Девочка молчала долго. Потом шмыгнула носом и вытерла его рукавом.

— Правда хочет? — спросила она. — Меня?

— Правда.

— А она… какая?

— Хорошая, — сказал я, и вот тут уже не играл. — Смешная. Страшная иногда. Тебе понравится.

— Я хочу с ней дружить, — сказала девочка и сама удивилась, как это прозвучало. — Правда хочу. Можно?

— Это моя дочь, — сказал я и встал со ступеньки. — И рисковать ею я не стану.

Я не повышал голос. Просто позволил ей увидеть то, что обычно держу при себе. Весь мой Океан поднялся за моей спиной, все, кого я когда-то забрал, все твари, боги и чудовища, вся сила, которую я копил за обе свои жизни, и всё это разом смотрело на неё. За своих детей я порву кого угодно, и сейчас в этом не было ни капли спектакля.

Девочка увидела, попятилась на шаг, упёрлась спиной в алтарь и поверила.

— Клятва души, — сказал я. — Либо так, и я отнесу тебя своей дочке. Либо, мне очень жаль, мелкая, но я тебя уничтожу, чего бы мне это ни стоило.

Она облизала губы, посмотрела на меня, на Книгу за спиной, снова на меня.

— Клянусь, — сказала она. — Не причиню вреда ни ей, ни её братьям, никому из твоей семьи.

Она подумала и добавила:

— И чтобы ты не волновался, никому из тех, кто живёт в Первой Крепости.

Тут меня пробило на смех.

— Слушай, это уже лишнее, — выдавил я сквозь смех. — В Крепости ты вряд ли кому-то навредишь, там такие дяди живут, что ещё неизвестно, кто кому. Тебя, может, ещё на спарринг позовут. Ты же не откажешь? Ассе учиться надо. Не бойся, там весело.

Клятва легла, и я почувствовал, как она сомкнулась в Океане, тяжело и надёжно, как замок на двери. Клятва души, данная в душе Охотника. Если эта мелкая хотя бы помыслит её нарушить, её просто распылит.

— Клятва обоюдная, — сказала девочка, и голос у неё вдруг стал совсем не детским. — Мне нужно, чтобы ты восстановил Равномерную.

Я поперхнулся.

— Чего? Подожди. Я что-то не понимаю. Ты вообще кто такая?

Она засмеялась звонко и по-настоящему.

— Наконец-то спросил.

И рассказала, коротко и по-деловому, как рассказывают старую и давно надоевшую историю. Она то, что осталось от разума Равномерной Вселенной, тех времён, когда Равномерная была ещё обычной, нормальной вселенной. Хроника взяла её силой, отключила всё, что мешало, а потом, по сути, кастрировала. Только вот полностью править у неё так и не вышло. Ключи управления переходят целиком лишь тогда, когда власть отдают добровольно, как когда-то у Скверны, или как сейчас собирается сделать Многомерная со своим Избранным.

Я на мгновение представил Затупка в короне на троне Многомерной Вселенной, с лейкой в лапе, и тут же отогнал эту картинку от греха подальше.

А Хроника, раз уж добровольно ей никто ничего не отдал, сломала и этот разум тоже и заперла его в Книгу.

— А как она вообще умудрилась тебя так расколбасить? — спросил я.

Девочка вздохнула и посмотрела в пол.

— Обманула, — сказала она. — Втёрлась в доверие. Сказала, что будет моей бабушкой. А потом засунула в эту Книгу.

Некоторое время мы помолчали. Мне почему-то очень захотелось вернуться в Равномерную и ещё раз показать той бабке палец.

— Ну и последний вопрос, — сказал я наконец. — Звать-то тебя как?

Девочка посмотрела на меня удивлённо, как на глупого.

— Как это как? Хроника.

— Подожди, — я поднял ладонь. — А эту долбаную сущность тоже зовут Хроника?

— Ну да, — девочка улыбнулась. — Она взяла моё имя.

Я почесал затылок.

— Ладно, — сказал я. — Будешь хорошей Хроникой, а она плохой. Прецедент, между прочим, есть.

— Это кто? — удивилась она.

— Да у меня уже есть Хорошая Скверна и Плохая. Почему бы не быть хорошей и плохой Хронике? — Я подумал и махнул рукой. — Хотя вообще Асса тебе новое имя придумает.

— Чего⁈ — у девочки даже косичка встала дыбом.

Я уже ржал в голос.

— Да не бойся ты, тебе понравится. Хорошая она тебе подружка будет.

Девочка подумала, склонив голову набок, и лицо у неё стало задумчивым и немножко мечтательным.

— Новое имя… — протянула она. — А это интересно.

— Ну что, договорились?

Она протянула руку, грязную, с обкусанными ногтями, и я её пожал. По рукам, значит.

И меня выбросило наружу.

— СУКА!!!

С грохотом огромная Книга рухнула на площадку перед ступенями моей усадьбы, раздробив дорогой мрамор.

— Мало мне роз, теперь ещё из-за плитки объясняться, — тяжело вздохнул я, усаживаясь на скамейке.

— Саша? — большие красивые глаза Лизы сейчас напоминали два маленьких блюдца.

— Затащил всё-таки, — Михаэль тяжело вздохнул и попытался незаметно вытереть с лица пот.

Но я всё заметил, это меня впечатлило. Чтобы величайший Лекарь Многомерной Вселенной вспотел при работе. Такого я не помню примерно… никогда.

— Спасибо, дружище, — с чувством сказал я, хлопнув товарища по руке.

— Не за что. Будешь должен и вообще обращайся, — хмыкнул Михаэль и взгляд его внезапно стал серьёзным. — По краю прошёл. Не делай так больше.

— Но тут как пойдёт! — рассмеялся я от облегчения.

Мне действительно сейчас было легко и свободно. Тело освободилось от неподъёмного груза, ничего не болело и настроение было отличным.

— ДА ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ⁈

Мы с Мишей синхронно повернулись к исполняющей обязанности императрицы Российской. Пока мы тут с Лекарем мило беседовали, Лиза поставила вокруг себя огненный щит, а в обеих руках у неё было по фаерболу, каждый из которых мог разнести небольшой город. Её глаза бегали между хтонической Книгой и нами, и кажется, девушке требовалось объяснение.

— Да всё нормально, Лиза. Успокойся, я с ней договорился, — хмыкнул я.

— Ты её…?

Я вздохнул и начал рассказывать…

Рассказывал я коротко, без подробностей, и где-то на середине почувствовал, как под нами закряхтела земля. Кряхтела вся Земля целиком, тяжело и недовольно, как старый диван под моими рокерами-алкоголиками. Михаэль сидел рядом, ничего особенного не делал, но планета его переварить не могла. Слишком уж он был сильный для неё, как когда-то Дэн, и терпела она его из последних сил.

— Миша, — сказал я. — Всё хорошо, дружище, спасибо тебе огромное. Но тебе пора сваливать.

— Даже чаем не напоишь? — возмутился Михаэль и заржал.

— В другой раз. — Я кивнул на Книгу, которая лежала на расколотом мраморе. — И у меня к тебе задание. Занесёшь книжку Ассе в Первую Крепость.

— Я что, курьер, что ли? — искренне оскорбился величайший Лекарь Многомерной Вселенной.

— А я волшебное слово знаю, — улыбнулся я. — Пожалуйста!

Михаэль покачал головой и снова заржал.

— Ах ты хитрый жук. Ладно. Будешь должен ещё больше.

— Слышь! — возмутился я. — А давай вообще посчитаем, кто кому должен?

Тут мы заржали оба. Лиза смотрела на нас как на двух дураков, и, в общем, была недалека от истины.

— Если мы начнём считать, кто кому должен, — пояснил ей Михаэль, вытирая глаза, — мы тут год просидим, и то не закончим. У нас всё сложно. А «будешь должен» мы друг другу говорим так, на всякий случай. Вдруг Многомерная ведёт учёт, и нам там какие-нибудь плюсики в карму капают.

Лиза кивнула с таким лицом, с каким кивают, когда понимают, что ничего не поняли, но расспрашивать бесполезно.

Михаэль тем временем уже подошёл к Книге и провёл над ней ладонью. Я знал, что он делает: сканирует, причём на совесть.

— Сейчас она ничем не опасна, — сказал он наконец. — Но под твою ответственность.

— Само собой, — ответил я.

— Кстати, — Михаэль выпрямился, и лицо у него стало подозрительно невинным. — Совсем забыл. Ты же мне теперь должен.

— Ну, допустим, — осторожно согласился я.

— У тебя там сын родился. Имя нужно. Я предложить хотел. Михаэль! Отличное имя.

— Иди в жопу, — буркнул я, но не выдержал и заржал.

— Вообще-то, — аккуратно вставила Лиза, — у Галактионовых все имена на «А».

Я почесал затылок и начал загибать пальцы. Антон, Асса, Александр, Артур, Агата… Выходило, что нормальных имён на «А» осталось как-то подозрительно мало.