И только когда машина припарковалась у цели, пришло осознание: стоило вникнуть в вопрос получше. Перед нами действительно стоял домик, вот только представлял он собой крошечный шалаш-треугольник всего с одной комнатой.

— Как-то тут... тесновато, — выдавила я.

— Может, внутри он побольше.

— Боюсь, такое бывает только в фантастических сериалах, — вздохнула я. — Надо было бронировать самим.

Выбравшись из машины и подхватив чемодан, я с явной тревогой уставилась на игрушечный коттедж. Леви шагнул к двери первым и ввел полученный от Изры код. Стоило переступить порог, как у меня нервно свело скулы: внутри обнаружились лишь одна кровать, ванная комната и крошечная кухонька.

— Значит... никакого личного пространства, — констатировала я.

— Не-а.

— Хорошо хоть в ванную дверь предусмотрена.

— Мог бы и догадаться, — пробормотал Леви. — Просто обычно она впадает в другую крайность и арендует настоящие хоромы.

— Леви, она вообще-то думает, что мы женаты.

— Куда бы мы ни ездили, она всегда бронировала коттеджи минимум на шесть спален. И раз уж упомянула, что знакома с этим местом, я решил...

Взгляд скользнул к кровати, и глаза невольно округлились.

— О да, она определенно перестаралась.

Вот только совершенно в другом смысле.

Повсюду лежали розы, а рядом высилась целая стопка порно на DVD вперемешку с презервативами.

— Я ее прибью.

— С одной стороны, радует отсутствие у твоей мачехи предрассудков насчет секса, но с другой — это ночной кошмар наяву.

На лице Леви застыл ровно тот же ужас, что испытывала я. Происходи подобное в одной из любимых книг, я бы посмеялась от души, но в реальности ситуация казалась совершенно не забавной.

В нашем распоряжении имелись лишь ничем не зашторенные окна да тесная кабинка санузла. Хуже того: прямо посреди комнаты красовалась огромная гидромассажная ванна, со всех сторон окруженная зеркалами.

Полный свадебный набор, с ужасом осознала я.

— Можем подыскать другое место, — предложил он. — Наверняка найдутся свободные номера.

Потирая виски, я лихорадочно соображала, как выпутаться из сложившейся ситуации.

А затем взгляд упал на панорамные окна во всю переднюю стену. Снаружи, пребывая в глубоком шоке, я не обратила на них ни малейшего внимания. Но открывшийся пейзаж? Он превосходил самые смелые фантазии. Взгляд скользил вниз по склону горы, теряясь в бесконечной дали. Через пару часов, на закате, зрелище станет поистине ослепительным. Да и сейчас от раскинувшихся в небе облаков захватывало дух. Стекло обнаружилось и на противоположной стороне — там, где к заднему фасаду примыкал балкон, обещающий по утрам роскошные виды на рассвет.

— Просто... с ума сойти. Ты только посмотри на вид.

— Вот почему она выбрала этот дом, — отозвался Леви, обернувшись и проследив за моим взглядом.

— Я остаюсь, — отрезала я.

— Что-что?

— Я никуда не уеду. А ты можешь поискать другое жилье, если хочешь.

— Серьезно думаешь, я брошу жену одну в лесном домике на горе?

— Со мной бы ничего не случилось.

— Плевать. Проверять мы не станем. Что бы ты делала, встреть вдруг медведя?

— Наверное, то же самое, что и при любом жизненном кризисе. Впала бы в панику в надежде, что проблема рассосется сама собой.

— Так себе план на случай встречи с хищником.

— Ладно, раз уж мы оба остаемся, кому достанется кровать?

Его взгляд скользнул к широченному матрасу, а затем вернулся ко мне.

— Можем разделить.

— Разве по правилам жанра ты не должен возмутиться и благородно вызваться спать на диване?

— На каком еще диване? — парировал он. — К тому же мы прекрасно знаем, к чему все сведется. Разделим кровать.

— Ты же в курсе, как это бывает в любовных романах? Проснешься со стояком, а потом у нас случится жаркий секс.

— Я уже видел твою грудь, и, как ни странно, удержал себя в руках без всяких проблем.

— Через футболку, так что не считается! Леви, а вдруг я наткнусь на твой твердый бархатный жезл и возбужусь?

— Обязательно называть его именно так?

— А какие у нас варианты? Диско-палка? Тоннельный пронзатель?

— Член? Или пенис? Нормальными словами.

— Сам же говорил, что читаешь любовные романы.

— Читаю, но сразу закрываю книгу, как только натыкаюсь на «бархатный жезл». Ты вообще представляешь, насколько омерзительно ощущался бы настоящий бархат... — он осекся. — Проехали.

— Такое не нужно воспринимать буквально.

— Ничего не могу поделать, так уж устроен мой мозг.

— То есть ты на полном серьезе представил реальный бархатный чл...

— Давай закроем тему бархата и жезлов, пожалуйста, — покачав головой, он опустил сумку на пол. — Но суть прежняя: если ты остаешься, то и я с тобой. Возражения есть?

— Да я бы не раздумывая согласилась торчать в крохотной хижине. А ты — просто приятный бонус. Ну, или досадное приложение. Зависит от того, как будешь себя вести в ближайшие три дня.

— Торжественно клянусь вести себя идеально.

— А я вот не стану. В моем репертуаре много вариантов поведения, но ни один из них идеальным не назовешь.

— Иного я и не ожидал, — усмехнулся Леви, не выказав ни капли удивления. — Итак, какой первый пункт в списке планов?

— Для начала — ужин. Потом я хочу отыскать местный книжный магазинчик, если он тут водится. А уж после будем разбираться с проблемой одной кровати.

К роли балованной девчонки привыкаешь быстро. Или, возможно, такая уж я. Обычно избегала походов по ресторанам, за исключением тех редких праздников, когда заводились лишние деньги на местную забегаловку. Однако семейный бизнес никогда не приносил достаточно дохода для роскошной жизни, и я слишком долго во всем себе отказывала.

С Леви дела обстояли иначе. Он велел заказывать все, что душе угодно, и я намеревалась поймать его на слове.

Сама ни за что не потянула бы поход в подобный ресторан. Настоящая визитная карточка Гатлинбурга, заведение располагалось в добротном бревенчатом срубе. Я всегда мечтала наведаться сюда хотя бы ради одних только исполинских порций потрясающей еды, однако место считалось фешенебельным. Официанты щеголяли в парадной форме, а на каждом столике в окружении цветов горела свеча. Много лет назад такие траты оказались бы нам с бабулей совершенно не по карману. Страшно даже представить нынешний ценник.

Нас усадили в тихом дальнем уголке, и я вдруг пожалела, что не захватила парочку нарядных платьев вместо одних только легинсов и футболок.

— Боже правый, — ахнула я, открыв меню и увидев цены.

— Что такое? — поинтересовался он.

— Ничего, — голос предательски дрогнул. — Инфляция просто дикая. Точно не хочешь перехватить буррито в фургончике с тако?

— Для своей жены я выбираю только лучшее, особенно в медовый месяц.

Щеки привычно вспыхнули, как случалось каждый раз, когда Леви называл меня женой. Он произносил данное слово с таким нажимом, будто придавал ему колоссальное значение.

— Тебе совершенно не обязательно так меня называть, когда мы наедине.

— Напротив, — возразил он, — ведь ты ей и являешься. Точно так же, как я — твоим мужем.

— Да, но я-то тебя так не называю.

— А стоило бы.

— Я предпочитаю реализм. Сейчас ты — заноза в заднице.

— А еще твой муж, хотя ты, похоже, всячески избегаешь называть меня так.

Я закатила глаза.

— Ты же меня знаешь. Что на уме, то и на языке.

— Тогда произнеси вслух. Назови меня своим мужем.

Разве можно взорваться от смущения?

— Т-ты мой муж.

— Умница, — похвалил он. — Однако еще нужна практика.

— Практика в чем?

— В умении изображать влюбленных по возвращении домой, — тон Леви прозвучал так, словно речь шла об очевидных вещах. — Изра интересуется, все ли у нас в порядке. Видимо, со стороны кажемся слишком зажатыми, и эту проблему необходимо сгладить до встречи с Келвином.