- А я и так люблю нашего короля и готов за него в огонь и в воду шагнуть. 'Только не вашего, а своего', - подумал маг.

- Вот и люби, а то поздно будет, когда окажешься у палача, - произнёс капрал и заржал, как конь в стойле. Отсмеявшись, он махнул магу рукой:

- Ну, что уши развесил и хлопаешь ими, как осёл, ступай... Скажи Кнусу, что я тебя прислал!

Тибериус развернулся и тихо вышел из комнаты, держа в руках пропуск.

Поинтересовавшись, как быстрей попасть в кузницу Кнуса у стоявших у ворот казармы мужиков, он быстрым шагом отправился в ту сторону, куда ему показали. Но ни в какую кузницу маг Тибериус, конечно, не пошёл, а, повернув за угол, пошёл к ювелирной лавке, где хозяином был его старый знакомый. Последний раз он его видел десять лет назад, но дорогу к его лавке помнил наизусть. Пропуск у него, и он не боялся, что по дороге его задержат.

Через тридцать минут маг Тибериус вошёл в лавку ювелира.

Нацепив на нос очки с толстыми линзами, за массивным, дубовым столом сидел его старый приятель.

- Вам что-то нужно? - не поднимая головы, спросил он.

- Здравствуй, Индрикус. Ты, как всегда, не замечаешь старых друзей. Нацепил очки, а перед носом ничего не видишь.

Оторвавшись от разглядывания какой-то безделушки, что лежала перед ним на столе, ювелир поднял голову и уставился на вошедшего в его лавку мужика.

- А ты кто такой?

- Протри свои очки, да посмотри ладом, - подходя ближе к столу, произнёс маг.

Уставившись на Тибериуса, Индрикус пару минут вглядывался в него. А когда наконец-то признал, поднялся из-за стола и подошёл к другу.

- Какими ветрами тебя сюда занесло? - протягивая гостю руку для приветствия, поинтересовался ювелир. - Десять лет ни одной весточки, а тут на тебе, сам явился, как горох на голову!

- А ты что, ничего не слышал и не в курсе, что у нас в Аросии творится?

- Да в курсе я, в курсе, что за дела у вас там творятся. А ты что, Карлу не подошёл по рангу или с каким-то посланием к нам прибыл?

- Карлу сейчас не до любезностей и не до посланий в другие королевства. Ему бы удержать свою тощую задницу на троне и не угодить на эшафот.

- Не любишь ты, Тибериус, своего короля, ох, не любишь.

- А за что его любить? - сделал серьёзное лицо маг. - За то, что он самолично убил Людовика и ищет Артура по всему королевству, чтобы и его казнить?

- Ну, ну, это ты лишнего наговариваешь, друг мой. Король Людовик погиб на охоте, об этом все в курсе.

- Да какая к чёрту охота, Индрикус, дураку понятно, с какой стороны дует ветер! Это только для таких, как мы, он был убит кабаном. А на самом деле там совсем другое.

- А ты, каким припёком здесь? - приглашая Тибериуса, чтобы тот присел, спросил хозяин лавки.

- Ты же знаешь, кем я был при Людовике, а последние два года я непосредственно опекал Артура. Так что обратный путь во дворец мне заказан.

- А что ты хочешь от меня?

- Мне нужно на время исчезнуть из поля зрения Карла. А лучшего места, как в Горроте, мне не найти. Здесь он меня искать не будет. Ты поможешь мне?

- А не боишься, что я тебя выдам?

- Если бы боялся, к тебе бы не пришёл, Индрикус. Ты всегда был порядочным человеком и хорошим другом.

- Но ведь прошло столько лет, как мы последний раз виделись с тобой, я мог и измениться в худшую сторону. Ты ведь знаешь, какой король сидит на нашем троне!

- Нет, Индрикус, я знаю тебя не один десяток лет и по мере возможности слежу за новостями из твоего королевства. Если бы ты, как это лучше сказать, скурвился, я бы это знал и к тебе не пришёл.

- Есть у меня надёжное место, - перескакивая с одного разговора на другой, произнёс ювелир, - но оно не в городе. Давай перекусим, а потом потолкуем о делах наших скорбных.

- А я думал, ты уже и не предложишь отобедать, - улыбнулся маг.

- Ну, ну, остряк, - погрозил ювелир магу пальцем, - не зазнавайся, а то выгоню!

Ночью Индрикус вывел Тибериуса за ворота Кронка и, дав ему монет и коня, попрощался с ним.

- Адрес в Эдьбриусе я тебе дал. Там, в моём доме, тебя встретят. Передашь письмо, что я тебе вручил, слуге, он всё устроит в лучшем виде. Как доберёшься, напиши и передай записку, а мне её перешлют через надёжных людей.

Вскочив на коня, Тибериус отправился в Эльбриус, город, расположенный недалеко от границы с королевством древнего народа эльфов, Лунгрия.

С восходом солнца братья-близнецы, Освальд и Ричард, отправились в дорогу. Ведь путь их был не близким и очень опасным: по землям Аросии к границе Гортании, а потом, миновав её, вступить на земли Дании, где правила королева Диана, сестра Людовика и Карла.

Первый день, топая по земле родного королевства, они прошли всего десять километров. Далеко не отдаляясь от подножья Высоких Орлиных гор, они, завидев впереди всадников или пеших, старались побыстрей спрятаться, мало ли что. Ведь по приказу короля Карла, всех, кто был в походе с Артуром или дружили с принцем, ловили и казнили на месте без разбирательства. А попробуй, докажи, что ты не знаком с королевским наследником и не имеешь с ним никаких дел, кто будет разбираться? Есть королевская бумага с твоим портретом, а больше ничего и не требуется. Вот и прятались братья от первого встречного, затаившись и выжидая, когда те проследуют мимо.

В следующие три недели с небольшими остановками в деревнях, что попадались на их пути, братья прошли пятьсот километров и остановились на постоялом дворе.

Заплатив за ночлег и обед, они поднялись в небольшую комнатку, что располагалась под самой крышей.

Через десять минут служанка принесла им поднос с едой. В большой тарелке было жареное мясо с какими-то пряными приправами и кувшин красного вина. От мяса исходил такой аромат, что братья чуть не подавились слюной. Дождавшись, когда служанка покинет их комнатку, они набросились на еду. Пообедав, запивая и от того тающее мясо во рту вином, они завалились спать, чтобы утром опять отправиться в дальнюю дорогу. Но отдохнуть, как они думали, им не пришлось.

Ровно в полночь (они прибыли на постоялый двор уже под вечер) в комнату, где братья отдыхали, ввалились четверо мужиков и, тряся оружием, приказали подняться и следовать за ними.

- По какому праву вы нас задерживаете? - поинтересовался Освальд, протирая кулаками глаза. Но, получив по шее, свалился на пол и замолчал. Ричард не стал затевать в комнатке драку (здесь и вдвоём было трудно развернуться, а с нежданными гостями и тем более), а поднял брата и, тихонько, чтобы не слышали мужики, ему шепнул на ухо:

- Как выйдем на улицу, сразу бей рядом стоящего, а я займусь остальными. - Тот, моргнув глазами, что всё понял, поплёлся на выход.

- Давайте, шевелитесь, - крикнул на них один из четвёрки, видно, старший в их группе, - нам с вами некогда возиться.

Подталкивая братьев в спину кулаками, они вывели их на двор.

- Топайте вон к тому сараю, - показал рукой в сторону невысокой постройки всё тот же мужик и ткнул со всей силы Освальда кулаком в спину.

Старший брат не только устоял от удара на ногах, а резко развернулся и сам нанёс обидчику удар в лицо. Ричард, долго не думая, тоже пустил в ход свои пудовые кулаки.

Первый удар Освальда, раздробив лицевые кости и сломав нос, отправил в нокаут старшего. Тот, ещё не упав на землю, умер.

Следующим претендентом на покойника был невысокий, но коренастый мужик, который стоял рядом с Ричардом. Опустив ему на голову свой кулак, младший братец проломил коротышке череп. Двое оставшихся отпрыгнули в сторону и попытались вынуть сабли, но этого им не дали сделать. Правая нога Ричарда врезалась одному в пах, тот, взвизгнув, как недорезанная свинья, согнулся пополам и тут же получил другой ногой в висок.

Четвёртый, видя такую картину, попытался убежать. Но Освальд в три прыжка догнал его и ногой врезал в спину. Позвоночник хрустнул, и мужик плашмя упал мордой в землю. При этом он ударился о камень (который, как нарочно, валялся на ограде) и раздробил всю голову. Но этот камень был уже лишним. Мужик и так уже был мёртв. И уже через три минуты четвёрка королевских ищеек (а это были именно они) тихо лежали на земле, в луже собственной мочи и крови.