— Кто это может быть, дед? — уже в который раз спрашивала она, глядя сквозь Харлампия Терентьевича. Тот завис в воздухе рядом с дощатым столом, на котором Саша разложила бумаги для записи. — Кто хочет повредить жилы? И для чего? Чего преступник добивается? Даже убийством не побрезговал…

— Не знаю, внучка, — честно признался дед. — Не нравится мне всё это, ой не нравится!

Вот и Саша не знала. Зато она знала наверняка, что нужно проникнуть к узлу, используя тайный ход. Ответы скрывались там. А так что толку гадать? Разве это поможет делу? Сидя здесь, она ничего не узнает, тем более не сможет найти того, кто украл затвор. А там, где был вор, был и убийца. Саша ни секунды не сомневалась в этом.

— Идём! — скомандовала она, поднимаясь на ноги и хватая пальто. — Нужно пробраться на узел и устроить там засаду!

— Сейчас? — изумился дед, наблюдая, как она облачается в верхнюю одежду. — Саша, побойся бога! На дворе уже почти ночь! Куда ты собралась?

— Ты преувеличиваешь! Сейчас только девять вечера, — возразила Саша.

Полностью одетая, она уже потянулась к ручке, намереваясь отворить дверь, как снаружи вдруг послышался осторожный стук.

Саша и Харлампий Терентьевич удивлённо переглянулись меж собой.

«Кто там?» — будто спрашивал её взгляд.

«А мне почём знать?» — так же взглядом ответил дед.

Он поспешил спрятаться в кольцо, только после этого Саша отворила дверь.

На пороге стоял Тихон Ильич. Сказать, что Саша удивилась, увидев нежданного гостя, значит ничего не сказать. Она даже вымолвить ничего не смогла.

— Александра Андреевна, простите за столь поздний визит, — заговорил управляющий из Горок, видя изумление на её лице. — Вы позволите мне войти?

Саша кивнула, отступив от двери, и Тихон Ильич оказался в её тесной комнатушке. Он окинул взглядом скудную обстановку. Несмотря на то, что управляющий из Горок не отличался огромным ростом или выдающейся шириной плеч, Саше показалось, что с его появлением здесь стало ещё теснее.

— Александра Андреевна, — снова взял слово Тихон Ильич, закончив беглый осмотр её комнаты. — Тут такое дело… Даже не представляю, с чего начать…

Впервые Саша видела Тихона Ильича в таком состоянии. Обычно собранный и невозмутимый, сейчас он жутко нервничал.

— Что-то случилось в Горках? — насторожилась Саша, бросив на него встревоженный взгляд. — Кто-то пострадал? Или находится в опасности? Не молчите же, Тихон Ильич!

— Всё дело в Дмитрии Алексеевиче, — сказал наконец управляющий. — Он… нездоров.

— Нездоров? Что с ним? Простудился? — уточнила Саша, потом вдруг спохватилась. — Но, постойте. Почему вы пришли ко мне? Если Дмитрий Алексеевич болен, разве вам не следует обратиться к врачу?

— Боюсь, врач ему не поможет. Думаю, вам известно, что у Агриппины Кузьминичны сгорела пристройка, а без своих снадобий толку от неё не больше, чем от меня, — сокрушался Тихон Ильич. — Кроме того, его недуг… не виден глазу.

— Ничего не понимаю, — растерялась Саша. Ей стало невыносимо жарко в пальто. — Что с ним? Вы можете выражаться яснее?

Тихон Ильич на миг поджал губы.

— Он… Дмитрий Алексеевич… Словом, вам нужно поехать со мной в Горки. Тогда вы сами всё увидите.

— Поехать? В Горки? В такой час?

— Именно.

Саша разрывалась на части. Она не могла поехать в Горки. Только не сейчас! Сейчас она должна ехать на узел. Как же быть?

— Видите ли, я…

— Если вы откажетесь, боюсь, Дмитрий Алексеевич сам не справится со своим… недугом. Найдись другой способ помочь ему, я бы не приехал, уж поверьте.

В этом Саша не сомневалась.

— Но почему именно я? — тем не менее спросила она.

— За долгое время, что я нахожусь подле хозяина, он ни с кем не сближался. Лишь одну вас он подпустил к себе так близко. — Тихон Ильич упёрся взглядом в Сашу. — Даже в имение князя Вяземского поехал, чтобы вас повидать. Именно поэтому я и приехал просить помощи.

Саша окончательно растерялась. А от упоминания того, что Горчаков приехал на приём только ради неё, её щёки помимо воли порозовели. Выходит, её домысел оказался правдивым. Он и впрямь приехал к Вяземским ради встречи с ней. В груди, где-то очень глубоко, затеплился крошечный огонёк, но Саша быстро его загасила. Не стоило тешить себя ложными надеждами. Горчаков ничего не знал о ней. Ничего! О её долгах, о том, что заставило её поступить на службу. Знай он всю правду, вряд ли стал бы искать так рьяно встреч с ней.

Но как же быть с узлом? Она ведь приехала сюда ради дела. Разве имеет право тратить время на что-то другое? А князь? Вдруг с ним случилось что-то серьёзное? Тихон Ильич точно не приехал бы к ней из-за сущего пустяка. Но узел?.. С другой стороны, Дмитрий Алексеевич ведь тоже ей помог, предоставив доступ к архивам. Она просто обязана отплатить ему за помощь!

— Раз только я в силах помочь, тогда едем, — сказала она Тихону Ильичу и шагнула за порог, решив, что съездит на узел в другой раз.

Экипаж, в котором прибыл управляющий, доставил их до Горок довольно быстро.

Ещё издали Саша разглядела море огней, что освещали усадьбу Горчакова.

— Поспешим! — поторопил Тихон Ильич, заметив её изумлённый взгляд сразу по приезде. — Я отвечу на все ваши вопросы, но позже. Сейчас главное — помочь хозяину.

Саша спорить не стала и молча прошла за управляющим в дом, где Тихон Ильич помог ей снять пальто.

Здесь тоже кругом горели свечи. Было светло, совсем как днём.

«Да ведь князь и впрямь боится темноты!» — догадалась Саша, вспомнив, как в доме Вяземских он едва не выпрыгнул из тёмного чулана.

Пока она делала свои выводы, Тихон Ильич уже увёл её на второй этаж. Саша не отставала, поражаясь, что ни один уголок дома не был погружён во мрак. Управляющий прошёл вдоль длинного коридора и распахнул перед Сашей массивную дверь в самом его конце.

— Экипаж будет стоять у ворот, если вы захотите оправиться домой, — пообещал ей Тихон Ильич напоследок.

Саша кивнула и шагнула в комнату.

Первое, что бросилось в глаза, — осколки стекла на полу. Складывалось впечатление, что здесь шла ожесточённая схватка с чайным сервизом. И последний потерпел оглушительное поражение. Затем она увидела Дмитрия Алексеевича. Тот, словно тигр в клетке, расхаживал по просторной комнате. Ворот и манжеты его белоснежной рубашки были расстёгнуты, волосы топорщились в разные стороны, будто он уже тысячу раз запустил в них пальцы. Взгляд её сместился к дальней стене, у которой Саша заметила огромную кровать с балдахином.

«Куда Тихон Ильич меня привёл? Неужели это… спальня Горчакова⁈ Поверить не могу! О чём он только думал?» — возмутилась про себя Саша, уже собираясь адресовать эти вопросы управляющему.

Однако дверь за её спиной уже закрылась, скрыв от праведного гнева Саши управляющего. Дмитрий Алексеевич, напротив, заметил Сашу, переведя на неё взгляд. Саша едва не охнула. Боже, каким затравленным показался ей этот взгляд!

— Вы? — тем временем пробормотал Дмитрий Алексеевич, пуще прежнего заходив по комнате. — Что вы здесь делаете? Как оказались здесь? Кто вас надоумил? Пришли посмеяться? Что ж, начинайте!

Саша тоже хотела бы знать ответы на эти вопросы. Но Тихон Ильич просто ушёл, ничего ей не сказав больше того, что уже сказал в «Дубраве».

— Я и сама не знаю… Меня пригласил Тихон Ильич, — отозвалась Саша, сделав шаг к Горчакову. Стекло под подошвами ботинок противно заскрипело. — Сказал, что вам нездоровится.

Управляющий не солгал, и Саша сама это видела. Глаза Дмитрия Алексеевича странно блестели, совсем как тогда, в чулане. Тело его сотрясала мелкая дрожь, а лицо казалось чрезмерно бледным.

— Тихон Ильич? — Горчаков нервно усмехнулся. — Зачем он только вас во всё это втянул? Неужели решил, что вы можете помочь?

— А я могу помочь? — поинтересовалась Саша, встретив взгляд Горчакова.

Он долго смотрел на Сашу, потом поморщился, словно ему стало нестерпимо больно.

— Не знаю, — только и ответил он, и снова принялся мерить шагами комнату.