Старуха вздрогнула.

«Война была яростной и беспощадной. Многие королевства превратились в поля сражений и были поглощены пламенем. Но… самое страшное было ещё впереди. Ведь вместо того, чтобы завершиться, война только разгоралась. Верные богам взялись за оружие, а даймоны в ответ набрали себе новых союзников — смертных чемпионов, пострадавших от тирании Империи, древних существ, изгнанных в самые тёмные уголки Подземного Мира, и всех остальных, кто питал глубокую обиду на божеств… даже ужасающих нефилимов. Безумие вырвалось наружу, и вскоре не осталось ни одного места, не затронутого войной. Всё вокруг превратилось в поле боя».

Ананке посмотрела на текущие воды Великой Реки и на некоторое время замолчала. В конце концов она продолжила:

«Нигде не было безопасно. Леса сгорели, поля превратились в пустыни, реки пересохли. Мимолётный удар сражающихся божеств мог уничтожить целые города. Со временем бесчисленное количество людей переселились или погибли. Именно тогда мы стали называть это Погибельной Войной, веря, что она станет концом всего… и в это же время Ткач создал Заклятие Кошмара и подарил его нам, смертным».

Санни вдруг вспомнил Забытый Берег и опустошение, постигшее эту землю, когда с неба упала сияющая фигура. Было ли это сияющее существо одним из солдат в страшной войне между шестью даймонами и шестью богами? Может быть, это был один из нефилимов?

Или… настоящий ангел?

Если то, что случилось на Забытом Берегу, происходило во всём Царстве Снов, то неудивительно, что древние люди видели в этом конец света.

Ананке вздохнула.

«Ткач предложил нам путь к спасению, но… в те времена Демона Судьбы презирали все — и последователи богов, и последователи даймонов, и даже те, кто не хотел иметь ничего общего с войной. Нас, жрецов Заклятия Кошмара, тоже презирали. Мало кто слушал нас… но некоторые всё же слушали. Ведь Заклятие Кошмара было притягательным даже в зачаточном состоянии».

Санни наклонил голову.

«…Притягательным?»

Старуха кивнула.

«Конечно! Оно давало своим носителям столько способностей. Способность владеть Воспоминаниями и Эхо, способность мгновенно войти в Море Души, пробудить свой Аспект, направиться на путь Вознесения… Заклятие Кошмара обещало людям, отчаянно желающим получить силу, средства для самозащиты».

«Хм…»

Итак, Ткач был не только самым коварным Демоном, но и ловким торговцем. Заклятие Кошмара было напичкано всевозможными благами, которые отчаявшиеся люди сочли бы неотразимыми — благами, которые люди мира бодрствования воспринимали как должное, поскольку им не с чем было сравнивать. Неудивительно, что Заклятие распространялось как чума, несмотря на презренную репутацию своего создателя.

«Что же произошло потом?»

Ананке немного помедлила перед ответом.

«Жрецы Заклятия Кошмара способствовали его распространению, всячески стараясь наделить его дарами новых носителей. Именно тогда… мои предшественники вошли в Гробницу Ариэля. Мы так и не узнали, что произошло после нашего ухода. Война, видимо, стала ещё более жестокой, и ни одна из сторон не вышла победителем. Вместо этого все были уничтожены. Даже боги погибли».

Она колебалась.

«…Я слышала, что после того, как умолкли голоса богов, появились новые Посторонние. Возможно, они принесли новости в гробницу Ариэля. Но к тому времени мы уже были загнаны далеко вверх по течению, поэтому мы так и не встретили их».

В голосе старухи послышалась тоска:

«К этому времени большинство из них, должно быть, уже было поглощено Осквернением. Милорд… возможно, вы сможете узнать больше, если поговорите с Сумраком из Падшей Благодати. В конце концов, она одна из сивилл. Она должна знать больше, чем такая изгнанница, как я…»

Санни некоторое время молчал, размышляя…

Ему было о чём подумать.

Хотя глаза Неф были закрыты, он видел, что она тоже задумалась. История Царства Снов, о которой они раньше могли только догадываться, раскрылась перед ними с поразительной ясностью.

Разумеется, Ананке сама не была свидетелем всех этих событий. Но те истории, которые она рассказывала, были получены от людей, которые действительно были свидетелями.

«Неудивительно…»

Неудивительно, что Мордрет сказал ему, что знания и опыт, которые Пробуждённые приносят из своих Кошмаров, пожалуй, важнее, чем сила и Способности, которые они обретают. И что кланы Наследия, особенно те, которыми правили Суверены, очень внимательно следили за тем, каким Семенам бросают вызов их отпрыски.

И Валор, и Сонг, должно быть, накопили огромное количество знаний… однако эти знания были доступны не каждому. Даже Нефис, принятая в великий клан, похоже, ещё не была посвящена в большинство его секретов.

Это было вполне естественно. В конце концов, знание — это источник силы.

…По словам Ткача.

И Анвил не доверил бы ей силу, пока она не доказала бы свою состоятельность.

Через мгновение он повернул голову вправо, где на деревянной палубе всё ещё лежала маска Ананке. Протянув руку, он поднял её и всмотрелся в устрашающее демоническое лицо.

Санни не мог ничего разглядеть в этой маске. Он даже не знал, было ли это Воспоминание или просто кусок резного дерева.

Взглянув на Ананке, он указал на маску и спросил:

«Это Божественное Воспоминание?»

Она несколько мгновений молчала, а затем медленно покачала головой.

«Нет, милорд. Всего лишь Священное… это уменьшенная копия настоящей Маски Ткача. Это часть церемониального облачения, которое мы, жрецы и жрицы Заклятия Кошмара, носим, чтобы скрыться от глаз преследователей и следовать по стопам нашего покровителя, Демона Судьбы. Чем более выдающимся является жрец, тем более высокий ранг Воспоминания он получает».

Ананке со слабой улыбкой посмотрела в сторону.

«Моя мать, от которой я унаследовала это Воспоминание, была одной из немногих, кто получил маску Священного ранга, что было высшей из почестей. Что же касается Божественных Воспоминаний Маски Ткача… я никогда не видела этих реликвий. Их было всего две, и они были доверены лично первым двум, избранным Демоном Судьбы, — Верховному Жрецу и Верховной Жрице Заклятия Кошмара».

Санни ещё раз внимательно изучил поверхность маски. После недолгого молчания он, следуя своей прихоти, спросил:

«А у неё есть зачарование [Где мой глаз?]?»

Ему было интересно, сможет ли Ананке, как Жрица Заклятия, научить его смотреть на гобелен судьбы, не умирая в процессе.

Старуха взглянула на него с удивлённым выражением лица.

«Где мой глаз? Нет… такого нет. Но… если позволите спросить, откуда вы знаете название этого зачарования, милорд? У моего Священного Воспоминания всего два зачарования. Лишь две божественные Маски обладали третьим — и даже так лишь немногие знали о нём».

Санни долго колебался, а затем вздохнул и призвал Маску Ткача. Вскоре в его левой руке появилась устрашающая маска из полированного чёрного дерева, идентичная той, что он держал в правой.

Глаза Ананке слегка расширились.

«М-милорд… это?»

Он кивнул.

«Да. Ах… и прежде чем вы начнёте что-то предполагать, я не жрец Заклятия Кошмара и не избранный Демоном Судьбы. Я просто нашёл эту маску несколько лет назад в забытой богом яме проклятого города. Я натыкался на различные следы Ткача, путешествуя по Царству Снов, так что… наверное, мне любопытно узнать о нём. Или о ней. Или кем бы там ни был этот Ткач».

Санни раздумывал, стоит ли рассказать ей о Кровавом Сплетении и фаланге даймона, которую он проглотил в Башне Чёрного Дерева, но в итоге решил не делать этого. Он не хотел доводить старуху до сердечного приступа или зарождать в её голове странные мысли. Её благоговейное отношение и так было довольно неуютным.

Ананке несколько мгновений молчала, глядя на маску — и на Санни — с тем же благоговением. Затем она тихо вздохнула.

«Милорд… помогло ли вам это Воспоминание в вашем путешествии?»