— Понятия не имею, — призналась я. — Но мне нужно больше разузнать о подземелье. Я — часть их мира, и не хочу оставаться в неведении.

Елена Ивановна в который раз зыркнула на нас, и я дала Вере знак, что продолжить лучше уже после пары.

Выйдя в коридор, Вера тут же вернулась к прерванному разговору.

— В общем, ты до сих пор не до конца понимаешь, как устроена эта Трайда, — сказала Вера, — попробуй в следующий раз разведать все. Ты там еще окажешься, судя по всему. Да, кстати, а Паша что думает об этом?

Я глубоко вздохнула, осознавая, что вот-вот открою Вере нечто большее, чем признание о своих страхах и переживаниях. Это было не просто о подземелье, викингах и драконах — но касалось настоящего, моей жизни с Пашей.

— Паша ничего не знает об этом, — произнесла я, стараясь звучать спокойно, — я не могу ему сказать.

Мы прислонились к деревянным панелям стены корпуса, я наблюдала за снующими студентами. Они болтали о парах, зачетах, прогулах, отработках. Всего несколько дней назад и я была такой же беззаботной. Я не решалась прямо взглянуть на Веру — мне почему-то стало не по себе.

Вера прищурилась, изучая меня.

— Почему? — спросила она, поднимая бровь. — Это же важно. Он должен представлять, через что ты проходишь.

— Я не хочу его пугать, — нервно ответила я. — Паша воспринимает мир иначе. Я не уверена, что он поймет.

Вера тяжело вздохнула.

— Лиз, он твой парень. Вы вместе уже полтора года. Разве ты не доверяешь ему?

Я отвела глаза, не в силах встретиться с ее проницательным взглядом.

— А что, если он решит, что я сошла с ума? Что такое вообще возможно? Это же бред, — произнесла я.

— Но он в курсе, что ты увлекаешься эзотерикой, — напомнила Вера. — Может, попробовать обсудить это с ним?

— Вряд ли я смогу, — пробормотала я. — Это ужасно сложно. У меня пока не получилось разобраться в своих чувствах, а добавлять к этому еще и его реакцию... Я просто не готова.

Вера молча покачала головой. Она была права. Но с Эном и Эдом я испытала то, что не испытывала никогда. Объяснить такое Паше? Нет, это было совершенно невозможно.

Мы с Верой направились к выходу, но меня остановил Влад. Широкая улыбка на его лице напомнила мне о том, что я не могу оставаться только во вселенной Эда и Эна. Мне нужно вернуться к своей жизни.

— Ну что, Пошехонцева, — Влад, как всегда, был полон энергии. — Надо перетереть пару моментов. Ты готова к работе над проектом?

Я кивнула, но внутри меня царил хаос. Я чувствовала себя разорванной между двумя мирами и не знала, смогу ли когда-либо примирить их.

— Думаю, мы не разобрали еще кое-какие детали, — Влад хитро прищурился, в упор глядя на меня.

— Да? А мне казалось, что все понятно, — рассеянно сказала я, пытаясь отвлечься и сосредоточиться на проекте. Мой разум был заполнен образами Эда и Эна.

Однако от моего внимания не ускользнуло, как девушки, проходя мимо, бросают на Влада заинтересованные взгляды.

Одногруппник, похоже, заметил, что я отвлекаюсь, и его голос стал более настойчивым.

— Давай я дойду с тобой до перекрестка, заодно успеем обсудить, — кинул он, направляясь к двери, — это недолго. Я поспешно застегнула куртку, которую уже взяла в гардеробе.

Мы вышли на улицу, и ледяной воздух моментально обдал меня. Я глубоко вдохнула, стараясь прогнать мысли о викингах и драконах. Но стоило мне закрыть глаза, как передо мной вновь и вновь возникали сцены из подземелья.

— Мы ведь не определились с целевой аудиторией журнала, — продолжил Влад. — Понимаешь, это необходимо для того, чтобы правильно подобрать контент и рубрики.

Я кивнула, пытаясь вернуть себя к обсуждению, но сообразила, что из-за огромной куртки Владу не видно этих движений, к тому же он смотрел вперед, а не на меня.

— Да, конечно. Это имеет смысл. Но я думала, что мы можем исследовать эту тему позже.

— Не совсем так, — возразил Влад, повернувшись ко мне. — Если мы не определим, для кого пишем, то рискуем потерять фокус. Нужно понять, кто наши читатели: студенты, профессионалы или широкая публика?

— Эм... наверное, широкая публика?

Я слушала его, но фантазии об Эде с Эном все равно не покидали меня. Я почувствовала, как внутри меня нарастает знакомое напряжение.

— Лиза, ты в порядке? — голос Влада приобрел мягкость. Это было так внезапно.

— Да, просто... много мыслей, — ответила я, пытаясь придать своему голосу уверенность. Однако стресс и его заботливый вопрос дали о себе знать, и я неожиданно даже для самой себя всхлипнула.

— Эй, ты чего? — Влад резко остановился и развернул меня к себе.

Сквозь влагу на глазах я увидела, какой он все-таки красивый — как картина в галерее. Любоваться нельзя трогать: каждый сам поставит запятую, моя была очевидна. Я никогда не думала о Владе как о своем потенциальном парне — меня не притягивали красавчики. Впрочем, не отметить его притягательность я не могла.

Влад внимательно посмотрел на меня, дотронулся голыми пальцами — в декабре-то — моих щек, оставляя на них влажные разводы. От неожиданности я замерла, уставившись на него, не в силах вымолвить ни слова.

— Да брось, Пошехонцева, нечего из-за такой мелочи волноваться, — Влад снова стал самим собой, убрав руки в карманы. — Широкая публика так широкая публика. Остальное в инете перетрем. Адьес.

Влад завернул к парковке, а я отправилась домой. Открыв дверь, я наткнулась на Пашу: он стоял в кухонном проеме, прислонившись к косяку. Молча наблюдал, как я разуваюсь, отправляю куртку в шкаф и мою руки.

— Что за парень гладил тебя по лицу? — невозмутимо поинтересовался он, как только я вышла из ванной.

По спине пробежал холодок. Проклятье, как он мог об этом узнать? Неужели как раз возвращался с работы? Не то чтобы я собиралась что-то скрывать, просто со стороны ситуация могла выглядеть неоднозначной.

— Я видел вас из окна автобуса, — будто прочитав мысли, подтвердил мои догадки Паша.

— Это просто Влад, одногруппник, — произнесла я. — Мы обсуждали проект для пары. Он — мой напарник.

— Проект, значит? — Паша шагнул ближе, его выражение лица оставалось спокойным, но в глазах читалась настороженность. — Поэтому он тебя так интимно касался? Тебе не кажется, что это как-то странно?

Опасение, что Паша неправильно понял произошедшее, заставило меня нервничать.

— Это было дружеское прикосновение. Мы с Владом просто работаем вместе, — рискнула объяснить я, но слова прозвучали слабо и неубедительно.

Паша скрестил руки на груди, его брови нахмурились.

— Мне не нравится это. Тебе следует сменить напарника, — отчеканил он, но в его бесстрастном голосе все-таки проскользнула нотка ревности. — Почему, кстати, не Вера?

— Паша, это всего лишь проект! — воскликнула я. — Вера редко посещает универ, ты же знаешь.

Слова Паши побудили меня задуматься. Я не хотела, чтобы он чувствовал себя неуверенно из-за других мужчин, особенно учитывая, что я и сама перестала понимать собственные чувства. В последнее время Влада действительно стало как-то много в моей жизни. Однако ирония была в том, что если Паше и стоило переживать, то вовсе не из-за Влада.

— Влад — просто одногруппник, — произнесла я, стараясь говорить спокойно.

Паша посмотрел на меня с недоверием, но я видела, что он начинает успокаиваться. Я сделала шаг к нему, положила руку ему на плечо и попыталась улыбнуться, хотя во мне все еще бушевали эмоции.

— Ты не должен волноваться. Я не собираюсь изменять тебе или что-то в этом роде. Ты для меня важен, — слова дались мне непросто. — Просто иногда люди ведут себя не так, как нам бы хотелось.

Паша кивнул — по природе он все же не был особенно ревнив. Однако в его взгляде все еще таилось беспокойство.

— Ладно, — произнес он, — просто будь осторожна.

Звонок Веры нарушил тишину, и я вздрогнула, оторвавшись от размышлений. Паша все еще оставался в проеме кухни, и я знала, что разговор с подругой только усложнит ситуацию. Но не брать трубку было бы глупо.