— Возвращайся домой и не смей оттуда выходить, — непреклонно скомандовал Коллин, после чего увлек меня прочь из зала в коридор и вверх по лестнице.

До моего слуха донеслись голоса, бесцеремонно нарушившие повисшую тишину. На лестничной площадке перед массивными двустворчатыми дверями толпилась группа мужчин и женщин, облаченных в черно-белые одежды. Об иллумах всегда говорили как о некой единой, безликой силе. Странно было видеть их сейчас вблизи разного роста, с разным цветом кожи и волос. Воспринимать их как отдельных личностей, как обычных людей, казалось чем-то неестественным и неправильным.

Я попыталась вырваться, заметив среди них Табиту. Хватка Коллина на моей ладони мгновенно ужесточилась, и он силой прижал меня к своему боку.

— А вот и наш герой вечера, — изрекла Табита, окинув нас высокомерным взглядом.

Я не знала, кого именно она имела в виду, меня или Коллина. Мой партнер остановился и отвесил легкий поклон. Я поспешила последовать его примеру. Когда ее взор остановился на мне, она прикрыла глаза чуть дольше, чем требовалось для обычного моргания, словно ей было физически непереносимо лицезреть лицо с дефектом. Открыв глаза, она повернулась к Коллину и сказала:

— Мы выступим перед элитой, а затем ты доставишь Эмелин в Капитолий, где мы обсудим наши дальнейшие действия.

— Вы хотите, чтобы моя партнерша тоже присутствовала? — уточнил Коллин.

— О да, у нас ведь так много тем для обсуждения с твоей партнершей. — Табита хищно улыбнулась, а затем повернулась к тем самым двустворчатым дверям, на которые я до этого не обратила внимания. — Ведите его, — приказала она.

Удушливый ужас сжал горло, двое силовиков грубо выволокли Хэла вперед. Из глубоких ран на его лице обильно хлестала кровь. Он не смотрел в мою сторону. Сердце в груди заколотилось как сумасшедшее.

— Идем, овечка, — поманила меня рукой Табита, как только двери распахнулись. — Мы обязаны возвестить им о нашей великой победе. Все остальные могут быть свободны. Разумеется, за исключением Коллина и Чарльза. — Табита пристально посмотрела на Коллина. Остальные люди в черно-белом безмолвно удалились.

Коллин подтолкнул меня вперед, и я покорно побрела вслед за Табитой на небольшой балкон, возвышавшийся над бальным залом. Внизу столпилась элита. Кожу мгновенно покрыл холодный липкий пот.

— Дорогая наша элита, — провозгласила Табита. В зале мгновенно воцарилась гробовая тишина. — Я хочу разделить этот триумфальный миг с вами. Мы схватили Жнеца.

Внизу послышался дружный испуганный выдох, и мое дыхание участилось. В ту же секунду солдаты с силой впечатали приклады оружия под колени Хэла, заставив его рухнуть на пол прямо на глазах у всей толпы. Табита повернула голову в мою сторону, глубоко втянув носом воздух, словно упиваясь моей внутренней катастрофой.

— Нам есть за что благодарить судьбу в этот час восстановления мира. Спасибо всем вам за вашу непоколебимую преданность. Мы искренне признательны вам. Без вашего содействия безумный план Жнеца по погружению города в хаос мог бы увенчаться успехом, разрушив наш незыблемый порядок. Ваше присутствие здесь — лучшее доказательство вашей верности. Чего нельзя сказать о тех представителях элиты, кто посмел отклонить наше приглашение. Их ликвидируют прямо сейчас, пока мы с вами здесь разговариваем.

Воздух в моих легких закончился. Я пошатнулась и сделала шаг назад, натолкнувшись спиной на самого молодого из них. Рука Коллина тут же обвила мою талию, а его ладонь жестко впечаталась в мой живот, до боли вдавливая кристаллы платья в кожу.

— Мы, старейшины, также выражаем глубокую благодарность нашему младшему иллуму за этот блестящий, филигранный план. Как и его партнерше, Эмелин. Ее непоколебимая самоотверженность достойна искреннего восхищения. В беспрецедентные времена порой приходится идти на беспрецедентные меры. Преданность без страха и упрека — редкий дар. И перед лицом всех присутствующих Высший совет иллумов принял решение, не имеющее аналогов в нашей истории. Мы даруем Эмелин полноправный статус члена элиты. Решение вступает в силу немедленно.

Чье сердце сейчас с грохотом пробивало грудную клетку? Мое или Коллина? Эта оглушительная декларация повисла над притихшим залом. Мой внутренний ступор, казалось, передался всей толпе внизу — элита безмолвствовала. Хэл так и не повернул головы в мою сторону.

Табита шагнула ближе к перилам балкона, выжидающе вглядываясь в лица внизу. В ту же секунду шквал аплодисментов взорвал тишину. На ее губах заиграла торжествующая усмешка.

— Да, да, это абсолютно заслуженная награда. Эмелин верой и правдой служила нашему общему делу. Занималась шпионажем, собирала ценные сведения и умело втиралась в доверие к лицам с дефектами. Она в полной мере заслужила ваше уважение и благодарность. Без ее неоценимого вклада поимка Жнеца была бы невозможной. — Табита резко развернулась и вонзила в меня свой ледяной взгляд. От этой стужи внутри меня все окончательно вымерзло. Она буквально упивалась моим состоянием. — Его уничтожение — целиком и полностью ее заслуга. Только ее.

Пальцы Коллина впились в мое тело столь сильно, что там наверняка останутся синяки, но мне было плевать. Я рассыпалась на части изнутри, и только его железная хватка не давала мне рухнуть на пол. Ноги дрожали, слова Табиты зажимали мое сердце в тиски.

— Но не сегодня, — уточнила Табита. — Совсем скоро, на глазах у всех вас. А пока танцуйте. Празднуйте эту победу. Она принадлежит вам в той же мере, что и нам, верная элита. — Табита царственным жестом вскинула руки вверх. — За процветание порядка. — Она развернулась, и грянувшая музыка мгновенно заглушила ликующий гул толпы внизу.

Хэла снова куда-то поволокли. Табита сделала нам с Коллином знак следовать за ней, за нами тенью двинулся мужчина с длинным черным хвостом. Мой взгляд был прикован исключительно к этим темно-русым волосам Хэла, скрывающимся вдали. Где сейчас Кейн, Барретт, Бри, Джеральд? Им удалось сровнять с землей целое здание. Где они все теперь? Кто придет Хэлу на выручку? Он же их лидер!

— Увези ее в Капитолий. Я присоединюсь к вам с минуты на минуту, — распорядилась Табита, обращаясь к Коллину. — О, хотя постой, подведите-ка его сюда.

Силовики силой притащили Хэла. Он даже не пытался сопротивляться, когда его снова швырнули на колени прямо к моим ногам. Он упорно не поднимал головы. Двери за нашими спинами с грохотом захлопнулись. Табита сделала шаг вперед, а мужчина с хвостом молча наблюдал со стороны.

— Неужели ты даже не хочешь взглянуть на нее? — воркующим тоном спросила Табита у Хэла. Мои колени подогнулись, мне нестерпимо захотелось рухнуть на пол рядом с ним. — Нет? Уверен? А вот она просто глаз с тебя не сводит. Поднимите ему голову.

Солдаты грубо потянули Хэла за волосы вверх. Его искрящиеся глаза встретились с моими. Я смотрела на него, и в моей душе бушевал безумный коктейль из боли, скорби, дикого ужаса и ярости. В его же взгляде не было и тени страха, лишь глухое, бесповоротное смирение с неизбежным.

— Покажите ей его запястье, — приказала Табита, не переставая улыбаться. И эта улыбка показалась мне самым изощренным проявлением жестокости, какое я только видела в жизни. Его левую руку бесцеремонно выставили вперед. Чуть выше шрама, который он всегда так тщательно прятал, красовался воспаленный, багровый след. — Он сопротивлялся весьма отчаянно, но теперь в его теле снова стоит чип. Разве это не чудесно?

— Табита, хорош играть с едой, — тяжело и глухо обронил мужчина с хвостом.

— Кто бы говорил, Чарльз, — насмешливо отрезала Табита, отворачиваясь. — Заковать его.

Конвоиры с силой защелкнули на запястьях Хэла массивные металлические кандалы и рывком подняли его на ноги. Табита и Чарльз удалились по коридору. Хэл жадно впился в меня взглядом, словно пытался до мельчайших подробностей запечатлеть мой образ в своей памяти. Он удерживал меня до последнего, пока солдаты окончательно не уволокли его прочь.

Я сделала было непроизвольный шаг в его сторону, но меня тут же дернули назад. Коллин бесцеремонно вытолкнул меня наружу, увлекая вниз по лестнице, через вестибюль прямо к капсуле. Все то напускное спокойствие, что он демонстрировал до этого, вмиг улетучилось. От него буквально веяло ледяной, первобытной яростью.