Я уже не слушал их перебранку, сел прямо на мокрую траву и сжал левую ладонь. Рука заметно дрожала, а голову снова начинало сдавливать знакомой болью.

Система тут же подтвердила то, о чём я и без неё прекрасно догадывался:

[Магическое истощение: значительное.

Активное использование Дара временно не рекомендуется.]

Первым делом проверили людей. Все оказались живы, что после такой переправы уже можно было считать полноценной победой. Ратмир наглотался воды и теперь сидел на траве, кашляя и периодически ругаясь так красочно, что даже Анатолий пару раз уважительно на него посмотрел.

Один из раненых при сильном наклоне второй телеги ударился боком о борт, но серьёзных повреждений, к счастью, не получил. Лошадям тоже повезло, у одной на боку появилась длинная ссадина от оглобли, неприятная, но не мешающая двигаться.

Телегам досталось сильнее: у первой треснул борт, у второй повело одно из креплений, и теперь стало ясно, что до Поречья они дотянут, но потом придётся основательно заняться ремонтом.

Потеряли два мешка — один с каким-то старым зерном, второй с частью хозяйственной мелочёвки. На фоне того, чем могла закончиться переправа, цена получалась практически смешной.

Только убедившись, что люди более-менее пришли в себя, я вернулся к сому. Туша лежала наполовину в воде, чёрная кровь постепенно уходила вниз по течению, поэтому к ней без необходимости никто не подходил. После предыдущего опыта все уже усвоили: заражённых тварей голыми руками лучше не трогать.

Я сосредоточился, и Система выдала короткую информацию:

[Перерождённый речной сом.

Ранг: четвёртый.

Биологическая активность: отсутствует.

Обнаружены доступные магические ресурсы.]

Четвёртый ранг многое объяснял. Неудивительно, что одна заражённая рыба устроила нам столько неприятностей. По моему приказу Анатолий с Виктором вернулись к туже и с большим трудом вспороли брюхо, положенную награду всё же надо забрать. Я подошёл ближе и наблюдал за процессом.

Осколков в туше оказалось три:

[Осколок Воды — третий ранг.

Осколок Жизни — третий ранг.

Осколок Земли — третий ранг.]

Я бережно сложил их в мешочек и уже собирался заканчивать с неприятной процедурой, когда нож Виктора возле основания черепа наткнулся на что-то твёрдое. Сначала решил, что кость, но форма была неправильной.

Пришлось расширить разрез, после чего из тканей удалось извлечь красный кристалл, он совершенно не походил на обычный осколок Огня. Крупнее, почти с грецкий орех, с неправильными гранями, а внутри медленно пульсировал тёмно-багровый свет. Стоило взять находку в ладонь, как по коже разлилось ощутимое тепло.

Я привычно обратился к Системе. Ответ появился быстро, но впервые за всё время оказался практически бесполезным:

[Объект не идентифицирован. Данные отсутствуют.]

Я нахмурился и мысленно уточнил:

«Состав? Свойства? Уровень опасности?»

Ответ не изменился:

[Данные отсутствуют.]

Вот это уже было действительно интересно. До сих пор я привык считать, что Система если и не хочет что-то сообщать, то хотя бы понимает, с чем имеет дело. Здесь же она прямо признавала отсутствие данных.

— Что нашёл? — спросил подошедший Мирослав.

Я показал ему кристалл. Реакция старика оказалась мгновенной: усталость с лица никуда не исчезла, но взгляд сразу стал цепким и внимательным.

— Дай посмотреть.

Я протянул находку, но Мирослав прежде достал из сумки кусок ткани и только через него взял кристалл, долго рассматривал, повернул к свету. Поднёс почти к самым глазам.

— Знаете, что это? — спросил я.

— Точно — нет, — неожиданно честно признался старик.

— Но видели похожее?

Мирослав ненадолго задумался.

— Похожие находки встречал. Очень давно.

— Где?

Он недовольно покосился на меня.

— Сейчас опять начнётся?

— Обязательно. Вы уже должны были привыкнуть.

Мирослав тихо фыркнул, но кристалл продолжал рассматривать.

— Иногда такие образования находят внутри особенно сильно изменённых тварей. Это не обычный осколок, по крайней мере, не такой, какие вы видели до сих пор.

— Тогда что?

— Если бы знал точно, сказал бы, — неохотно ответил он и вернул мне свёрток. — Пока никому не показывайте и отдельно держите.

— Почему?

Мирослав оглянулся на бойцов. Большинство было занято телегами и на нас внимания не обращало.

— Потому что мы понятия не имеем, что это такое, — тихо ответил старик. — По-моему, для осторожности этого уже достаточно.

— Оно опасно?

— Возможно опасно, возможно полезно.

— Очень информативно.

Мирослав усмехнулся.

— Другого ответа пока нет. Есть старые истории, что подобные вещи иногда появлялись там, где Мицелий слишком долго взаимодействовал с чем-то гораздо более древним.

Я посмотрел на лежащий в ладони свёрток. Экспериментировать с предметом, который неизвестен даже Системе, определённо было плохой идеей, по крайней мере, пока. Я спрятал кристалл отдельно от обычных осколков. Ещё одна загадка в мою быстро растущую коллекцию.

Пока мы возились с тушей, люди окончательно вытянули телеги на сухое место и привели себя в относительный порядок. Кто-то выжимал насквозь промокшую одежду, кто-то проверял оружие, Степан с Ратмиром занимались лошадьми, а Анатолий сидел возле повреждённого борта и с очень умным видом изучал трещину. Заметив меня, он поднялся.

— Ну что, ваше сиятельство, могу теперь официально заявить: рыбный день удался на славу. Правда, жалко, что мясо у такой туши несъедобное, а то неделю всю деревню кормить можно было бы.

— Может ты первый попробуешь? — поинтересовался я, кивнув на мёртвого сома.

Анатолий посмотрел сначала на тёмную тушу, потом на чёрную воду вокруг неё и медленно покачал головой.

— Я, пожалуй, проявлю благородство и уступлю свою порцию кому-нибудь другому.

— Тогда вопрос закрыт.

Виктор подошёл следом, на ходу выливая воду из сапога.

— Первый разумный поступок Анатолия за сегодняшний день.

— Между прочим, люди жизнью рисковали и теперь имеют полное право хорошо поесть, — возмутился рыжий десятник. — Это основа боевого духа.

Мирослав, оказавшийся рядом, недовольно покачал головой.

— Основа боевого духа — дисциплина.

Анатолий посмотрел на худого старика и тут же нашёлся с ответом:

— Вот потому вы, маги, такие худые. Всё дисциплина да дисциплина, а про нормальную еду забываете.

Мирослав медленно повернул к нему голову.

— Ты видел меня через час после того, как я чуть не умер от истощения.

— Вот! — победно поднял палец Анатолий. — Я именно об этом и говорю. Кушать лучше надо было.

По отряду прокатился смех. Даже Мирослав на несколько мгновений растерялся, явно не сразу придумав достойный ответ.

Я отошёл ближе к воде и посмотрел на Свежку. Река снова выглядела практически обычной. Течение спокойно бежало между камнями, над водой появились первые насекомые, а если не обращать внимания на огромную мёртвую тушу на отмели, разбитую лодку, повреждённые телеги и кровь, можно было бы решить, что ничего особенного здесь вообще не произошло.

Я достал из-за пазухи свёрток с неизвестным кристаллом. Даже через ткань от него исходило слабое тепло, причём не постоянное, а словно пульсирующее.

Снова мысленно обратился к Системе, ответ остался прежним:

[Объект не идентифицирован. Данные отсутствуют.]

Я убрал находку обратно и повернулся к отряду.

— Пять минут на отдых, после чего выдвигаемся домой. Проверить упряжь, закрепить груз ещё раз.

— А вечером праздник устроим? — тут же оживился Анатолий.

— Если до Поречья доберёмся без очередного медведя, волчьей стаи, гигантской рыбы или конца света, тогда подумаю, — ответил я.

Рыжий довольно улыбнулся.

— Вот это уже хорошая мотивация, ваше сиятельство.

Я только покачал головой и посмотрел на знакомую дорогу. До Поречья оставалось не так уж далеко, и впервые за весь сегодняшний день мне действительно хотелось, чтобы оставшаяся часть пути оказалась скучной, тихой и совершенно не заслуживающей отдельного рассказа.