтому женщины и были перманентно беременны. Вы готовы воспитывать потом ребёнка от какого-нибудь князя или извозчика, в зависимости от Вашего везения?

- Я взрослая девочка. Я решу этот вопрос.

- Что ж, как знаете. Я Вас предупредил. Идите.

- Можно теперь мне спросить?

- Слушаю.

- А Вы были там … в прошлом?

- Был. В самом начале эксперимента.

- Вам не понравилось?

- Нет.

- Почему?

- Меня высекли на скотном дворе. Это, скажем так, не входило в план моей диссертации. Всё. Идите, Алина.

Алина выпорхнула из стеклянных дверей универа в приподнятом настроении. Её переполняла радость от того, что всё сложилось так удачно. И ТПК получена, и злосчастный курсовик сдан, и сообщение о смене фамилии пришло вовремя. Алина тревожилась, что под давлением родителей слишком затянула с разводом, и из-за несоответствия фамилии с оформлением ТПК могут возникнуть проблемы. А силиконовой ФиФе ничего не объяснишь.

Алина добежала до остановки беспилотного такси и, забравшись в салон, по привычке назвала номера улицы и дома. Электромобиль не тронулся с места. Алина извлекла из сумки карточку и приложила к считывающему устройству. Чарующий мужской баритон осведомился: «Порядковый номер адреса?».

- Номер один, - ответила Алина.

- Номер один? Верно? Ответьте: да или нет? – обволакивающим, бархатным голосом спросил невидимый собеседник.

- Даа, чудовище - полушёпотом, с придыханием, ответила Алина, чувствуя себя героиней любимой с детства сказки о красавице и чудовище.

Замечтавшись, она и не заметила, как такси подкатило к дому номер два на второй улице. Для удобства улицы чётко распланированного университетского городка не имели названий, а были просто пронумерованы. Те, что тянулись с запада на восток, имели нечетные номера, а с севера на юг – чётные. Сначала Алине, родившейся и выросшей в центре Москвы, было странно и непривычно, но она быстро оценила удобство современного градостроительного приёма. В огромной Москве найти нужную улицу было непросто, даже имея на руке портативный навигатор. Слишком много было одинаковых названий. Путаница возникла давно, лет сорок назад, когда к столице были присоединены города-спутники. Улицы Маркса, Ленина, Кирова, Герцена были тогда в каждом городе. В некоторых из них названия поменяли, в остальных, как водится, забыли.

Алина приложила карту к глазку домофона и вошла в подъезд. В городке было два общежития, до которых от университета запросто можно было дойти пешком. Будучи первокурсницей и Алина жила там. Но потом, выйдя замуж, перебралась в эту уютную квартиру. Аполлон ценил комфорт.

Зазвонил телефон. Алина нажала кнопку настенной плазмы.

- Привет, па!

Судя по картинке, отец говорил из офиса.

- Как дела, кнопка?

- Отлично! Фамилию поменяла, Аполлошу из квартиры выставила, курсовик сдала. Папочка, я ТПК получила! – радостно воскликнула Алина, глядя на улыбающееся лицо отца.

- Я верил в тебя! Ты снова наша, Шаховская?

- Да, Ваше сиятельство, - привычно пошутила Алина, зная о пристрастном отношении отца к истории рода, внесённого в Бархатную книгу.

- Княжна, приезжай-ка вечером к нам, отметим все твои значимые события. У меня как раз вечер освободился, встреча с партнёром сорвалась.

- Что-то серьёзное? Сделки не будет? – встревожилась Алина.

- Приболел он, встречу перенесли. Всё, дочь, у меня летучка через пять минут. К семи жду.

Алина взглянула на часы. До выхода из дома ещё два часа. Будь они неладны, эти пробки! До МКАДа добраться на воздушном такси не проблема, а вот дальше … В метро не попасть, а по МЦК на Кадашевку не доберёшься. Вздохнув, Алина прошла в ванную и включила воду в джакузи. Перед мысленным взором возникло в меру накачанное тело мужа с капельками воды на загорелой коже. Себе Алина врать не могла – она всё ещё скучала по Аполлону. Он был самым красивым парнем на курсе, ещё в школьные годы преуспевавшим в искусстве пикапа. В него были влюблены все девчонки. Алина трезво оценивала свои шансы и даже не помышляла о серьёзных отношениях с ним, соглашаясь на свидание. Просто он безумно нравился ей лёгкостью характера, остроумием, какой-то нездешней, галантной обходительностью. Рядом с ним она чувствовала себя королевой, которой поклонялись. Это было непривычно, но безумно приятно. В её любимом девятнадцатом веке подобных мужчин называли дамскими угодниками. Пол был начитанным, мог поддержать разговор на любую тему. Их вкусы совпадали во всём, будь то музыкальные композиции или начинка пиццы. После нескольких свиданий Пол привёл её к себе домой, а к утру предложил стать его женой. Почему из огромного количества девушек, сходивших по нему с ума, он выбрал именно её, для Алины так и осталось загадкой. Имея приятную внешность, она не была ослепительно красива, как, например, Мия. Отец Алины, хотя и имел довольно прибыльный бизнес, не был баснословно богат. Обычная среднестатистическая студентка.

Их медовый месяц продолжался два с половиной года, а потом Алина, вернувшись домой раньше времени, застала Аполлона в постели с незнакомой девицей. Муж просил прощения, клялся, что любит, что нашло какое-то помрачение рассудка, что никогда более не посмотрит на другую женщину. Несчастные глаза Аполлона были полны раскаяния. Сердце Алины дрогнуло, и она простила мужа. А через месяц история повторилась, да ещё и с одногруппницей, наглой, вульгарной Зойкой. Алина подала на развод. Пол не поверил в серьёзность её намерения, надеясь уговорить и на этот раз. Но Алина выставила его из квартиры. Он до последнего не забирал свои вещи, наведываясь то за одним, то за другим.