Легион снёс их очень быстро. Я подошёл к возвышению и посмотрел на Книгу снизу вверх. В пространственное кольцо она не влезала. В теневой карман, даже королевский, не влезала тем более, энергия была не та. Носить её по-хорошему было не в чем, по-плохому оставался один способ, и я им воспользовался: закинул в себя всё, что ещё оставалось в резерве после Зова, часть сил поднял из Океана Душ, и взялся за Книгу обеими руками.

Она весила, сука, как целый мир! И это нифига не аналогия! Я держал в руках что-то, у чего есть собственная МЕРА тяжести. Я кряхтел, матерился громко и с чувством, а легионеры одобрительно ржали, слушая как командир ругается на книгу. Я упирался ногами в каменное возвышение и тянул. Муравей, который тащит камень. Со стороны это, наверное, выглядело именно так, и Волгомир, стоявший рядом, изо всех сил делал вид, что смотрит мимо меня.

Наконец, Книга сорвалась с постамента, и по Равномерной прошёл вой, от края до края, по всем каналам сразу, по всем Мирам, по всем дорогам, по теневым тропам. Хроника поняла, что у неё прямо сейчас вырывают сердце, и орала как потерпевшая.

Я стоял, держал Книгу на руках, чуть ли не обсираясь от её тяжести, и меня, несмотря на всё, что происходило с моим телом, разбирал смех.

— Слышишь⁈ — крикнул я в потолок, потому что орать надо было куда-то, а она была везде. — Я так и не понял, кто у вас первый, бабка или Книга! Но Книгу я у тебя забираю! Моей дочери нужно расти и развиваться!

Ассе я обещал притащить новую книжку. Асса тогда агукала и требовала Хронику. Слово Охотника, между прочим, нерушимо.

— Афанасий, — сказал я по связи. — Обратно к Тронному Миру. Бегом!

Крепость оторвалась от последней плантации и появилась над горой раньше, чем я успел договорить, Хранитель, оказывается, тоже умеет торопиться, когда захочет. Легион пошёл наверх колоннами, тем же порядком, каким входил, и Волгомир последним, как положено Ратнику. Книгу я отгрузил первой, а сам задержался, потому что посреди зала, там, где только что лежали последние Хранители, открывался портал. Медленно, как всегда у неё бывает, тяжело открылась новая дверь, и в проёме, ещё не войдя, уже стояла Хроника. Без войска она смотрелась иначе, и я удивился, она была испугана. Серая, мудрая бабка при Книге, которая столько раз орала на меня из-за спин своих тварей, сейчас стояла в проёме собственной двери и боялась не меня, а пустого зала.

Я поднял руку и показал ей то, что показывают в таких случаях все нормальные люди, независимо от Вселенной, а именно оттопыренный средний палец. Расхохотавшись, с этим жестом я шагнул в Тень, обратно на Крепость, к своему Легиону и к Книге, которую мне ещё предстояло довезти до моей доченьки.

А вслед, из пустого зала, из проёма, из всех каналов сразу, ударил такой вопль, что Афанасий на площадке управления невольно вздрогнул.

— ВЕРНИ МОЮ КНИГУ, ПАДЛА!!!

Первая Крепость Охотников

Купер подтянул кресло поближе к ковру и сел, не выпуская детей из виду. На рукаве у него засохла каша. Когда её успели туда намазать, он уже не помнил, зато прекрасно знал, что только стоит отвернуться к умывальнику, как в зале обязательно что-нибудь произойдёт.

Братья над ним издевались. Пока доказать это не получалось, но с каждым днём его подозрения крепли. Особенно после встреч с Дэном, который неизменно интересовался, хорошо ли ему здесь живётся, и никогда не задерживался настолько, чтобы получить в руки ребёнка.

Отец тоже был хорош. Нашёл кому доверить младших и теперь наверняка совершенно спокоен. Сражается где-то, добывает трофеи, а Купер за последнее время даже ни разу толком.

— Меч не трогайте, поранитесь! — заорал он, вскакивая с кресла.

Младший/старший брат Антон сидел возле дивана и держал клинок поперёк колен. Одной рукой за рукоять, другой прямо за лезвие. Пока Купер добирался до него, мальчишка нахмурился, потянул руки в разные стороны и сломал меч надвое. Хрустнуло так, что Охотник едва не выругался матом.

Ребёнок с интересом посмотрел на обломки, затем поднял глаза на старшего брата и протянул ему половину с рукоятью.

— Ах да… точно, — пробормотал Купер, принимая железку. — Кому я это говорю.

Вторую половину пришлось забирать отдельно. Малыш уже решил, что ею удобно ковырять древний мрамор на полу, и очень удивился, когда полезную вещь тоже отняли.

— Покажи свою руку, — попросил Купер, убрав обломки подальше.

Пальцы ему показали без возражений. Ладонь была целой. Он проверил вторую, потом ещё раз осмотрел ребёнка, хотя и сам понимал, что вряд ли Антон Саныч может пострадать в принципе.

На гарде меча болталась лента. Подарок, значит. Кто-то из любящих дядюшек Охотников опять решил порадовать малыша. Замечательные у них в Ордене дяди. Главное, вручить что-нибудь интересное и вовремя уйти, а разбираться с тем, что осталось от подарка, всё равно будет Купер.

Он положил на ковёр деревянного зверя. Младший/средний брат Сан Саныч отвлёкся, взял игрушку и принялся проверять, как у неё гнутся лапы. Гнулись они плохо, поэтому он их просто поджёг и удовлетворённо засмеялся. Купер со вздохом отобрал коня и потушил его из огнетушителя. Расстроенный Саня-младший попытался подморозить старшему брату задницу, но у Купера стоял доспех.

Купер прекрасно понимал, что меч не навредит Антошке, да и Сашка-младший тот ещё демон, однако если вдруг что-то и случится, то крайним будет он, а потому старался отсекать подобные случаи на корню или, даже лучше сказать, возможности.

До кресла он в этот раз всё-таки дошёл. На Охоту бы сейчас! Хоть на несколько часов уйти из Крепости и заняться тем, чему его учили. С кого-нибудь спросить за сожранных людей, принести трофеи, затем вернуться с усталостью, которую можно убрать сном, и не вскакивать, потому что в соседней комнате кто-то подозрительно тихо себя ведёт.

Просьбу о смене он уже высказал Дэну, затем её повторил Первому. Потом снова Дэну, поскольку Первый обещал подумать, а думал, судя по всему, без малейшей спешки.

— Одну хоть Охоту в неделю, — попросил Купер при последней встрече, придерживая дверь плечом. — Подмените меня хоть кто-нибудь. Вас ведь здесь целая Крепость.

— У всех дела, и ты единственный из нас им родной брат, — напомнил Дэн, заглянув мимо него в комнату. — Кстати, хорошо устроились. Это тебе стену разрисовали?

— Тебе тоже разрисуют, — Купер освободил проход. — Заходи, познакомлю тебя с художниками поближе.

Дэн даже заглянул внутрь. Купер уже обрадовался, приготовился закрыть за ним дверь, но хитрый Великий Охотник остался в коридоре.

— У тебя опыт есть, — пояснил тот, положив ему руку на плечо. — Свои дети выросли какие! Гордись!

После этого разговор почему-то опять съехал на его сыновей. Когда Купер вернулся к просьбе, Дэну уже требовалось срочно уходить.

В собственном профессионализме Купер раньше сомневался редко. Здесь же сомнения возникали каждый день. Например, когда выяснялось, что из всех способов остановить плач лучше всего работает его палец, который ребёнок с удовольствием пытается сломать или проклясть. Или когда он уговаривал маленького брата отдать его сапог, который он снял, чтобы немного подремать в кресле, а тот смотрел на него с искренним недоумением. Вещь же ничья. Хозяин снял и поставил возле двери, какие теперь к нему претензии? По ощущениям было, что его понизили в должности. Охотник, прошедший подготовку, теперь нянька на постоянной службе. Можно ещё выдать ему фартук, только прочный, чтобы успевал хотя бы до вечера дожить. При этом заботу о братьях и сёстрах он принял сам. Отец доверил ему семью, и отказаться у Купера даже мысли не возникло.

Семья, до конца привыкнуть к этому слову всё ещё не получалось. Свои дети у него давно были, так что званием отца он никого здесь уже не удивлял. Но теперь по ковру ползали его младшие братья и сёстры. Разница в возрасте была такая, что сам собой выскакивает вопрос, помыли ли они руки, а следом приходится вспоминать, что он вообще-то тоже сын Сандра.