Я снова оказался в здании космопорта. Рядом тряс головой Биркин, в испуге оглядывалась Констанция…

— Миша⁈ — выдохнула пораженная Настя Вестиго.

Судя по виду, она вообще не понимала, как тут очутилась. То же касалось и остальных. Констанции, Биркина, Чемлева (3)…

Да, Наместник. Наместник тоже был тут.

Тут Старик уже уступил мне управление, так что первым делом я сковал Чемлева Телкинезом, накладывая на него один барьер за другим. Пользуясь тем, что он явно был дезориентирован.

— Наручники на него! Бир!

Биркин в ответ снова тряхнул головой. И уже тогда кинулся к Наместнику. Ради того дела у нас была парочка особых устройств. Подавителей дара, которые по мощности превосходили даже те, в которые когда-то заковывали меня имперцы. Достал их где-то Иван Иваныч, за что ему отдельное спасибо.

— Миша, я не понимаю, что…

— Я тебе потом все объясню, Настя, — ответил я. — Биркин, ваша задача дождаться наших. Констанция.

Я повернулся к девушке.

— Все наши договоренности в силе. Тут могут появиться бойцы ИС, вам нужно продержаться недолго. Ты поможешь.

Аристократка ответила быстрым взглядом. Глянула на Чемлева…

— Да.

— Хорошо.

— Тогда ждите, а у меня еще одно дело.

Я успел заметить задумчивый взгляд, которым окинул меня Наместник. Но больше ждать не стал.

Все потому, что Старик уже подгонял меня.

Отсчитывал секунды до того, как я опоздаю, что-либо сделать. С места я рванул примерно насчет «Три… Два…».

Что у него за способность? — спросил я, уже мчась к лифтам. И одновременно через комм отсылая сообщение Флаву.

Быстрая Копия, — ответил Старик. — Среди реинкарнаторов имелось несколько способностей, которые позволяли создавать двойников того или иного типа. Те мои братья и сестры, что обладали ими, часто брали этот прием на вооружение. И не ограничивались своей способностью.

А!

Так вот, как ты его узнал.

Потому что он совал эти устройства в затылки. И даже пластическую операцию тому стихиййнику сделал.

Не только, но да. Почерк угадывается, даже если пытаться его маскировать. Быстрая Копия никогда не считать слишком сильной способностью. Одной из средних. Восемьдесят Восьмой мог создавать до пяти собственных двойников. Всегда короткоживущих. И он не мог отпускать их далеко от тела, потому что они быстро развеивались.

Сейчас это явно было что-то другое. Он мог управлять другими.

Да. Каким-то образом он сумел очень хорошо прокачать способность. Возможно, поднял ее почти до максимума. Или вообще каким-то образом видоизменил…

Храмы Предтеч! — вдруг сообразил я. — Чиз ведь рассказывал!

Это одна из версий, — согласился Старик. — В любом случае, он сумел усилить способность. И за счет этого смог управлять другими. Вероятно, он мог отсылать своих двойников. Возможно, достаточно далеко от тела. Но вряд ли этот контроль был слишком хорош.

Ему пришлось всех отпустить.

Может слоты закончились?

Я бы ожидал сейчас еще нападений.

Нам нужно его догнать. Мой план…

Все в твоих руках.

Я мысленно кивнул, завершая беседу. Мне, конечно, было еще о чем спросить Старика. В словах Восемьдесят Восьмого было еще много интересного. Но сейчас важнее было просто до него добраться. Прежде, чем он доберется до дредноутов.

Влетев в зал с орбитальными лифтами, я сразу же раскидал в стороны пару охранников, что попались на глаза. Даже разбираться не стал. Просто убрал с дороги.

Сам же запрыгнул в первый же из лифтов.

И долбанул по нему Поломкой Устройства, заставляя включиться и сразу набрать максимальную скорость, невзирая на стабилизаторы тому подобное.

Путь на орбиту занял минуты на полторы меньше, чем должен был. И уже выбегая из кабины на внутри орбитальной станции, я увидел спину Никиты в дальнем конце космической галереи. У него явно был готов корабль.

Я попытался стегануть его Телекинезом, но все-таки не достал. Длина галереи была за сотню метров, а он еще и успел завернуть.

— Флав⁈ — крикнул я в комм.

— Буду на месте через минуту. Стапель одиннадцать.

— Молодой человек, вы кто…

Сотрудника станции я просто молча поднял в воздух Телекинезом. То же сделал и с парой охранников, которые оставались здесь же.

— Подготовь одиннадцатый номер к стыковке, — сказал я сотруднику, аккуратно ставя его на место. — И лучше со мной не спорь.

— Ты…

— Михаил Звездный. И теперь это моя планета.

На парня — ему было не больше тридцати — фраза произвела впечатление. Видно, правильную интонацию я подобрал.

Вскоре док был готов к стыковке. Еще через минуту я уже был внутри Коатля, мчащегося вслед за скоростной яхтой.

— Можем сбить, — предложил псионик. — Или притормозить слегка.

— Нет, там еще два дредноута в стелзе.

— Два… гхм…

Он замолчал, кинув на меня странный взгляд.

— Два это серьезно, — заметил он. — Ладно бы один всего.

Шутит? Неплохо. Не каждый бы с такой информацией справился.

— Просто догони его, — сказал я. — Дальше я сам. Хотя бы пятьдесят метров, чтоб было.

— Можем сделать рывок, но дальше часть мощности потеряем. Он на челноке, тот лучше к открытому космосу приспособлен, чем Коатли.

— Давай.

Кивнув, Флав быстро отжал на приборной панели несколько кнопок. Звуки внутри флаера быстро начали меняться. Машина явно выживала из себя максимум.

Я прикрыл глаза.

Сделал глубокий вдох…

— Пятьдесят метров.

…и шагнул сквозь пространство.

Звездная Империя

Внешняя орбита планеты Лира

Это было самое дальнее расстояние, на которое мне приходилось прыгать. И никаких гарантий, как и всегда в случае с Теневым Шагом, не было.

На мгновение ты словно перестаешь быть частью мира. И даже чтобы просто вернуться обратно, требуется Воля. И чем дольше ты остаешься «по ту сторону», чем большее расстояние хочешь пройти, тем больше Воли нужно.

К счастью, это был тот самый раз, когда я не имел права отступить от своей цели. Путь подсвечивала Способность Навигатора. В нужный момент я просто сделал Шаг. Небытие сдавило меня своей безразличной пустотой, на миг я стал меньше чем молекула, чем даже просто какое-то воспоминание. Обернулся неделимым атомом Воли…

Еще через мгновение по мне врезало ощущениями.

Недоуменно оглядываясь, я обнаружил себя внутри какого-то темного помещения… Вокруг ощущался затхлый воздух явно не на полную работающих систем жизнеобеспечения. Искусственная гравитация тоже держала едва-едва. Так бывает, когда пилот корабля переводит всю мощность на маршевые двигатели. Все остальное начинает работать постольку-поскольку…

Значит, все-таки допрыгнул.

Скорей всего, я попал либо в какое-то техническое помещение, либо в трюм. Последний у скоростного челнока большим быть не мог, так что вполне сходилось.

Теперь нужно было решить, идти за Никитой — он же Восемьдесят Восьмой — сразу или дождаться, пока он доберется до дредноутов.

И именно сейчас предчувствия подсказывали, что торопиться не стоит. Никита Никитой, но основной проблемой сейчас оставались именно дредноуты.

Какой бы крутой и ультрамодифицированной не была шестерка Институтовских эсминцев, против даже одного дредноута сделать бы они ничего не смогли. А тут их было два. И сейчас это была самая большая сила в системе.

Так что пока что мне стоило просто затаиться.

Он точно здесь? — спросил я Старика мысленно. — Это не может быть еще один двойник, а сам он на каком-нибудь другом корабле уже летит в сторону гипера?

Разве о таком не стоило бы спросить раньше? — раздалось в голове в ответ.

Я подумал, что можно на это ответить.

Не смешно, — выдал я в итоге.

Ты бы на моем месте смеялся во весь голос, — заметил Старик. Справедливо заметил, и от того еще более обидно. — Но вообще мысль правильная. Это было бы вполне в духе Восемьдесят Восьмого.