Она была уверена, что между ними есть что-то. Что Гамлет тоже чувствует это напряжение, которое искрило в воздухе всякий раз, когда они оказывались рядом. Что она ему нравится. Оказалось, ничего этого нет. Он деньги на телепорт старается заработать, чтобы поскорее от нее избавиться!

Боль осознания собственной глупости резанула под рёбрами, сжала Лиде горло, перекрывая дыхание. Она опустила глаза, начала про себя считать до двадцати и обратно, стараясь дышать глубоко и ровно.

"Дурочка, вообразила невесть что. Нафантазировала… Ничего, главное, я ни словом, ни взглядом не показала, что Гамлет стал мне нравиться. Если он не видит моих чувств – значит, их не существует. Или он не захотел их заметить, что, по сути, одно и то же.

А я не развалюсь от очередного разочарования. Два раза пережила предательство мужчин, переживу и третий. Тем более, тут его и не было. Гамлет ведь ничего мне не говорил. Обещаний не давал, замуж не звал, как мои бывшие. Сказку не предлагал… Значит, ничего и не было, кроме дурацких фантазий неудачницы, не умеющей найти свое счастье..." - успокаивала она себя.

Когда Лида подняла глаза, лицо её было спокойным,и ничто не выдавало, как ей больно. Разве только пальцы под столешницей она сжала до побеления, но этого Гамлет не видел.

– Спасибо, что хочешь помочь, – произнесла она ровно, даже с ноткой одобрения. – Чем быстрее я вернусь, тем лучше – у меня много дел дома. Меня там очень ждут.

Гамлет только кивнул, глядя куда-то в сторону.

Принесли их заказ, и Лида торопливо сделала большой глоток кофе, пытаясь его горечью смыть неприятную дрожь в груди.

– Как ты думаешь, есть у нас шансы победить в конкурсе? – спросила через некоторое время. – Его величество говорил, что за первое место дают большой денежный приз…

– Дают. Маргузин узнал – на выбор тысяча монет или освобождение от налогов на пять лет.

– Ух ты! – Лида мгновенно подвела в уме расчёты. Тысяча монет – это отличная сумма. Не платить налоги пять лет – ещё круче, особенно если их трактир выйдет на запланированную прибыльность. А он точно выйдет, особенно если удастся получить лицензию на алкоголь и провести массированную рекламную кампанию…

И тут же на неё словно ушат ледяной воды опрокинули – нет никакого «их трактира». Есть трактир Гамлета и Маргузина, а её хотят побыстрее в телепорт засунуть, чтобы под ногами не путалась.

"Так что прибыльность будет подсчитывать другая женщина. Наверное, какая-нибудь орчиха с решительным характером. Которая как вдарит Гамлета по макушке! И он сразу пойдёт на ней жениться, а не будет как со мной свою лысую башку потирать и таращиться, как на чудо юдо", - думала Лида, давясь горьким кофе.

И так ей обидно стало за себя. Такое зло разобрало, что недавнее решение быть спокойной улетело куда-то в тартарары. Она вскинула на Гамлета глаза и выпалила:

– У тебя есть невеста, да?! Любимая женщина?

– Кто?! – изумился орк и замер с кофейной чашкой в руке, такой крошечной и хрупкой на фоне его огромной лапищи.

– Женщина! Красивая и любимая! С которой ты сразу жениться пойдёшь, а не как со мной, – прошипела Лида, поражаясь своей ярости.

Вообще-то она всегда была эталоном спокойствия и монументом выдержки. Глыбой невозмутимости была – начальство холдинга Лиду очень ценило за это качество. Так чего сейчас её пузырит и рвёт на части при мысли, что какая-то зелёная жучка будет на пару с её Гамлетом в «Очумелом хозяйстве» порядки наводить?!

Гамлет осторожно-осторожно поставил чашечку на стол. Отодвинул подальше фарфоровую этажерку с нетронутыми пирожными. Сделал незаметное движение, и Лида, тоненько ахнув, взлетела в воздух. А в следующее мгновение уже сидела на коленях у Гамлета.

Смотрела в его жёлтые глаза с вертикальными зрачками и понимала, что сейчас, вот-вот он её поцелует. А она не знает, как быть, ведь у него клыки!

Но Гамлет почему-то медлил и не целовал. Просто смотрел на Лиду жадно, жарко. А потом ей показалось, что он передумал и сейчас отстранится…

«Так и не рассказал, как орки целуются», – возмущённо подумала она. Решительно положила ладони Гамлету на скулы и сама прижалась поцелуем к его губам.

Почему-то она ждала, что ощущения будут непривычные, странные. Может, губы у Гамлета окажутся мокрые или холодные – наверное, у орков совсем другая физиология, не как у людей.

Но она ошиблась. Очень сильно!

Губы у Гамлета были… приятные. Не мокрые, но и не сухие, а такие, как надо, чтобы целоваться, забыв обо всём на свете. А клыки как-то так прижались к коже, что ей было чувствительно, но вообще не больно, только чуть-чуть щекотно. И не мешали они целоваться ну ни капельки!

Но потом Гамлет перехватил у Лиды инициативу. Теперь уже его лапища обнимала её затылок, а другая гладила по плечам и спине. А его губы вообще выделывали что-то невообразимое, от чего Лида таяла, растекалась и от макушки до пяточек покрывалась теми самыми романтичными мурашками. В общем, хорошо ей было, просто сказочно.

И Гамлету, судя по всему, было очень даже неплохо. Вернее, и плохо тоже, потому что, сидя на его коленях, Лида явственно ощущала, как в бедро ей всё настойчивее упирается… кое-что. Судя по всему, очень большое «кое-что». И осознав это, Лида мгновенно пришла в себя.

В голове у неё прояснилось: розовые пони из нее ускакали, зато вернулись здравые мысли и понимание – таки да, физиология у Гамлета… отличается от того, что встречаллось ей раньше.

Она уперлась ладонями в его могучую грудь и попыталась отодвинуться.

– Лида… Тебя испугали мои поцелуи? – прошептал Гамлет, не выпуская её из объятий и заглядывая в глаза.

Она замотала головой – нет, не поцелуи! С поцелуями как раз всё отлично. Но вот ниже…

– Мы же в кафе. Увидит кто-то, неловко выйдет, – пробормотала, не оставляя попыток сползти с его колен.

– Так-то да, увидеть могут. Если тебя это беспокоит, то конечно, – прогудел Гамлет слегка расстроенно. Вздохнул так тяжело и глубоко, что рубашка на груди затрещала, и одной рукой пересадил Лиду на стул.

– Ну какой же ты сильный! – восхитилась она невольно.– Обычный, – буркнул Гамлет смущённо. И признался: – Лида, я не хочу, чтобы ты поскорее села в телепорт. Думал, это ты хочешь…

Она ничего не сказала, только кивнула, чувствуя, как розовые пони возвращаются попастись на лужайке её счастья.

Следующие несколько минут они пили кофе, ели пирожные, совершенно не чувствуя их вкуса и старательно не глядя друг на друга.

Наконец, когда на фарфоровой этажерке осталась одна корзиночка с кремом, Лида спохватилась:

– Ой, наверное, надо пирожное Маргузину отнести? Он ведь любит сладкое и такой молодец, отлично помогал мне на конкурсе. Будет ему угощение.– Отнесём. И ещё закажем с собой на завтра, – согласился Гамлет, упорно рассматривая кусты возле их столика. Он всё время по чуть-чуть ёрзал и морщился, словно ему было не очень удобно сидеть.

Сообразив, что это значит, Лида вспыхнула до корней волос. Чтобы побороть смущение, торопливо заговорила:

– Гамлет, я  всё время забываю рассказать кое-что! Когда ты ушёл на заработки, я спускалась в погреб бабушки Латуфы. И там…

Она перегнулась через стол, поближе к нему, и принялась шёпотом рассказывать про найденный кулон.

– Не знаешь, что это такое? Может, бабушка тебе рассказывала? – с надеждой поинтересовалась, закончив. Но Гамлет только покачал головой:

– Никогда не слышал. Как он выглядит?– Сейчас!

Лида приподняла подол юбки, чтобы добраться до потайного кармашка, пришитого к подкладке. При виде оголившейся белой круглой коленки глаза Гамлета ярко вспыхнули, руки сами потянулись к этой восхитительной прелести…

– А-а-а, вот вы где! – раздался возмущённый вопль, и возле столика появился Маргузин, испортив всю романтику момента.

Пока шикша радостно поедал оставшееся пирожное и бегал на кухню, требуя себе «кофы побольше и чаю стакашку», Лида отдала Гамлету свою находку.