— Да-а-а-а-а, — опять повторил Купидон, положил локти на бар и схватился за голову. — Дела-а-а-а, — посидел так с половину минуты, переживая похмельно-экзистенциальный кризис, а потом вдруг резко оживился. — Я чего пришёл-то, Виталь? Хочу тебя об одолжении попросить.

— Да без проблем, Клим Ульрихович, — ответил я. — Для вас всё, что угодно.

И тут же подумал про себя, что последнее ляпнул зря. Однако в этот раз меня пронесло. Купидон не просил меня штурмовать чужие бары или гонять по городу с сомнительными посылками. О нет! Его хотелка оказалась куда прозаичней — Клим Ульрихович всего-навсего попросил меня приглядеть за его свином.

— Понимаешь, — почему-то начал оправдываться он, — Холодец очень негативно относится к моей профессии. Мешает постоянно, под руку лезет, пытается всё сорвать. А если дома оставить, так он мне в отместку весь дом и перевернёт. Сволочь, короче говоря. Свинина светлая.

Насчёт «профессии» я у Клима расспрашивать не стал. Не моё это дело, да и к тому же плюс-минус понятно, чем он занимается. Купидонит себе потихонечку, наверное. А вот как именно? Повторюсь: не моё дело.

— Да без проблем, — ответил я, глядя на свина. Свин дружелюбно хрюкнул.

— Ты даже не представляешь, Виталь, как ты меня выручаешь.

Тем временем Нитолай уже вернулся с баночкой рассола и пучком свежей кинзы. Закинул всё это дело в блендер, пробил и финальным действием вмешал в коктейль сырое куриное яйцо. Затем вылил получившийся напиток в высокий бокал, украсил зонтиком и поставил перед Климом Ульриховичем.

— Безалкогольная авторская вариация «Красного Глаза», — объявил он. — Должно освежить.

Купидон недоверчиво глянул на красную жижу в бокале, однако потом всё-таки сделал глоток. И вместе с первым движением кадыка, прогнавшего «Красный Глаз» вниз по горлу, у Клима Ульриховича резко распахнулись глаза. И в глазах тех зажглась надежда.

— М-м-мм!!! — замычал купидон. Буквально прилип к бокалу и мелкими-мелкими глотками, явно что смакуя, выпил его залпом. — Фу-у-у-у-ух! — выдохнул он. — Здоровья твоим рукам, товарищ бармен.

— Благодарю.

— Вот так жить можно, — сказал Клим.

Сказал, а затем осмотрелся по сторонам с таким видом, будто бы его только что телепортировало в «ОЛЕГа». Будто бы всё вокруг было для него новым и удивительным.

— Вот так жить можно, — повторил он, а потом перевёл взгляд на меня. — Значит, договорились?

— Договорились.

С тем купидон спрыгнул с барного стула, передал мне поводок, сказал Холодцу не скучать и напоследок шлёпнул на стойку перед Нитолаем пятитысячную купюру. Нитолай в свою очередь тактично дождался, пока гость покинет зал, и только потом присвистнул.

— А мне уже нравится у вас работать.

— То ли ещё будет, — улыбнулся я и вместе со свинёнком двинулся в офис.

По пути, конечно же, нарвался на Лёху. Завидев Холодца, повар встал у нас на пути и начал махать руками. Я видел, как он старается. Я слышал, как в аварийном режиме скрипят шестерёнки у него в мозгах. Как он тужится и краснеет лицом в попытке срочно придумать шутейку уровнем хотя бы выше среднего, но всё тщетно.

— Вертел, — бормотал Лёха, подбирая слова. — Молочный… буженина…

— Да-да-да, — кивнул я. — Поросёнок на банкет, съедим, зажарим, очень смешно.

Холодец нашего внутреннего юмора не оценил и посмотрел на меня с явным недоумением. Нет! Всё-таки он стопудово понимает человеческую речь.

— Пойдём, Холодец.

— Холодец⁈ — орал мне в спину Клыканов. — Его правда зовут «Холодец»⁈ Да постой ты! Расскажи хоть, где ты его взял⁈

Запершись в офисе, я сразу же предложил свину располагаться со всем возможным комфортом. Мол, мой диван — твой диван. Ну а потом ненадолго залип на проклятый стол прямо по центру комнатушки.

Что-то с ним определённо нужно сделать, но вот что именно? Вроде бы пока что никаких негативных эффектов проклятия на себе я не ощутил. Может, это потому, что я за ним и не сидел толком? Ладно, что-нибудь обязательно придумается.

— Виталий! — послышалось из приёмки, и Шофранка начала противно скрестись когтищами в дверь. — Виталий, пусти!

Дверь я, конечно же, открыл. Взволнованная кошка забежала внутрь, на автомате прыгнула на диван и:

— Ёхтать! — по очень забавной траектории отскочила от Холодца. Выгнула спину, распушилась и застыла на месте.

Свин в свою очередь понял, что его испугались, и решил ситуацию исправлять: спрыгнул на пол, подошёл к кошке и лизнул её прямо в лицо. Видимо, в знак извинения.

— Нет, — моргнула Шофранка. — Это не поцелуй истинной любви, — а потом успокоилась и повернулась ко мне. — Виталя, я с новостями.

— Ну-ка.

— Схухрик выдвинул свои условия.

— Слушаю.

— Ты только не удивляйся, — на упреждение попросила кошка. — Они вообще ребята странные и потому хотят странного. Но именно тот, с которым я связалась, после того как узнал, что будет работать в ресторане, зарядил в качестве оплаты за услуги ризотто с трюфелями.

— Серьёзно? — улыбнулся я, про себя уже думая о том, что отделался как-то уж слишком легко. — И всё?

— Да погоди ты, — Шофранка осторожно отошла от свина, который всё это время дышал ей прямо в морду. — Трюфель нужен необычный.

— Снова идём на Ряды? — предположил я.

— Увы и ах, но там мы его не найдём, — ответила кошка. — У него срок годности всего двое суток, так что нужен свежак. Сорт называется «лосиноостровский нестабильный» и, как ты уже, наверняка, догадываешься, растёт он только на Лосином Острове.

— В Подмосковье есть трюфеля? — удивился я, хотя мог бы и не удивляться. Нестабильный же. Сказочный и все дела.

— Растут-растут, — кивнула кошка. — Другой момент, что найти их практически невозможно. Как и любой другой трюфель, впрочем. Их же, как правило, ищут… ой.

Шофранка запнулась, а в следующий момент мы оба, — не сговариваясь, — перевели взгляд на Холодца. Холодец хрюкнул. А я в свою очередь подошёл поближе, присел перед ним на корточки и спросил:

— Ты же умеешь искать трюфеля, дружище? Один «хрюк» — нет, два «хрюка» — да.

Поросёнок ответил утвердительно…

Жёлтая машина с шашечками несла нас по МКАДу. За окном мельтешил отбойник, а чуть дальше него проносился весенний лес и рекламные щиты. Таксист всю дорогу косо посматривал на меня в зеркало заднего вида и явно что ждал подвоха. Я в свою очередь не обижался. Ждать подвоха от человека, который путешествует с кошкой и минипигом — это нормально.

— Вот здесь остановите, — попросил я. — Да-да, прямо на обочине.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Таксист включил аварийку и съехал с трассы. Остановился. Ещё разок с недоумением поглядел на меня, поблагодарил за поездку и попросил оставить отзыв. А как только мы вышли, резко отстегнулся и полез проверять — нет ли у него на заднем сиденье сюрпризов от свина с кошкой.

— Всего доброго! — улыбаясь, я помахал ему вслед и обратился к Шофранке: — Что дальше?

— А дальше пускай свин ищет для нас трюфель, — кошка пристально поглядела на нашу харамную ищейку. — Холодец, миленький, ты же нас понимаешь?

Холодец хрюкнул и неуклюже кивнул, мол, да, понимаю. Принюхался. Шагнул в сторону леса. Пролез под отбойником, опустил голову вниз и принюхался ещё тщательней, — прямо вот пятачком в землю врылся. А уже в следующий момент резко встрепенулся, завизжал и сорвался с места.

— Ты куда⁈ — я рванул вслед за свином. — Стой!

— Шустрый какой! — прокомментировала Шофранка, кое-как продираясь сквозь траву.

Блохастая сейчас не бежала, а скорее прыгала, как заяц с инсультом.

— А ты почему не такая шустрая⁈

— Я вообще-то городская кошка!

— Ты не городская, а помоешная!

— Слышь, Виталя⁈

— Чо⁈ Беги быстрее! Потеряем Холодца, меня потом Клим убьёт!