Дмитрий испытал нечто вроде облегчения, когда оказался внутри скафандра, осознание того, что они вернутся в модуль, а затем поднимутся на «Миссию», успокаивало нервы.

— Давай, парни, поковыляем, как отряд инвалидов, — съязвил Роберт, когда, опираясь о стену, направились в сторону выхода.

Оружие и запасы продовольствия решено оставить в тоннеле.

Когда подошли к стене, она не стала раскрываться перед ними, оставаясь глухой непреодолимой преградой.

— Мы же не думали, что всё будет так просто? — хмыкнул Роберт. — Дмитрий, не хочешь провернуть прежний фокус с ладонью?

Исколотая ладонь после его слов неприятно заныла, за несколько часов, проведённых внутри «Объекта», ранки подзатянулись.

— Хорошо, — но про себя проклял американца, ему опять придётся снимать шлем.

— Я помогу, — вызвался Ву, приблизившись к нему. Фонари от его шлема блеснули на забрале Дмитрия. — Сейчас сниму крепления.

Дмитрий в это время уже отщёлкнул защиту внутри скафандра и, вобрав в лёгкие воздуха, вытянул руку, прикоснувшись ладонью к холодной стене. Пока хватало воздуха в лёгких, держался как мог, но, чувствуя, что вот-вот закружится голова, поспешно убрал руку, застёгивая шлем обратно.

— В чём дело? — встревожено спросил Чан.

— А в том, что изначально ваша идея не сработала, они не собираются нас выпускать, — отозвался Роберт, топчась возле стены. — Они работают только на вход. Предлагаю взорвать к чертям собачьим. Хорошо, что термогранаты с собой захватили.

— Хорошо, — на этот раз Ву не стал спорить с ним.

Дмитрий и Роберт вернулись к оставленному оружию.

— Четыре штуки, — с сомнением в голосе проговорил Роберт.

— Расположим по углам? — предложил Дмитрий.

— Нет, — отверг идею американец, — это сработало бы, если нашим препятствием был бы люк. Там хрень поинтереснее. Надо бить в одну точку, точнее, попытаться выжечь такой круг, в который пролезут наши скафандры.

— Тогда стоит взять заряды покрупнее, те, что остались на муле.

Роберт призадумался, затем произнёс: — Если не сработает, то возьмём.

Ему явно не хотелось возвращаться вниз, тратя около часа, а ведь затем придётся поднимать термические заряды наверх. Это не гранаты, и один такой весит не менее десяти килограмм.

Они вернулись к проходу и под нетерпеливые взгляды Чана начали устанавливать их. Благодаря вакуумной присоске, они разместили их так, чтобы можно было пролезть в выжженную дыру.

— Хорошо, что тут имеется таймер, — произнёс Роберт. — Отойдите подальше, выставлю на максимальное время.

Команда повиновалась, отступив на метров на двадцать.

— Всего десять секунд, — недовольно произнёс Роберт. — Какой придурок проектировал их?

Нажав на пуск, поспешил прочь.

С замиранием сердца каждый следил за тем, как вспыхнул оранжевый огонь и, отбрасывая шипящие искры, принялся вгрызаться в преграду. Дым заволок обзор, сквозь него виден лишь ядовитый огонь.

Когда он погас, люди, не дожидаясь, покуда дым уляжется, поспешили к стене.

— Вот сука! — в сердцах выругался Роберт.

На серебристой стене остались чёрные подпалины, но сама она цела, и повреждений не видно.

Дмитрий приблизился к ней, подсветив места, где располагались заряды, убедился в их неэффективности.

— Не получилось.

Роберт с ним не согласился: — Я бы так не сказал, — толстым пальцем в перчатке ткнул в оплавленное по краям углубление. — Мощности не хватило, надо брать те, что остались внизу.

— И резак тоже.

— Твою мать, — в отчаяние выдохнул американец. — Это же сколько придётся переть, мы реально сдохнем…

Договорить не успел, все ощутили лёгкое подёргивание под ногами.

— Что происходит?

Дмитрий коснулся стены, она также мелко вибрировала.

— Они начали движение? Их корабль отправляется? — испуганно воскликнул Чан.

Перспектива оказаться запертым на инопланетном корабле, решившим лететь дальше, в самом деле пугала.

— Нет, — сказал Ву, осветив стены и потолок, — тоннель сдвигается.

— Бежим! — быстро вынес вердикт Роберт, довольно шустро развернувшись в сторону света.

Остальные рванули за ним. Тоннель в самом деле уменьшался в размерах, хозяевам корабля не понравилось, как повели себя гости.

— Быстрее! — подгонял Роберт.

Проблема заключалась в том, что чем ближе к свету, тем гравитация становилась сильнее, затрудняя бег людей. Скафандры замедляли их, всё сильнее сковывая движения.

Дмитрий с трудом переставлял ноги, сила тяжести предательски сковывала их, скафандр лёг на тело тяжёлым грузом.

Тоннель заметно уменьшился в размерах, перед глазами Дмитрия мелькала светлая точка, а в голове била цель — успеть добраться до неё!

Горячее дыхание, сумасшедшее сердцебиение и крупные капли пота, заливающие глаза и стекающие в рот.

Главное — успеть.

Чан, бежавший рядом с ним, споткнувшись, упал. Дмитрий остановился и начал поднимать его.

Роберт, уже почти добежавший до выхода, обернулся: — Вашу мать! Прекратите копошиться!

Дмитрий в ответ заорал на него: — Лучше помоги!

— Бегите, дебилы! — кричал Роберт.

У Дмитрия невесть откуда появились новые силы, рывком поднял китайца и буквально потащил того за собой. Шорох сдвигающихся стен преследовал их, придавая адреналина.

— Давай! Давай! — кричал Роберт, махая им рукой, сам уже выбрался на террасу, находясь в безопасности. И вдруг его голос преисполнился отчаяния. — Ву, мать твою!

Дмитрий решил не оборачиваться назад, хотя усвоенное правило в военном училище требовало одного: сам погибай, а товарища выручай. Просто стены тоннеля настолько сдвинулись, что уже давили на плечи.

Вытолкнув перед собой Чана, следом за ним рухнул на террасу.

— Ву! — кричал Роберт, не помышляя бросаться на помощь.

Ву не просто отстал, у него уже не было шансов добраться до выхода. Тоннель сжался до такой степени, что человек застрял, не имея возможности пошевелиться.

И он уже понимал свою ужасную участь.

Неописуемый крик боли разорвал наушники, он резал слух, проникая в мозг, и каждый мог прочувствовать на себе всю боль товарища, когда твои кости начинают трещать и лопаться, ещё находясь в теле, и протыкать внутренние органы.

Роберт бил себя по шлему, пытаясь сорвать его с головы, Чан замер истуканом, а Дмитрий желал оглохнуть в этот момент.

Крик сменился на хрип, кровь залила горло несчастного, перед ужасной смертью он начал захлёбываться ей.

Затем стало тихо, тоннель окончательно слился со стеной.

Роберт упал на колени, откинул шлем, и Дмитрий услышал, как того тошнит.

Дмитрий переводил дыхание, лёжа на боку, ему было тяжело, скафандр давил на него весом.

— Проклятье, — Роберт вытер рот и принялся выбираться из скафандра. — Проклятье, — вновь повторил он.

Дмитрий начал отстёгивать защитный механизм изнутри, собираясь также покинуть скафандр.

— Дмитрий, ты как?

— В норме, — ответил тот. — Посмотри, что с Чаном.

Когда Дмитрий выполз из скафандра, увидел, как Роберт пытается вытащить китайца наружу, а тот слабо упирался, не собираясь покидать его.

— Нет, нет, — отбивался от Роберта.

— Выходи или я тебя вытащу, — американец безжалостен и в конечном счёте сумел добиться своего.

Китаец, захлёбываясь слезами, всё-таки послушался Роберта и выбрался наружу.

— Спускаемся вниз, — предложил Дмитрий. — На муле остались оборудование и ещё один шокер, хотя есть ли в нём смысл?

Роберт пожал плечами: — А сейчас вообще есть хоть в чём-то смысл? Мы теперь пленники, приятель. И нас ожидает голодная смерть.

— На муле есть запасы еды и воды, — напомнил ему Дмитрий, — рассчитано на сутки и на четверых. Если будем экономить, сможем растянуть на несколько дней.

— Что потом? Надеешься на Святослава?

— Да, если мы не вернёмся хотя бы через день, он должен будет связаться с теми, кто остался на «Миссии».

Роберт закивал: — Так-то да, да только нам это чем поможет? Допустим, они также решатся прийти сюда и тоже попадут в эту ловушку, если вообще сумеют пробиться внутрь. И связаться с ними и предупредить об опасности мы не можем.