Как же давно не чувствовала себя свободной. Да, после побега из замка Лордера, я принадлежала самой себе, даже замужество ничего кардинально не поменяло: Флет был самодуром, но в отношениях с ним я не потеряла себя. Я не была зависима от него.

Но всё это время я находилась в плену собственных страхов и сожалений.

— Почему? – прошептала я. – Не нужно меня жалеть.

— Я и не жалею, – просто ответил он.

— Почему? – настойчиво повторила я. – Потому что… я сказала тебе честно, что тебя ждёт?

Рок качнул головой.

— Было очевидно.

— Тогда…

— Может быть, из-за… этого? – Рок сощурился и по моему лбу что-то скользнуло.

Виноградная лоза. Ну, конечно. Глупо было думать, что Рок не почувствует. Флет угощал меня виноградом, а я… А я, в суете облавы, ухватила веточку с виноградным листом и – за неимением более удачных идей – воткнула её себе в волосы, удержав неприметной заколкой. Сумку мою по возвращении домой стражники, разумеется, обыскали, поверхностный осмотр тоже провели, а вот в волосах покопаться не догадались.

Из меня вышла бы неплохая воровка.

— Почему? – сказал дрок, зеркаля не только мои слова, но и интонацию.

— Это такая малость.

— Но ты не обязана была делать это.

— Не обязана. Не знаю. Отпусти. Я не хочу… – начала я.

— Я хочу.

Виноградная лоза стремительно разрасталась, обвивая моё тело, и я замолчала на полуслове.

— Подпали, – сказал Рок. – Каждый мой сучок.

Это даже не походило на сарказм. Скорее – констатация факта. Он был согласен даже на огонь.

Сила растения, управляемого дроковой руховой магией, приподняла меня над его телом, бордовая лиана потёрлась о моё плечо и, скользя вниз, потянула свободный вырез сорочки, обнажая правое полушарие груди. Потерянный контроль над ситуацией пугал лишь первые несколько мгновений. С Роком в нём было куда больше от томительного ожидания.

Меня снова затрясло от сладкого тягучего возбуждения. Почувствовав мою дрожь, Рок обхватил моментально затвердевший сосок губами, потягивая, посасывая. Я закусила губу, раздвигая ноги, оседлала его бёдра. Сквозь тонкое покрывало я чувствовала промежностью его член, горячий и твёрдый. Зубами Рок потянул сорочку так, что она соскользнула и со второй груди. Я приподнялась, позволяя лозе стянуть с Рока покрывало, наслаждаясь плотным соприкосновением его и моей голой кожи, потираясь влажными складочками о головку.

Нет…

Нет.

Нет, я же не хотела… он должен тратить свой резерв, а не восполнять его! Магия проходила сквозь меня в него нарастающими толчками, сливаясь с волнами удовольствия.

«Ну, он и тратит, – фальшиво уверила себя я. – Используя свою растительную магию. Тратит же!»

Нереальное единение. На мгновение мне почудилось, будто мои собственные руки и ноги извиваются, как бескостные лианы.

«Чуть-чуть, я позволю себе только чуть-чуть больше, чем раньше, но смогу остановиться», – я ритмично двигалась, ускоряясь, и страхи, воспоминания, здравый смысл отступали, всё прочее стало пустым, незначительным и неважным. Мир сузился до пределов нашей кровати, наших тел, и, хотя остатками разума я понимала, как недолго это продлится, чувственная эйфория захватила меня. Словно крылья за спиной выросли.

Я накрыла ладонями уши Рока, потирая острые кончики, холодные металлические колечки, удерживая голову, обхватила губами губы, впуская его язык в свой рот. Максимально широко раздвинула бёдра. Влажно, между ног было так влажно и горячо.

— Что дальше? – задыхаясь, шепнул Рок мне в рот. – Что обычно бывает дальше?

Я не могла ответить. Не могла проговаривать вслух бесстыдные много раз виденные сцены, встававшие теперь у меня перед глазами. Мне не хватало его рук. Я хотела, чтобы он обнимал меня, гладил и трогал везде. Я привстала, потянулась к его пальцам, втянула в рот большой палец правой руки.

— Сделай так… но не так, – снова едва слышно сказал Рок.

— Как? – выдохнула я, на миг выпуская его палец изо рта. – Скажи.

— Ты знаешь. Ты так уже делала.

— Скажи, – я целовала кончики его пальцев, потиралась о них щеками. – Я тоже ничего не знаю. Совсем ничего.

— Сделай…

— Что? – я взглянула ему в глаза, его черты расплывались от моих проступивших слёз. – Произнеси вслух. Это важно.

Дорожкой поцелуев я спускалась от его подбородка до живота. Положила на член ладонь – и Рок застонал, подаваясь бёдрами к моей руке.

— Ты проклянёшь меня, если сейчас…

Я скользнула ещё ниже, и втянула гладкую тёмную головку в рот. Рок дрожал почти так же, как и я после кошмара.

— Вот так?

— Так…

— Не хочу, чтобы ты меня ненавидел.

— Не буду.

— Почему ты передумал?

— Я не передумал.

— И ты согласен с грязной шойсой…

— Шойса не принесла бы мне лозу.

Я соскользнула прочь с кровати – и он зашипел, словно разбуженная змея. Опавшая было лоза вновь подхватила меня, требовательно возвращая назад.

— Сделай.

— Что?

У меня кружилась голова, мне так хотелось этой запретной вожделенной близости.

— Потрогай меня ещё, – процедил дрок сквозь зубы. Я вытянула руку и погладила его по гладкому чуть влажному лбу.

— Потрогала.

— Перестань издеваться!

— Кто из нас издевается? – я снова положила ладонь на его поджарый упругий живот. – Не хочу быть виноватой. Не хочу приближать наше расставание. А тебя хочу. Первый раз в жизни.

— Это грех, – его зелёный взгляд был мутным от желания. – Даже если я не вернусь… Я не должен. Шрайна…

— Скажи это ещё раз.

— Шрайна. Потрогай его. Рукой. Губами. Я хочу быть внутри тебя. Это невыносимо. Это ужасно. Это…

Я снова села на его бедра, наклонилась к лицу и вдыхала его дыхание.

— Клятый Лордер забрал мою невинность, забрал мою нормальную жизнь и шанс на счастье. Флетвик пользовался мной, как обувной щёткой. Но ты… ты даже не человек. Как же так?!

Рок прихватил зубами мою нижнюю губу, я скользнула языком в его рот, малодушно принимая этот жест за согласие и капитуляцию. Глядя в глаза Рока, рукой направила его твёрдый член внутрь своего тела, влажного, мягкого, горячего, предвкушающего свою первую добровольную и желанную близость.

Виноградная лоза обвивала мои ягодицы и бёдра, сдавливая их в ритма толчков наших тел. Мне казалось, что и у меня есть хвост. Мне казалось, что и я обладаю властью над ней.

Рок простонал мне в рот что-то невнятное, а потом меня шарахнуло его магией так, что на мгновение стало больно. Мышцы сжались в неконтролируемом спазме, я выгнулась дугой назад, приподнимаясь и опускаясь, сжимая его, пульсируя от ощущения водоворота, закручивающего нас обоих, сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее. Дыхание перехватило, низ живота налился почти болезненной сладкой тяжестью. Волосы щекотали голую спину.

— Шрайна…

Мне хотелось почувствовать его тело на себе – но это было невозможно из-за единственной позволенной, возможной для нас позы. И я двигалась, особенно остро ощущая скольжение члена по тугим напряжённым стенкам собственного нутра, то опускаясь и целуя всё, до чего дотянусь, то приподнимаясь, разглядывая Рока, зажмуривавшегося, сжимавшего, закусывавшего губы с проступившими на нижней губе зелёными капельками крови.

Я поступила проще – зажала рот кулаком.

Если бы не охрана, я бы позволила себе застонать в голос. Да что там, закричать, выплёскивая голосом всю застарелую боль, накопившуюся внутри. Лишнюю боль, ненужную, словно оставшиеся от прежних жильцов тюки со старой одеждой на чердаке.

Я не нуждалась более в этой боли.

Глава 18. Сколько было лжи?

Быстрее, быстрее, быстрее…

До высшей точки я добралась первой, сжалась, задыхаясь и содрогаясь. В тот же момент Рок распахнул зелёные глаза, непривычно растерянные – и я почувствовала толчок его горячей спермы внутри. Несколько толчков. Густая струйка потекла по внутренней стороне бедра. Я замерла, прогоняя мысли, отдаваясь ощущениям тела.