— Травник жил? — спросил я.

Степан задумался.

— Вроде да. Имени уже не припомню, не местный был изначально, потом здесь поселился.

Интересно. Я толкнул дверь, она открылась со скрипом. Внутри пахло пылью, но под ней всё ещё угадывались травы. Обстановка вполне обычная — стол, печь, небольшая кровать, несколько полок с банками и книжная полка, вот она-то и заставила меня остановиться. Для обычной деревенской избы книг здесь было подозрительно много, обычно их и вовсе нет. Книг не десятки, штук восемь.

Я подошёл, провёл пальцем по корешкам. Травник, сборник преданий, какие-то заметки о болезнях животных, ещё одна книга о растениях. А одна стояла отдельно, тёмная, без названия на корешке.

Я взял её в руки, открыл. На пожелтевших страницах были нарисованы схемы, круги, линии, странные обозначения. Некоторые изображения выглядели как потоки, сходящиеся к предмету в центре рисунка.

На одной странице я замер. Кристалл или очень похожая на него фигура, от неё расходились несколько концентрических линий. В стороне стояли подписи, сделанные мелким аккуратным почерком. Половину терминов я не понимал, но ассоциация с Камнем Жизни была слишком очевидной.

Я перелистнул ещё страницу. На полях появились пометки, совсем другой почерк, более резкий. Некоторые строки перечёркнуты, что-то дописано поверх. Вот это уже действительно интересно. Я машинально ожидал сообщения Системы, но ничего. Ни названия, ни пояснения, просто книга. И это отчего-то заинтересовало ещё сильнее.

— Всё нормально, ваше сиятельство? — настороженно спросил Степан с порога.

— Более чем, ответил я, закрыл книгу и аккуратно убрал её в сумку. — Все книги забираем.

— Все? — удивился охотник.

— Все.

— А зачем вам столько?

— Затем, что информация весит меньше мешка зерна, а иногда стоит значительно дороже.

Степан почесал затылок.

— Вам виднее.

— Вы читать умеете?

Оба проводника переглянулись.

Ратмир первым покачал головой.

— По складам немного. Имя написать могу.

Степан усмехнулся.

— Я так вообще везде крест ставлю.

Вот ещё одна проблема в список, но это потом, сейчас не до образовательной реформы.

— Ладно. Собирайте книги.

Я оглядел комнату ещё раз. Книги, травы, слишком хороший дом. Хозяин явно был не совсем обычным сельским травником, а значит, вполне мог хранить что-нибудь ещё.

— Не спешите уходить, — остановил я проводников. — Осмотрим дом внимательнее.

Ратмир насторожился.

— А что велите искать?

— Всё, что спрятали специально, — я показал на мебель. — Подвижные доски, пустоты, следы, что что-то часто сдвигали. Камни в печи, которые отличаются от остальных.

Степан сразу понял:

— Тайник.

— Именно, — кивнул я и начал присматриваться к доскам пола.

— А если нет? — спросил Ратмир.

— Тогда потеряем десять минут.

Все принялись за дело. Степан простукивал стены рукоятью ножа, один из бойцов проверял печную кладку, ратмир присел возле кровати и начал прощупывать половицы. Я тем временем осматривал шкаф. Несколько минут ничего, потом Ратмир замер.

— Ваше сиятельство.

Я повернулся, он указывал на доску возле изголовья.

— Эта выше.

Совсем немного, если специально не смотреть, то и не заметишь. Мы отодвинули тяжёлую кровать, Степан поддел половицу ножом. Доска поднялась слишком легко, под ней обнаружилась небольшая ниша.

— Нашли.

Я уже хотел сунуть туда руку и вовремя остановился. После всего, что видел в этом мире, привычка совать пальцы в неизвестные тёмные дыры могла однажды очень плохо закончиться.

— Факел.

Мне подсветили. Внутри лежал холщовый мешочек, больше ничего. Я подцепил его ножом и вытащил. На ладонь высыпалось пять осколков: три зелёных, один голубой и один красный, все небольшие.

Система коротко уточнила:

[Осколки Жизни: 3.

Ранги: первый–второй.

Осколок Воздуха: второй ранг.

Осколок Огня: первый ранг.]

Неплохо, совсем неплохо. Ратмир увидел и сразу отступил на полшага.

— Колдовские камни…

— Осколки, — поправил я.

— Я про то и говорю.

— В правильных руках полезная вещь, — добавил я.

Степан задумчиво посмотрел на разобранный пол.

— Запасливый был хозяин.

— И явно не простой, — я убрал находку. — Пол верните на место. Книги забираем. Остальное пока не трогаем.

— А травы?

Я посмотрел на старые связки.

Большинство давно высохло настолько, что определить качество без Прохора я всё равно не мог.

— Соберите несколько целых пучков отдельно, Прохор посмотрит.

— Добро.

На этом дом мы оставили.

Когда вернулись в центр поселения, возле выбранного мной навеса уже образовалась небольшая куча находок: инструменты, два небольших мешка гвоздей, несколько мотков верёвки, старая, но целая пила, косы, серпы, разная хозяйственная утварь. На земле стоял небольшой бочонок. Анатолий восседал рядом на перевёрнутой бочке с таким видом, будто лично завоевал богатый купеческий склад. Увидев меня, поднялся.

— Ваше сиятельство, добыча имеется.

— Докладывай.

— Инструмента много, гвозди, верёвки, посуда, соли целый бочонок нашли, — он указал ногой. — Семена есть. Какие — сами не разобрали, мешки подписаны, но грамотных среди нас оказалось подозрительно мало.

— В домах что?

Анатолий сразу перестал улыбаться.

— Пусто.

— Везде?

— Везде, где смотрели, — он понизил голос. — Ни крови, ни тел, ничего.

К нам подошёл Виктор.

— То же самое слева.

— Погреба?

— Не открывали, как приказали.

— Следы возле люков есть?

— Старые, ничего свежего.

Анатолий указал на пару закрытых дверей.

— Судя по всему, погребов много, может, там и еда осталась, но за год…

— Потом посмотрим.

Я оглядел собранное.

— Сегодня берём только ценное и лёгкое. Инструмент, соль, семена, металл, книги. Остальное вывезем отдельным рейсом, если убедимся, что здесь безопасно.

— А почему не сейчас?

— Потому что нам ещё обратно идти, и через тот брод.

Анатолий сразу вспомнил реку.

— Убедили.

— Что по поселению думаете? — спросил я.

Виктор первым ответил:

— Не уходили добровольно.

— Почему?

— Слишком многое оставили.

Он кивнул на дома.

— Даже оружие кое-где осталось. Еду при переселении забрали бы в первую очередь.

— Я тоже так думаю, — согласился я.

Анатолий развёл руками.

— Но и не убивали их здесь. По крайней мере, не похоже. Будто взяли и исчезли.

— Или ушли одновременно и очень быстро.

— Тогда почему вещи на местах?

— Вот это и надо понять.

Я посмотрел на улицу. Пустые дома, детская игрушка, топор в колоде, миски на столах. Всё это мне нравилось всё меньше, но ответов пока не было, и придумывать их самому я не собирался.

— Общий сбор, — приказал я. — Проверяем людей и груз.

Анатолий удивился.

— Уже домой?

— Не совсем.

Улыбка десятника мгновенно вернулась.

— Вот теперь стало интереснее.

Виктор посмотрел на меня.

— Куда-то ещё идём?

— Помните рассказ про Мирослава?

Анатолий почесал бороду.

— Старца, который за вашим Камнем следил?

— За Камнем Поречья, — поправил я. — Но да. — Я указал на проводников. — Степан говорит, отсюда до его жилища ближе, чем из Поречья.

— Версты три, ваше сиятельство, — сказал Степан, подходя ближе. — Может, чуть меньше, если старой тропой пройти.

— Ты туда ходил? — спросил Анатолий.

— Раньше часто, припасы относил.

— Дорогу помнишь?

— Если лес совсем не перекроило — найду.

— Там зараза сильнее, — сразу нахмурился Ратмир.

Степан кивнул.

— Именно туда мы пару лет назад и пытались пройти.

Я посмотрел на него.

— Ты был в том отряде?

— Был.

— И далеко дошли?

Охотник покачал головой.

— Даже до избы не добрались. Бурелом сперва, потом волки.