Вскоре к ним присоединились друзья, и обсуждение вышло на новый виток. Кто-то заявил, что похоже на Мусю, но не сильно. Кто-то возразил, что наоборот, ее копия. Эльф нежным голосом пропел, что «это» больше похоже на его ручную лягушку Линди, Наташа возразила…

Начался дикий гвалт, который был прекращен… Маргузином.

– Не желают ли детки попробовать торт, на котором живет такая чудесная Муся? – спросил он вкрадчиво и с разрешения распорядителя ловко порезал половину Киевского на маленькие кусочки. Часть с «Мусей» он мудро оставил нетронутой.

Через минуту все юные члены жюри лопали воздушные ореховые коржи с нежной кремовой пропиткой. Делились впечатлениями и просили добавки. Под шумок Маргузин скормил им и половину рикотника, а следом и ореховый пирог.

– Это нечестно! – донесся с какого-то стола возмущенный голос. – Так до наших творений они не дойдут!

– Действительно, все должно быть по справедливости, – согласился с ним Планий, с умилением наблюдавший за детворой.

Скомандовал: – Дети, переходим дальше – вон сколько вкуснятины вам еще пробовать.

Малышню увели к другим столам, а к нашему начали подходить взрослые члены жюри. Пробовали, задавали вопросы, что-то записывали в свои блокнотики и шли дальше. Через пятнадцать минут от торта, тортика и тортичека Лиды и Маргузина остался один-единственный кусок. Тот самый, на котором была «лягушка Муся» – его шикша предусмотрительно отставил в сторонку…

Прошло еще минут сорок, в течение которых судейская коллегия дегустировала, затем что-то обсуждала, считала и спорила. Детям задавали какие-то вопросы и записывали их ответы.Лида уже вся извелась от нетерпения и волнения. Еще от беспокойства, потому что Гамлет так и не появился.«Где же он может быть?!» – мысленно заламывала она руки.

Сейчас ей даже победа или поражение в конкурсе были не так важны, как уверенность, что с ее орком все в порядке.Наконец вперед вышел распорядитель и жизнерадостно прокричал:

– Внимание! Начинаем! Оглашение! Имени победителя! Сделают это Их Величества король Планий и королева Златодара…Королевская чета поднялась со своих мест, и в этот момент снаружи павильона послышалось дикое рычание, перемежающееся звуками ударов.

– Что там такое?! – грозно спросил Планий.Дверь в павильон распахнулась, и внутрь с грохотом ввалились два огромных, сцепившихся в яростной схватке мужчины.«Мамочки!» – простонала Лида, опознав в них Гамлета и принца Клавдия.

Два огромных рычащих, молотящих друг друга орка вывалились прямиком к судейскому столу. Р-раз, и кулак Гамлета въехал Клавдию в глаз, а колено в живот.

- Порву-у-у! Убью-ю-! - взвыл принц.

Дети испуганно завизжали и королева Златодара мгновенно собрала их в кучку. Загнала за судейский помост, подальше от побоища, и вместе с эльфийкой, женой мэра, принялась успокаивать взволнованную малышню.

Король Планий и орки из числа жюри окружили цепью место побоища и… И принялись подбадривать драчунов! Да что за такое, а?! Эти вояки вообще не могут без драки жить, даже на кулинарном конкурсе?!

Возмущение просто вынесло Лиду из-за стола и понесло к драчунам. В руке у нее была розовая сковородка, на лице – решимость прекратить это безобразие – они детей пугают, между прочим!

Один из орков в оцеплении попытался преградить ей путь, но вместе с Лидой, плечом к плечу, внезапно встала королева Златодара.

Решительные дамы дружно оттеснили орка и ворвались в «ринг».

– А ну прекратить! – рявкнула Златодара так громко и яростно, что закачались светильники на потолке. А Лида подняла свою боевую сковородку, выбрала удобное мгновение и с размаху въехала в челюсть принцу Клавдию:

«Бен-ц. Хрусть», – прозвучало сочно. Следом гулко «бум-с!» – это сковорода вмазала по лысой Гамлетовой голове.

«Бойцы» замерли. У Клавдия изо рта потекла тонкая алая струйка, один глаз распух и превратился в щелочку, а на лбу подрастала здоровенная шишка, делая его лицо еще уродливее. Но главное, в руке он держал… собственный выломанный с корнем клык. И выражение его уродливой морды при этом было неописуемо прекрасным: в нем мешались неверие, ярость, и даже ужас...

Гамлет же держался за лысину и счастливо, слегка дурковато, улыбался.

«Кажется, одному потребуются услуги дантиста и челюстно-лицевого хирурга, а второму – психиатра», – перепугалась Лида. Прижала сковородку к груди и со страхом посмотрела на Златодару.

– Простите, похоже, я принца покалечила. Случайно, – пролепетала она.

– Молодец, девочка! – одобрительно произнесла королева и еще раз гаркнула: – А ну прекратить шум, дети пугаются!

Слово «дети» оказалось волшебным: и Клавдия, и Гамлета мгновенно скрутили. Гамлет не сопротивлялся, а вот принц начал вырываться и выкрикивать угрозы в адрес Лиды, королевы, а главное, в адрес короля. Ой-ой, это уже на госизмену тянет!

В итоге обоим связали за спиной руки, а Клавдию еще и по голове настучали, отправив в нокаут. После этого Планий дал команду отправить обоих красавцев под замок.

– Нет, вы что?! Гамлет не виноват! – взвизгнула Лида, едва не замахнувшись на короля сковородкой.

– Остынь, девочка! – осадила ее Златодара. Королева схватила девушку за руку, не давая двинуться, а сама смотрела на уходящего из зала Гамлета. И столько всего было в ее глазах, столько разных чувств, что Лида мгновенно обмякла.

– Это мой парень. Его зовут Гамлет, – сказала она тихонько.

Услышав имя, Златодара побледнела и что-то прошептала. Вроде «мой Гами», или что-то похожее, Лида не расслышала.

В этот момент к ним подошел король, не стесняясь направленных на них со всех сторон взглядов, обнял жену. Зашептал ей что-то на ушко, нежно поглаживая огромной лапищей по плечу…

Лида деликатно отошла в сторону и вернулась к своему столу.

– Ну ты даешь, женщина! – восторженно заверещал шикша, когда она встала рядом. – Прилюдно, при короле жахнула Гамлета по голове! Теперь точно будет орочья свадьба. Много еды, много эля, пива…

– И принцу клык сломала. Надеюсь, меня за это не казнят? – вздохнула девушка.

На самом деле ей было не страшно понести наказание за покалеченного принца. Больше ее волновал вопрос – кто же такой Гамлет? Права ли она в догадках, что ее орк имеет отношение к королевской семье, конкретно к королеве Златодаре?

– Ха, клык сломала – это ващще круто! – возликовал Маргузин. – Считай, ты его в грязь втоптала. В навозе измазала. Унизила! Морально уничтожила!

Между тем король проводил жену к судейскому столу, усадил на стул. К ней тут же подбежали девочки-орчанки, Наташа и вторая малышка. Прижались, начали что-то наперебой рассказывать. Златодара им отвечала, даже улыбалась, но было заметно, что вид у женщины потерянный, а мысли где-то далеко.

«Ох, что-то будет!» – подумала Лида, и именно в этот момент к ним подошел констебль Уитли.

Маргузин замер, Лида напряглась. Служивый внимательно оглядел обоих и произнес со зловещей усмешкой:

– Так, так, значит, это и есть ваш помощник-шикша из трактира, госпожа Лидия?

Маргузин дернулся было удрать, но Лида не дала. Сжала его костлявое плечо и, смело глядя в глаза констеблю, подтвердила:

– Да, это мой шикша. Я вам про него рассказывала. А вы какими судьбами здесь, господин Уитли?

– Служба, госпожа Лидия. Помните, я к вам приходил по делу об украденных малине с медом?

– Конечно помню. И что?

– А то, госпожа Лидия… Донесли мне, что на кулинарном конкурсе, проводимом их величествами, участница по имени Лида выступает с помощником… Уродливым шикшей, подходящим под описание того медово-малинового злоумышленника, – объяснил Уитли, глядя на неё со значением.

– Вот негодяи! – возмутилась Лида тому, что везде найдутся граждане, готовые донести на ближнего своего!

– Настоящие мерзавцы, – вдруг согласился констебль. Подкрутил свои роскошные усы и строгим тоном добавил: – Я им поверил, а теперь вижу, что ваш шикша никакой не уродец, а самый настоящий красавец. Устрою им взбучку за ложные сведения!