Внезапно комната начала мерцать перед глазами, и я почувствовала, как меня тянет внутрь экрана. Все вокруг стало расплываться, и в следующий миг я оказалась в теле Аи.

Я стояла в небольшой уборной, и холодный камень под ногами напоминал о том, что я снова в подземелье — тесной каморке, вырубленной прямо в скале.

Воздух был пропитан сыростью и плесенью. На грубо обработанных стенах виднелись следы кирки, словно кто-то силился выдолбить из этой темной бездны хотя бы искру жизни. Пол был неровным, покрытым тонким слоем пыли и грязи. Я чувствовала, как эта грязь прилипает к моим ногам, пытаясь удержать меня здесь, в этом заброшенном месте.

От старого умывальника, расположенного в углу, исходил слабый, но резкий запах гнили. Я подошла к нему и, остановившись на мгновение, взглянула в тусклое зеркало, висевшее над раковиной. Оно было почти полностью потемневшим от времени, и, присмотревшись, я увидела свое отражение.

Убедилась: я — Ая. По крайней мере, внешне. На мне было все то же светлое платье, едва прикрывающее колени. Оно казалось чужим, будто принадлежало кому-то другому, а не мне. Впрочем, так оно и было.

Внутри меня разгорался конфликт: кто я — Лиза или Ая? Или обе сразу? Сознание разрывалось между двумя мирами, но тело чувствовало реальность этого места слишком остро, и этот контраст вызывал лишь растерянность.

Внезапно в дверь забарабанили.

— Детка, мы заждались, — низкий голос блондина завораживал. В животе у меня появилось знакомое чувство животного страха и какого-то болезненного сладкого предвкушения. Что ему от меня нужно? Точнее, им.

Быстро оглядевшись еще раз, осознала — вот и конец. Ни окна, ни дверей — кроме той, за которой меня ждут те двое. Появившаяся паника сжала сердце в железных тисках. Я почувствовала, как холодный пот выступает на лбу.

Дверь вновь затряслась под ударами — теперь уже более настойчиво.

— Если ты не хочешь, чтобы мы с Эном вынесли дверь, выходи по-хорошему, — снова светловолосый слегка насмешливо. А Эн — это, видимо, брюнет. Мой разум тщетно искал спасение, но мысли тенями расплывались и исчезали.

— Ты действительно думаешь, что можешь противостоять нам? — опять подал голос блондин. — Мы давно ждали, когда отымеем тебя во всех позах. Будь ты хоть трижды из клана Брумалюксов — в нашей постели от твоего холода ничего не останется.

Смысл последней фразы был не совсем очевиден, но это было неважно. Я попыталась отступить, однако позади оказалась стена. В этот момент я поняла, что слова не спасут меня. Но это не значило, что бороться не стоило.

— Обряд состоится, желаешь ты того или нет, — это уже Эн. Мне не оставили выбора.

— Какой обряд? — вырвалось у меня. Наверное, я хотела услышать приговор, каким бы он ни был.

С той стороны повисло молчание, граничащее с напряжением, и я ощутила, как атмосфера вокруг накалилась до предела. Даже толстая дверь не заглушала зловещую тишину.

— Дурочку не включай. Сегодня мы лишим тебя невинности, и ты станешь нашей. Навсегда, — это, конечно, светловолосый.

К лицу прилила кровь, а сердце забилось быстрее, пытаясь выпрыгнуть из груди. Я отпрянула от двери, как будто она могла меня укусить. В голове метались мысли, они путались, накладывались друг на друга, образуя клубок страха и ярости. Первая ночь — так вот что это значило.

— Этого не будет! — выкрикнула я, но голос звучал слабо. Ноги начали дрожать, и я прижалась спиной к каменной стене, пытаясь найти опору. Себя стало очень жалко. Если Паша тогда пожалел меня, не делал больно, они — нет, не будут.

Тишина. Затем раздался смешок — колкий и холодный. Как воздух вокруг.

— О, ты так мило пытаешься сопротивляться, — произнес блондин с издевкой, и в его голосе слышалось наслаждение от моего страха. — Это только добавляет остроты.

Я глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. В подземелье, в этом мрачном месте, где все было враждебным, мне нужно было отыскать способ выбраться. Но как? Каждый новый удар в дверь выбивал меня из колеи.

— Зачем вам это? — спросила я, пытаясь говорить спокойно, хотя голос все равно дрожал. — Почему именно я?

— Ты не понимаешь, да? — ответил Эн, уже более серьезно. — Это не просто обряд. Это ритуал, которого мы с Эдом ждали много лет. Ты предназначена для нас.

— Стойте! — говорят, в кризисные ситуации мозг генерирует идеи, — Расскажите мне еще раз про обряд. Я хочу, чтобы все было сделано правильно.

Я знала, что это рискованно, но мне необходимо было выиграть время. Возможно, это станет моим единственным шансом избежать того, что они задумали.

Послышался долгий вздох, а затем Эн с иронией произнес:

— Ты правда не в курсе? Слушай, это даже забавно. Мы думали, что наша будущая жена из клана Брумалюкс Северных регионов будет хоть немного осведомлена о своих обязанностях.

— Брумалюкс... — прошептала я. Опять это слово. Я попробовала вспомнить что-то о своем клане, но в голове было пусто.

— Да, «Свет зимы» — кажется, так вас называют? Мы рассчитывали, что у вас там не так все заморожено, чтобы секс не вызывал интереса, — подхватил Эд с фальшивой игривостью. — И если ты не будешь сотрудничать, последствия будут ужасными.

Я замерла. Прозвучало так зловеще, что холодок пробежался по спине. Я хотела возразить что-то, но слова застряли в горле как камень.

— Мы не всегда самостоятельно планируем наши пути, иногда они выбирают нас, — задумчиво проговорил Эн. Эта фраза прожгла меня насквозь, ведь именно так все и произошло.

— Я вас выслушаю, — с сомнением сказала я. — Но только если вы объясните мне все детали. Я должна знать, во что втягиваюсь.

— Другое дело, — в голосе Эда уже не было насмешки. — Мы расскажем тебе все. Но запомни: после этого обряд состоится, с твоим желанием или без него.

Страх и нерешительность все еще сжимали сердце, но не могла же я оставаться сидеть в этой крохотной уборной.

— Хорошо, — я постаралась звучать уверенно. — Я готова.

И снова легкий смешок, но на этот раз он не был ехидным. Это было скорее облегчение, как будто я наконец взяла на себя инициативу.

— Открой дверь, крошка, — с нетерпением сказал Эд.

— Я обещаю, что во время нашего рассказа мы тебя не тронем, — твердо отчеканил Эн. — Ты узнаешь все, чтобы понять свою роль, и почему все это так важно.

Может быть, это было глупо, но я решилась. Подойдя к двери, потянула вправо тяжелый засов и толкнула дверь. Она со скрипом открылась, и я оказалась на пороге той самой комнаты, где впервые встретила Эна и Эда.

На пороге стояли викинги: ни майки на Эде, ни кожанки на Эне. Мускулистые тела, словно скалы, заслонили собой все пространство, а горячие взгляды, полные неистового огня, прожигали насквозь. Я хотела зажмуриться, но не смогла. Меня затянуло в безумный водоворот, пригвоздило к месту, заставило оцепенеть. По телу пробежала дрожь.

В помещении царил полумрак. Искрился тусклый свет факелов, прикрепленных к стенам. Они отбрасывали длинные танцующие тени — те казались призраками, скользящими по комнате. Я сделала шаг вперед, и дверь за мной закрылась с тихим щелчком.

— Добро пожаловать обратно, Ая, — произнес Эн, и в его тоне сквозило что-то новое — уважение? Или, может быть, даже восхищение? — Мы рады, что ты решилась на этот шаг.

— Да, тебе будет полезно узнать побольше перед тем, как мы наконец начнем трахаться, — а это уже Эд.

От его слов к щекам вновь прилила кровь. И, кажется, не только к щекам. Я почувствовала, как стыд переполняет меня, но в то же время не могла отвести взгляд от их уверенных фигур. Они были как изваяния, высеченные из камня.

— Я слушаю, — ответила я, стараясь подавить дрожь и не выдать смятения.

Эд подошел ближе и указал на стулья, расставленные возле увесистого стола.