– Ключ. – Маша сама услышала в своём голосе такую гордость, будто не в архиве провела несколько часов, а лично откопала его под университетом.

– Вот это уже разговор, – одобрительно присвистнула Ступина.

Радость, однако, продержалась недолго. Ключ действительно существовал, но выдать его студентке по запросу архивариус не мог. Теперь после занятий вся компания посвящённых в лице Софьи Маратовны, Татьяны Александровны, Лёши, Вари, Аллы и Маши собралась в пустой аудитории.

– А Софья Маратовна не может запросить ключ? – задумчиво нахмурилась Варвара.

– Нет. Я преподаватель фольклора, а не реставрации.

– А если просто сказать правду? – попробовал предложить свой подход Лёша.

– Какую именно? – со смешком уточнила Татьяна Александровна. – Алексей, вы сообразительный парнишка, не портите моё мнение о вас…

Попов открыл рот, но ничего не ответил. Повисла пауза. Софья Маратовна сидела на краю преподавательского стола, положив ладони на набалдашник трости. Татьяна Александровна ходила вдоль окон, время от времени останавливаясь и выглядывая во двор. Варя устроилась на первой парте, поджав под себя одну ногу. Лёша занял соседний стул и то и дело чесал затылок, словно пытался вытащить из головы удачную идею. Алла сидела чуть поодаль, обхватив руками кружку с уже остывшим чаем.

Баюн привычно расположился на подоконнике. Он свернулся в идеальный круг и всем своим видом демонстрировал, что человеческие проблемы его совершенно не интересуют. Только кончик хвоста иногда нервно подрагивал.

– Тогда проберёмся ночью, – снова объявил парень.

– Нет, – одновременно сказали Софья и Маша.

– Почему?

– Потому что это музей, – ответила Краснова. – Там охрана, камеры, сигнализация… И это вообще-то почти для всех нас потенциальное место работы.

Закончив фразу, она вдруг замерла и её глаза расширились.

– Точно.

– Что «точно»? – спросила Алла.

– Я же там работаю. У меня есть пропуск, я знаю сотрудников, меня постоянно видят в реставрационных помещениях. Если я приду вечером, это не будет выглядеть подозрительно.

– Будет, если ты полезешь в хранилище, – заметила Варя.

– Я и не полезу… У всех на глазах. – Идея уже разрасталась у неё в голове, цепляясь то за одну возможность, то за другую.

– Нам всё равно нужен ещё человек, который знает музей изнутри, – сказала Татьяна Александровна. – Не просто студент, а тот, кто давно там работает. Для поддержки, отвода глаз…

Маша уже знала, что сейчас прозвучит и опередила старушку:

– Вороновы.

– Вороновы, – подтвердила Ступина.

***

После занятий Ваня нашёл её у лестницы.

– Ну?

– Отказали. – Маша с первого взгляда поняла, что он уже знает про архив. – Даже официального запроса недостаточно.

Куратор прислонился плечом к стене.

– Значит, придумаем что-то ещё. В конце концов, для автомата можно и другой реферат подготовить.

– Ты так спокойно это говоришь.

– А что мне ещё делать? – Он улыбнулся. – Могу предложить кофе. Это обычно помогает.

– Мне сейчас не поможет.

– Тогда два кофе.

Маша хихикнула. Ваня посмотрел на неё внимательнее.

– Ты переживаешь.

– Я не люблю, когда у меня ничего не получается.

– У тебя получается. – Он протянул руку и слегка коснулся её пальцев. – Ты же не собираешься бросать?

Она покачала головой.

– Нет.

– Тогда всё нормально.

Раздался звонок, и несколько секунд они просто стояли посреди пустеющего коридора. Маша вдруг подумала, что ещё совсем недавно такие моменты казались ей невозможными, а теперь Ваня совершенно естественно стоял рядом и держал её за руку.

– Мне надо идти, – тихо сказала она.

– Знаю. – Он не отпустил её сразу, притянув к себе и легко коснувшись губами виска. – Найди, пожалуйста, время на отдых.

Ваня ещё раз чмокнул её в лоб и скрылся в длинном коридоре.

К вечеру Маша попыталась очистить голову от мыслей, и расположилась в библиотеке.

Она сидела за рабочим столом и перебирала распечатанные научные статьи, когда дверь открылась. Егор пришёл с двумя стаканчиками кофе.

– Я подумал, что это понадобится.

– Как тебя вообще сюда с ними пустили?

– Харизма. – Воронов поставил один стаканчик перед ней и сел напротив. – К тому же ты мне обещала найти время.

Маша состроила виноватую моську, а Егор усмехнулся.

– Ты выглядишь так, будто собираешься съесть эту статью.

– Она заслужила.

– Жестоко. Откладывай её, у меня кое-что поинтереснее. – Парень достал из рюкзака тонкую папку. На стол легла схема музея.

– Сегодня вечером в хранилище будет только дежурный охранник. Остальные уйдут около шести.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что я там третий год работаю. – Он ткнул пальцем в схему. – Вот здесь реставрационные помещения. Отсюда можно попасть в старый коридор. Камера стоит у главного входа, но дальше их нет.

– Ты уже всё придумал?

– Почти.

Он развернул ещё один лист.

– Здесь старый эвакуационный проход. Его давно не используют, но дверь из реставрационного блока открывается.

Маша внимательно изучила схему.

– А если там сигнализация?

– Должна быть.

– Но?

– Не работает, как и по всему музею, на самом деле, – пожал плечами парень и приложил указательный палец к губам. – Только тс-с-с.

– Напоминаю тебе, что за такие знания людей иногда увольняют.

– Краснова, – Егор улыбнулся, – мы вообще-то в одной лодке.

– А лодка тонет, – невесело заключила Маша.

Воронов распрощался с Машей до вечера, и она отправилась в музей, чтобы не вызвать подозрений своим поздним приходом туда. Только девушка скрылась в дверях, телефон Егора зазвонил. Парень посмотрел на экран и нахмурился.

– Златогорский.

Возникший из ниоткуда Артём сразу перестал улыбаться.

– Отвечай.

– Да, Константин Сергеевич.

– Где вы? – Голос на другом конце звучал устало.

– В университете.

– А Маша?

Егор переглянулся с братом.

– Ушла в музей.

– Она продолжает искать ключ?

– Да.

– Слушайте внимательно. – В голосе Златогорского больше не было обычной спокойной уверенности. – Я хочу, чтобы вы сегодня не дали ей попасть в фондохранилище.

Егор нахмурился.

– Но вчера вы сказали помогать ей.

– Я передумал.

Воронов больше не успел ничего спросить. Связь оборвалась, Златогорский явно был не в духе. Парень медленно опустил телефон.

– И что это за приколы? – хмыкнул Артём, потирая лоб.

– Не знаю…

– Ладно. Значит, не дадим ей попасть туда.

– Ты уверен? – уточнил брат, которому не очень нравилась эта затея.

Артём посмотрел на него с недоумением.

– В чём?

– В том, что надо ей мешать.

– Константин Сергеевич сказал.

– Я слышал.

– Тогда что ещё?

Егор ничего не ответил. Он снова посмотрел на схему. Ему почему-то совсем не хотелось становиться человеком, который играет против Маши.

***

К шести часам музей начал пустеть. Сотрудники прощались в гардеробе, звенели ключами, закрывались двери кабинетов. Где-то наверху разговаривали два экскурсовода.

– Маша, ты ещё здесь? – спросил Дима, заглянув в реставрационную.

– Да. – Она указала на лежащую перед ней фотографию. – Работаю.

– Постарайся так не задерживаться, – нахмурился коллега. – Я тогда оставлю ключи от мастерской тут?

Маша проводила его взглядом. Врать становилось всё привычнее и от этого было только хуже. Через пять минут на пороге появилась тень.

Егор осторожно выглянул из-за угла, осмотрел коридор и вошёл.

– Одна?

– Да.

– Тогда идём.

Они прошли через реставрационные помещения. За большими окнами уже стемнело, но Егор двигался уверенно, не включая верхний свет. Он провёл Машу в неприметную дверь за шкафом с реагентами.

– Сюда.

Маша посмотрела на проход.

– И ты правда всё это время знал, что она здесь?