Я не увидела кровавых брызг и жуткого месива из сердец, лёгких, рёбер и прочего, даже хруста не услышала – но одного вида продырявленных насквозь людей было достаточно для того, чтобы даже моё хвалёное самообладание целителя дало маху. Казалось, желудок подскочил к горлу. Я задержала дыхание и перевела взгляд на Рока. Куда угодно, лишь бы не на… вот это вот. И всё же успела увидеть, как безвольно и беспомощно упала на грудь голова третьего мага, чью шею удерживал в руке обгоревший слуга-хранитель.

— Что ж… Убедительно, – Лордер же самообладания не терял и выглядел совершенно невозмутимым. Тому, кто собирался сожрать сырыми мои внутренности, а возможно, так с ними и поступил, произошедшее вряд ли показалось чем-то из ряда вон выходящим. – Но это тело испорчено. Спасибо за помощь… сын, – в это короткое слово он вложил столько сочной иронии, что меня передёрнуло от отвращения едва ли не больше, чем от обезображенных мертвецов. – Прости, от девчонки всё же придётся избавиться. Она делает тебя слишком сильным… и слишком слабым. Я всегда избавлялся от самок, к которым начинал привязываться. Шрайвэ сделает ваш разрыв болезненным, но не смертельным. Посмотри на меня – я это пережил. Переживёшь и ты. Привязанности размягчают нас, как ржа – благородный металл. Ты поблагодаришь меня… однажды. Позже. Мудрость приходит не сразу. Это тело твоё, – он кивнул обгорельцу, стоявшему неподвижно в ожидании указаний хозяина. – Бери его.

И в следующее мгновение чёрная клякса взметнулась к потолку, а обожжённая оболочка свалилась в земляную жижу пустым использованным и более ненужным мешком. Я увидела тени, неумолимо скользящие ко мне – и пожалела, что не умею терять сознание. Взмахнула деревенеющей на глазах рукой, разраставшейся ветвями – но эвилей это не отпугнуло. Наверное, для того, чтобы стать деревом целиком и полностью, наша связь с Роком была ещё слишком слабой.

Или человек, не рождённый вадроком, изначально не был на это способен?

«Нет, только не это, только не так, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!» – успела подумать я.

И услышала ответ, как и раньше, изнутри:

«Не бойся»

Глава 24. Труха и пепел

- Я же сказал. Не трогай её, – глухо проговорил Рок и спрыгнул со своего каменного постамента. Я развернулась, чтобы видеть их обоих – пока я вообще могу ещё хоть что-то видеть и осознавать.

— Ты сказал?!.. Малолетнее ничтожество, порождённое глупой уродливой ушастой девчонкой… Знаешь, первым делом я отрезал ей уши. Запомни, там, где я нахожусь, всё бывает только по-моему. Здесь всем распоряжаюсь я, а не зверёныш, вообразивший, что на что-то способен и что-то из себя представляет. Что ты мне сделаешь? – почти с любопытством отозвался Лордер, взмахом руки останавливая чёрные тени. Увы, они действительно повиновались именно ему и повиновались мгновенно, беспрекословно. – Магия вадроков бессильна без растений, провести ритуал призыва новых эвилей самостоятельно ты не сможешь. Ты вообще ничего без меня не можешь. Сын! – он засмеялся. – Тебе до меня… Не люблю затянувшихся водевилей. Эй, вы! – Лордер снова обратился к своим иномирным прислужникам, – Жаль, что с девчонкой уже не позабавиться, она была такая… вкусная.

Он хмыкнул и облизнулся, демонстративно пошло, явно получая удовольствие от этого незамысловатого позёрства.

— Забирайте е… Нет!

Судя по исказившемуся досадой лицу Лордера, он только сейчас и понял, на какой мелочи прокололся, открыл рот, чтобы отдать новый приказ эвилям, но не успел.

Чёрная плесень, покрывавшая стены этого сырого помещения, дрогнула и пошла рябью. А потом стала разрастаться, настолько стремительно, что буквально смела и эвилей, и самого Лордера с места, сдавливая его, топя, забираясь ему в уши, ноздри и рот. Плесень! Ну, конечно, настолько обыденная и привычная пакость, что никто не обратил на неё внимания. Мерзкие крошечные грибки, бытовые враги домашних хозяек, но сейчас я готова была признать, что это высшее из божественных созданий.

Я отскочила от пушистого, тёмного, склизкого пузырящегося шара, раз в пять больше моей головы. Надо найти дверь, надо выбираться отсюда: в огромном зале уже почти не осталось свободного пространства, плесень разрасталась с чудовищной скоростью. Эвили ещё где-то здесь, пусть даже они не действовали самостоятельно, а подчинялись приказам хозяина, отдавать которые в данный момент он явно был не в состоянии, но они здесь. Конечно, до полноценного боевого мага Лордеру было далеко, но кое-что всё-таки он мог, и я видела, как одно за другим использует он весь свой магический арсенал, пытаясь избавиться от настырной паразитирующей дряни: огонь, воздух, что-то ещё. Безуспешно. Вот только скоро Рок выдохнется – непременно выдохнется, чтобы вырастить этакого грибного гиганта, нужно очень, очень много сил.

Кашляя и почёсываясь из-за от невнятного, но неприятного навязчивого зуда, я пошла – и плесень послушно расступалась передо мной, будто признавая нашу с вадроком связь и моё право на свободу, создавая своеобразный коридор. И – увы, пошла я отнюдь не в сторону двери, куда меня вёл здравый смысл.

Рок уже не стоял на ногах, точнее – он стоял на коленях, всё так же рядом с чёрным камнем, оставив для себя крошечный, не занятый шарами плесени островок пространства. Измученный и тонкий, серебристая шевелюра поникла, почернела на кончиках волос и лежала на его плечах, как вялые стебли обрезанной под корень болотной осоки. Ветвей не наблюдалось, и, если бы не хвост, Рока можно было бы запросто принять за обыкновенного парня в рваной рубашке. Боясь снова заглянуть в его почерневшие глаза, я встала за его спиной, а потом тоже опустилась на колени, обхватывая Рока за плечи, говоря себе, что это – в самый последний раз. Чтобы покончить с Лордером, покончить с этим всем – надо же уже наконец-то с этим покончить!

Он не любил меня. Но ему нужна была моя помощь.

Конечно, это моё прикосновение не было сродни нашим прежним прикосновениям с дроком, хотя сейчас мне удалось-таки установить связь с его резервуаром, с первого раз, более слабую, чем раньше, но устойчивую.

…Стоило ли его винить? Он не собирался соблазнять меня изначально. И в своём разочаровании виновата только я… и немножко судьба, которая завязала его магический резервуар на плотском удовольствии, а потом и вовсе связала нас двоих. Всего несколько дней, а мне кажется, что мы знакомы целую вечность.

Он использовал меня.

Но он же утешал меня после ночного кошмара. Он же помогал лечить чужого человеческого ребёнка, о котором мы не узнали даже имени…

«Беги, Фелл! Тебе не стоит здесь находится»

«Бежим вместе. Потом поговорим»

«Я ещё не закончил»

«Что ты собираешься делать?»

Не знаю, как, но, кажется, он меня слышал. Может быть, вадроки обладали этим странным даром, чтобы общаться между собой в древесной форме?

«Беги! Этот гойшон оставил здесь самовозгорающиеся… – он явно не мог подобрать верного слова. – Они выглядят как конусы с жидкой сердцевиной. Скоро здесь сгорит всё. Он заботится о том, чтобы не оставлять следов»

«Козырная карта» Лордера…

«Всё-таки «гойшон», а не «отец»?» – я не знала, передавал ли мысленный диалог мой неуместный сарказм. Глупее только припоминать прошлые обиды, когда висишь над пропастью, ухватившись одной рукой за скользкий склон.

«Не делай вид, что ты безмозглая шойса»

«Ты позволил убить трёх человек! Нет, четырёх…» – я уже понимала, что он притворялся, но облегчения от этого не испытывала. Рок не был честен с Лордером, но не был честен и со мной. Каков же он настоящий?

«Зачем?!»

«Они все служили ему, прикрывали его и были ничуть не лучше, чем он. И они помогли бы ему, а мне нужно было, чтобы он остался один»

«Ты… ты обманул меня!» – если уж быть честной, то да, я могла простить Року даже соучастие в гибели слуги и магов. Действительно могла, не настолько я добра и мягкосердечна.