– Мне домой надо! – с досадой выдохнула она, поняв, что слишком уж пристально рассматривает брутального орка, и он это заметил. – Вы не имеете права держать меня здесь! Нет своих денег на телепорт, значит, займите или украдите! Спонсора найдите, в конце концов, но верните меня в мой мир!

Тут с пола подал голос Маргузин.

– Не-а! Ты приведёшь, приведешь трактир в порядок. Заработаешь, заработаешь денежку нам с Гамлетом, тогда и вернем. Делов-то!

Лида медленно повернулась к нему. Ласково спросила:

– Значит, я должна привести трактир в порядок и заработать для вас денег. В награду вы вернете меня в мой мир. Правильно?

– Точно! Умная ты, женщина! – одобрил Маргузин, поднимаясь с пола. Деловито отряхнул фартук, поправил колпак. – Можешь, можешь приступать к работе. Как тебя зовут, кстати?

В ушах у Лиды загудело, в глазах запрыгали красные мушки.

– А я согласие давала, чтобы ты меня сюда притащил, пакость мелкая?! – процедила она, едва сдерживаясь.

– Зачем оно мне, согласие твое? – удивился Маргузин, и тут у Лиды сорвало последний предохранитель. Она замахнулась сковородкой, и с воплем «Сейчас получишь за самоуправство!», ринулась на шикшу.

– Э-э! Ты чего?! – взвизгнул тот и юркнул под стол. Выскочил с другой стороны и бросился наутек. Лида, ведомая яростью и жаждой прихлопнуть паршивца, рванула за ним.

Шикша удирал, петляя по залу и опрокидывая стулья. Нырял под столы, пытался спрятаться за спину оторопевшего Гамлета и громко верещал, что его убивают.

– Убью! – подтверждала Лида, носясь за ним по трактиру и размахивая сковородкой. – Мне домой надо! Я главный бухгалтер, у меня отчёт! Право второй подписи на документах! Аудиторская проверка скоро!

Маргузин перемахнул через барную стойку, забился в дальний угол и оттуда прокричал:

– Я понимаю, что ты огорчилась, но давай поговорим, как цивилизованные существа…

– Я огорчилась?! – пропыхтела Лида, ложась животом на стойку  и пытаясь дотянуться до ушастой головы шикши. – Да я в бешенстве! Сейчас узнаешь, что такое женщина в расстроенных чувствах!

«Бам-м-ц!» – пропела сковорода победно – это Лида всё же исхитрилась заехать шикше по уху.

– У-у-у, больно! Скандалистка! Ведьма сковородистая! – Маргузин выскочил с другой стороны и, держась за голову, припустил прочь.

– Стоять! – взвизгнула Лида и швырнула в него табуреткой.

Шикша увернулся, табуретка с хрустом врезалась в стену, и Лида снова погналась за мелким поганцем. Сковорода свистела в воздухе, мебель с грохотом отлетала с дороги, Маргузин верещал, Лида ругалась…

Если бы не Гамлет, неизвестно чем бы все это закончилось, возможно смертоубийством – в такой Лида была ярости. Но орк молча встал у нее на пути, и она как пушинка взлетела над полом, оказавшись в его в руках.

– Успокойся, – произнёс он ей в лицо, и Лида мгновенно обмякла, словно сдулась.

Она висела в мощных объятиях орка, глядя в его жёлтые глаза, и вдруг поняла, что ей… нравится, как он её держит. Крепко, но бережно, будто она была хрупкой и ценной.И пахло от него чистотой и чем-то приятным, похожим на аромат «Фаренгейта». Лида этот запах обожала, хотя этот мужской парфюм давным-давно вышел из моды.

Именно из-за «Фаренгейта» она год назад обратила внимание на Николеньку – он надушился этой туалетной водой и показался Лиде очень мужественным. Но сейчас, когда она чувствовала тот же запах от орка, бывший жених казался ей жалкой пародией на мужчину.

– Отпусти, – тихо попросила Лида, продолжая смотреть в глаза Гамлету. Он помедлил и осторожно поставил её на ноги. Она проковыляла к окну, села на лавку и уставилась в одну точку, пока Маргузин и Гамлет переминались рядом.

Лида долго сидела, пытаясь принять реальность: вернуться нельзя, потому что денег нет. Чтобы появились деньги, нужно работать в трактире… Отчёт, конечно, важен, но в бухгалтерии девочки сами справятся - у нее отличная команда, сплоченная и ответственная. А здесь, похоже, без нее никак... И ей отсюда никак, только через восстановленный трактир...

Наконец она подняла голову, посмотрела на Маргузина, перевела взгляд на Гамлета и сказала:

– Меня зовут Лида… Ладно, я приведу ваш трактир в порядок. Но чтобы слушались каждого моего слова, понятно! Как только появятся деньги – сразу отправите меня домой. И никаких «замуж за орка»! – и она угрожающе взмахнула сковородкой.

Первым делом Лида выбрала на втором этаже место, где она может жить.Всего в «Очумелом хозяйстве» имелось тринадцать комнат, «нумеров», как деликатно выразился Гамлет. В одной обитал он сам, в другой мелкий ушастый прохиндей. Остальные помещения казались просто захламленными чуланами.

Лишь дальняя комната слева от лестницы оказалась сносной: пыли с паутиной в ней почти не было, а кровать выглядела так, будто на ней можно спать. Тут даже имелось чистое постельное белье, к тому же выглаженное. Но главное, в этой комнате на стене висело зеркало, а окна выходили на миленький, хотя и сильно заросший садик – как рассказал все тот же Маргузин, в нем бабушка Гамлета выращивала цветы и травки для кухни.

Определившись с жильем, решительная Лида погнала Маргузина за водой и тряпками. Когда он все притащил, выставила его за дверь. Переоделась в лосины и свободную футболку с надписью на груди «I LOVE NY», добытые из чемодана – другой одежды, подходящей для уборки, у нее не было.

Свадебное платье она сначала хотела выбросить или сжечь, но после короткого колебания передумала и аккуратно свернула. Решила, что пошьет из него салфетки или платочки – не пропадать же таким хорошим кружевам и натуральному шелку!

После этого за какие-то сорок минут Лида превратила комнату из пыльного сарая в пригодное для жизни место: протерла полки в шкафу, вымыла окно, отдраила до блеска пол.

Когда комната засияла чистотой, она разобрала чемодан. Одежду и обувь разместила в шкафу, а гигиенические принадлежности и косметику аккуратно разложила на подоконнике – маленькая победа цивилизации и педантизма над фэнтезийным бардаком.

После этого Лида решительно распахнула дверь и вышла из комнаты – пришло время оценить фронт работ и составить план действий.

По лестнице она спускалась медленно: ступеньки скрипели так, словно вот-вот проломятся, поэтому Лида осторожничала. Гамлет и Маргузин ждали ее внизу у лестницы и о чем-то бурно спорили. Но когда она показалась из полумрака второго этажа, резко замолчали и дружно уставились на нее с ошалелым видом.

Не очень понимая, что вызвало такую реакцию, Лида продолжала неспешно спускаться, а Маргузин вдруг замычал, показывая на нее пальцем:

– Ноги... У тебя... ноги...

– Ты гений наблюдательности, – похвалила его Лида, подходя. – Без ног я, конечно, не спустилась бы по лестнице, но спасибо, что заметил. А теперь приступаем к работе, и первым делом я хочу посмотреть учётные книги по таверне.

– Я принесу, принесу! Щас-щас! – пискнул Маргузин, перестав мычать. Крутанулся на месте и исчез, а Гамлет остался: стоял столбом и смотрел на Лиду очень странно.

Недоуменно пожав плечами, она пошла в обеденный зал. Стараясь не обращать внимания на прожигающий спину взгляд желтых глаз, принялась изучать обстановку и делать мысленные пометки, чем стоит заняться в первую очередь, а что может подождать.

Через час она сидела за столом в обеденном зале, который перед этим собственноручно отскребла до состояния «не страшно поставить локти», и изучала записи в учетных книгах.

Спина слегка ныла, а руки пахли  довольно вонючим местным мылом. Зато в голове у Лиды царила удивительная ясность – обычное состояние после того, как она приводила в порядок хотя бы квадратный метр окружающего хаоса. Жаль только, что в этом месте хаоса было метров четыреста.

– Да-а, – протянула Лида, закрывая книгу учета за текущий год. – Печаль печальная – денег нет.