'Может что-нибудь утром придёт в голову', - раздеваясь, подумал маг и улёгся в кровать, накрываясь с головой одеялом.

Скрипнув железными пружинами, она приняла в свои объятия тело старика. И уже через несколько минут, посапывая, Феофан провалился в глубокий, без сновидений, сон.

В спешке покинув домик садовника, где остался валяться оглушённый Феофан, Эльтурус отправился к своему старому приятелю. Ему надо было немного прийти в себя от произошедшего и услышанного в домике от Феофана и посоветоваться с графом Октавианом, как ему лучше представить Алекса королеве Виктории. Граф был в хороших с ней отношениях, и Виктория часто с ним советовалась в своих делах, внимательно выслушивая его мнения, о какой-нибудь проблеме и наставления, как в таком случае поступить. Он, бывало сутками, пропадал во дворце, забывая всё на свете, лишь бы угодить и уважить королеву, наставляя её на правильные поступки. Хотя Виктория и внимательно выслушивала, что он её советует и предлагает, но всё делала совсем по-другому. Октавиан бесился, глядя на все её выкрутасы и ужасные поступки, которые она совершала, но дружбу с ней не терял. Ведь от этой взаимной связи, он многое имел, в прямом и переносном смысле. Один раз, когда Виктория, выслушав его предложение, поступила в очередной раз по своему, граф вспылил и наговорил королеве всякие гадости, та долго на него злилась и даже хотела казнить прилюдно на центральной площади. Но казначей её королевства Арчибальд и большой приятель графа, отговорил Викторию в этом, убедив её в полезности графа Октавиана. Ведь он был самым богатым человеком в Аросии и очень влиятельным, имея большие связи, как в своём королевстве, так и в других. После этого, граф держал своё мнение при себе и старался во всём ей потакать, боясь остаться без головы.

- Послушай Эльтурус, - налив приятелю вина, заговорил граф Октавиан, - зачем тебе всё это надо?

- Как зачем? - удивлённо посмотрел на приятеля архимаг. - Разве тебе Октавиан не противно смотреть на то, как эта рыжая ..., считающая себя великой королевой, разбазаривает богатства нашего королевства, загоняя бедный народ Аросии в нищету, из которого нет никакого выхода. А её советники, которых она набрала чёрт знает откуда и, присвоив им высший чины и звания, её в этом помогают.

- На кого это ты Эльтурус намекаешь? - посмотрел на архимага граф.

- В их число ты Октавиан не входишь, можешь спать спокойно. Я тебя слишком давно знаю и надеюсь, что не ошибаюсь в тебе, приятель. Хотя, если пораскинуть мозгами и припомнить, ты ведь тоже не графских кровей, а из простого народа. Ведь свой титул, я припоминаю, ты купил за золотые монеты. Хотя Виктория этого конечно не знает, ведь в то время её ещё не было на этом свете.

- Но и ты Эльтурус, как я знаю, не из знатного рода.

- Ты прав мой друг, - бросил архимаг. - Я из небольшого городка под названием Тибург, который находиться на юге Аросии, это в нескольких километрах от границы королевства Гортания. Когда-нибудь слышал о нём?

- Слышал и даже несколько раз бывал там по делам, - бросил граф.

- Мой отец был простым кузнецом, - продолжил Эльтурус, - как и я с двумя моими младшими братьями, но кузнечное дело мне было не по нутру. В двадцать лет я покинул свой дом и отправился на поиски лучшей жизни. Ведь сам понимаешь Октавиан, в том городишке, для меня ничего интересного не светило. Мохнать молотом, я мог в любом большом городе, а там что, грязь по колено и нищета. К семейной жизни я был не приспособлен, а упиваться вечерами, до поросячьего вида, в харчевне вином или пивом не хотел. Плюнув на всё, я ушёл из отцовского дома раз и навсегда, чтобы не видеть всё это и найти себя в чём-то другом, более подходящем для меня. Постранствовав по миру, - взмахнув, продолжил архимаг, - я осел в Горте. Король Людовик доверил мне своего единственного сына Артура, чтобы я учил его жизни и приглядывал за ним, чтобы он ни дай бог, не попал в дурную компанию и не скомпрометировал отца. Ведь сам понимаешь, какие тогда были времена.

- Да, времена тогда были очень непростые, - поддакнул Эльтурусу граф.

- Но судьба отвернулась от меня, - словно не замечая приятеля, продолжил архимаг свои воспоминания, - заставив покинуть на долгие годы Аросию. И вновь мне пришлось странствовать по чужим землям и скрываться от преследования ищеек Карла - нового короля нашего королевства.

- Да, тяжёлое тогда наступило для всех время, - пробурчал себе под нос Октавиан. - Много полегло народу. Каждый день чья-нибудь голова отсоединялась от туловища, падая в корзину. А на центральной площади виселиц было больше, чем деревьев в королевском саду.

- Ты же знаешь граф, что после убийства короля Людовика, Карл приказал найти и доставить во дворец Артура и всех тех, кто был с ним в походе в Бескрайные (мёртвые) земли, чтобы потом уничтожить.

- Но сейчас совсем другое время Эльтурус, - перебил архимага граф Октавиан, - и тебя абсолютно ничего не угрожает. Поверь мне, я-то уж знаю.

- Ты прав приятель, сейчас мне никто не угрожает, а вот нашему славному королевству да. Я несколько дней назад встречался с королевой, и она мне кое-что рассказала по секрету.

- О чём это ты Эльтурус? - выпалил граф и уставился во все глаза на приятеля.

- А ты разве не знаешь, зачем к Виктории прибыл посол из Горрота?

- Ну и зачем же?

- Король Филлит пригрозил нашему королевству войной, если та не согласиться на его предложение, выйти за него замуж и объединиться.

- Нет, ничего подобного я не слышал, - произнёс граф. - Ну и что на это ему ответила королева?

- Пока ничего, да и отвечать-то некому.

- Я тебя не понял? - вытаращил глаза Октавиан.

- Ты разве ещё не в курсе, что посла, который вдобавок ещё и является бастардом Филлита, нашли мёртвым в своей комнате.

- Не может такого быть, - вскрикнул граф и, вскочив на ноги, забегал по кабинету, где он вёл беседу с архимагом. - Я видел его несколько дней назад, он был жив и здоров. Мы с ним перекинулись несколькими словами, сейчас уже и не вспомню, о чём было речь, и разошлись, он выглядел весёлым и жизнерадостным, как никогда.

- Вот именно был, - брякнул Эльтурус, - а несколько дней назад, точно не помню, его убили. Я думаю, ты понимаешь, чем это нам грозит.

- Это война, - тихо выдавил граф, словно опасаясь, что его слова, кто-то подслушает и доложит куда надо.

- Вот именно, - ответил Эльтурус. - Я надеюсь, что ни ты и никто другой этого не хочет. Ведь мы с тобой очень хорошо понимаем, это конец.

- Но, что мы можем сделать и как помешать этому?

- Можем, друг мой и очень многое можем сделать, если ты со всеми своими связями поможешь моей задумке.

- Я что-то не понимаю тебя Эльтурус, к чему ты клонишь? Объясни всё по-нормальному, а не ходи кругами.

Сделав глоток вина, архимаг посмотрел в глаза графа:

- Помоги мне организовать встречу Алекса с Викторией.

- А это ещё кто такой за фрукт, о котором я слышу впервые, хотя в городе я всех знаю по именам?

- Алекс сын Артура и настоящий наследник трона Аросии, - выплюнул архимаг, наблюдая, как поменялся в лице граф.

Услышав такую новость из уст архимага, граф чуть не сел мимо кресла. Он уставился на Эльтуруса, хлопая губами, словно в один миг, позабыв человеческий язык.

- Посадив этого молодого человека на трон, - продолжил, как ни в чём не бывало, Эльтурус, - мы избежим войны с Горротом. Народ королевства ещё не забыл короля Людовика и принца Артура и с удовольствием присягнёт настоящему наследнику королевского рода. Ты сам знаешь, что многие в Аросии ненавидят Викторию, как она уничтожает королевство и его народ. И готовы её сжечь на костре, как последнюю шлюху. А новому королю, они с удовольствием присягнут, если его хорошо подать и представить в лучшем виде.

- Эльтурус, - успокоился граф, - ты разве забыл, что в королевстве не осталось армии, все солдаты разбежались и попрятались по своим домам? Кто, по-твоему, будет защищать Аросию, если Горрот пойдёт на нас войной. Её армия в два счёта уничтожит сопротивляющихся и в течение месяца полностью оккупирует наше королевство. Ты думаешь без золотых монет, которых уже нет в королевской казне, кто-то пойдёт защищать королеву. Не уж выкуси, дураков нет. Они лучше присягнут Филлиту, чем умрут за Викторию. А если понадобиться, то и под венец её проводят, лишь бы самим уцелеть.