— Да, ты права, — ответила я, стараясь успокоиться. — Но мне все равно как-то непривычно. Эти карты... очень уж перекликаются с моей ситуацией.

— Может быть, и так, — пожала плечами Вера. — Я читала, что карты помогают увидеть то, что мы сами не замечаем. Это как зеркало, отражающее мысли и чувства.

— Думаешь? — поинтересовалась я, обдумывая ее слова. — Карты могут раскрывать внутренние переживания?

— Абсолютно! — с энтузиазмом произнесла Вера. — Важно не то, что показывают карты, а то, как мы реагируем на их значения. Например, как я поняла, Принцесса Жезлов может говорить о проблемах в отношениях — но, возможно, это способ подсветить, что необходимо разобраться в своих чувствах.

Такая трактовка мне нравилась больше, чем слова о сексуальных комплексах.

— А что насчет Колеса Фортуны? — спросила я, пытаясь понять, как это применимо ко мне. — Я не хочу, чтобы моя жизнь оказалась под влиянием случайностей.

— Понимаю, — проговорила Вера, немного нахмурившись. — Но, может быть, нужно воспринимать это как шанс. Перемены не всегда плохи. Иногда они приводят к чему-то хорошему. Главное — быть готовым к ним.

— Легко сказать, — вздохнула я. — А что, если все станет только хуже? Я уже пережила достаточно странностей в последнее время.

— Слушай, — обратилась ко мне Вера, глядя в глаза. — В этом мире не так много вещей, которые мы можем контролировать. Но мы можем наблюдать и анализировать то, как мы на них реагируем.

Я задумалась. Судя по всему, Вера была права. Вот откуда в ней эта мудрость? Может, попробовать расслабиться и позволить всему идти своим чередом, даже если впереди ждут неожиданные повороты.

— Ну что, бежим на пару? — я встала, но Вера осталась сидеть на месте. — У нас сейчас Сергей Александрович, забыла? Он же двери закрывает на замок, как только пара начинается. Теперь уже перемены ждать. Я сейчас быстро перекушу — и обратно на работу.

Я обреченно рухнула обратно на свой стул. В любом случае, моя голова была занята только картами и их значениями. Может быть, все это и впрямь имело смысл. Или просто совпадения?

Придя домой после занятий, я бросила сумку на диван, налила себе чаю и включила ноутбук, удобно усевшись за кухонным столом. Мои мысли все еще крутились вокруг тех трех карт, которые выбрала для меня Полина.

Открыв браузер, я ввела в поисковую строку «Принцесса Жезлов». Судя по информации из Сети, эта карта относилась к числу придворных, а значит, я могла смело ассоциировать ее с собой. По крайней мере, в данной ситуации. Нельзя сказать, что меня вдохновила эта новость: жертвенность, неуверенность в себе, зажимы — не такой я предпочла бы себя видеть.

— Что читаешь? — я и не заметила, как с работы вернулся Паша.

Паша был инженером. Он только недавно закончил универ, но в эту компании его взяли уже на четвертом курсе. Область профессиональных интересов моего парня была от меня далека: о его работе я знала лишь то, что она как-то связана с электростанциями — на этом познания заканчивались.

Мир Паши всегда казался мне безопасным и предсказуемым, в то время как мой вдруг превратился в калейдоскоп эмоций и неопределенности.

— Да так, смотрю, что пишут про одну карту Таро, — ответила я, закрывая вкладку браузера. — Просто интересно стало, Вера этим немного увлекается.

Почему-то внутренне я напряглась, представив, что Паша прочитает значение карты, да и в целом узнает обо всем, что произошло со мной за последние пару дней. Я не хотела, чтобы он знал о моих сомнениях и страхах, о том, как странно я себя ощущала после встречи с теми двумя викингами.

Паша открыл холодильник и достал бутылку сока.

— Ужинать будешь? — спросил он, совершив большой глоток прямо из банки. Почему раньше я не замечала, что он так делает?

— Наверное, да, — рассеянно ответила я, продолжая думать о картах. Принцесса Жезлов... В этом есть какой-то скрытый смысл? Или это совпадение?

Паша кивнул и ушел в комнату переодеваться. Я тут же снова зашла на вкладку о картах, перейдя к Колесу Фортуны. Сегодня в универе я не разглядела, что на карте, помимо колеса, были изображены звезды — из некоторых вырывались молнии.

Слова Полины о том, что иногда события случаются помимо нашей воли, эхом звучали в моей голове. Может быть, я и вправду проживала некий переломный момент, и эти изменения происходили вне моего контроля.

Я вспомнила, как в детстве верила в магию, в то, что звезды могут предсказывать будущее. Став взрослой, я утратила эту веру. Или мне было страшно открыться чему-то большему, чем я сама.

Также я вычитала про то, что карта часто сулит перемены к лучшему — это меня немного приободрило. Хотя, конечно, те громилы не оставляли надежды на что-то светлое.

И наконец, Вселенная. В описаниях говорилось о предопределенности, линии судьбы — брюнет тогда тоже произнес что-то о судьбе. Я поежилась и вновь почувствовала противоестественное возбуждение от предопределенности и ощущения беспомощности, что мне удалось испытать тогда, прижимаясь к холодной каменной стене.

Это было странно. С Пашей я никогда не переживала ничего подобного. Наши отношения нельзя было назвать страстными. Я не рассказывала о таком даже Вере, но у нас до сих пор не было полноценного секса. Да, несмотря на то, что мы были парой полтора года и жили вместе.

Наш первый раз не был удачным. Ничего не получилось: мне было слишком больно. Потом мы пробовали еще — и тоже ничего. Ни Паша, ни я не были темпераментными людьми, и попытки постепенно сошли на нет. Отсутствие секса не портило отношения: мы оба в нем просто не нуждались.

Так мне казалось раньше.

Но теперь, обращаясь к тому дню в подземелье, я понимала, что во мне что-то изменилось. Напряжение, которое я испытала, было совершенно новым и незнакомым чувством. Оно будило во мне нечто, что прежде оставалось дремлющим, спрятанным глубоко внутри. Я осознавала, что страсть, которую я ощутила тогда, была настоящей, живой, пугающей своей силой.

...Вспомнилось, как однажды вечером, лежа рядом с Пашей в постели, я попыталась заговорить об этом — нашей ситуации с интимом. Хотела поделиться сомнениями, спросить его, чувствует ли он то же самое. Но слова застревали у меня в горле, и в итоге я промолчала. Паша обнял меня, и мы уснули, как обычно, не сказав друг другу ничего важного.

О чем я только думаю! Это же Паша, мой Паша. В памяти всплыла новогодняя вечеринка, на которой мы познакомились. Разгоряченная, я вышла на балкон, а он выскользнул следом. Паша молчал, я тоже. А потом мы танцевали без музыки, и я совсем не ощущала холода.

Каждый день он приезжал ко мне для того, чтобы увидеться хотя бы ненадолго — тогда я еще жила с родителями. Провожал до подъезда, и мы подолгу обнимались, не в силах расцепить рук. Ему не хотелось меня отпускать, даже когда приходило время возвращаться домой.

А еще день, когда мы решили устроить пикник на набережной. Разложили покрывало, принесли с собой бутерброды и термос с горячим барбарисовым чаем. Уже сгущались летние сумерки. Я смеялась, когда Паша пытался разжечь огонь маленькой свечи, а ветер то и дело гасил ее. Он смеялся, когда я сказала, что в следующей жизни хочу быть кошкой, а он пусть тогда будет моим хозяином, чтобы всегда заботиться обо мне.

Мои мысли окончательно спутались. Наверное, еще и поэтому я так желала понять, что случилось тогда и происходит сейчас. И вот почему Принцесса Жезлов так болезненно отозвалась во мне.

Я откинулась на спинку стула, пытаясь собраться и не отводя взгляд от Вселенной. Я рассмотрела карту подробно: обнаженная девушка танцевала со змеей. Их танец завораживал и почему-то заставлял покрыться мурашками. Мне резко захотелось пить, и я облизнула пересохшие губы, вспомнив о соке из холодильника.

Чем дольше я вглядывалась в карту, тем сильнее ощущала, что она пытается передать мне какое-то ценное послание. Возможно, это было связано с моим недавним опытом, когда я осознала себя частью мира, выходящего за рамки моего понимания. И еще это предупреждение о предстоящих глобальных изменениях. А может, я вообще все сама себе придумала?