Я поднял голову и снова поискал глазами жену Правителя. Она сместилась к другой группке людей и что-то оживленно рассказывала, активно жестикулируя. Я посмотрел на нее внимательно и увидел обычную женщину средних лет. Да, с хорошими чертами лица и ухоженную, но сейчас это не редкость. Внезапно Джемиле, как будто почувствовав мой взгляд, отвлеклась от разговора и посмотрела прямо на меня. Улыбка медленно сползла с ее лица. Я почувствовал направленную на меня враждебность. Однако буквально через миг женщина повернулась ко мне спиной, взяла под руку человека, с которым разговаривала, и повела его куда-то в другой конец холла. Я провожал их глазами, пока они не затерялись в толпе.

Найдя более-менее безлюдное место, я мысленно по нейросвязи обратился к Виктору и коротко описал все произошедшее.

– Я сейчас подъеду к тебе, чувствую, что так будет правильно – ответил маг.

– Тут вход только по приглашениям – предупредил его я.

– Я подожду снаружи, возле выхода. В каком зале будет церемония?

Я ответил.

– Понял. Постарайся поменьше попадаться ей на глаза – предостерег Вик.

– Хорошо – я согласился, мне и самому как-то было не по себе от очного знакомства с Джемиле.

***

Игнатий повернулся к голографическому изображению Виктора и сказал:

– Поисковая система выдала мне список из восьми официальных и одного не зарегистрированного мага. Все они имели чисто техническую возможность проклясть Сашу.

Вик сидел у себя в лесном доме и пил чай. Игнат же общался из кабинета в мэрии, дома у него было слишком шумно: дочки постоянно требовали папиного внимания. Следователь любил свою семью, но работать в их присутствии был совершенно не в состоянии.

– Что ты подразумеваешь под технической возможностью? – спросил маг.

– У них есть зафиксированный опыт успешных магических воздействий, и они могли получить доступ к биоматериалу Сторонина – пояснил следователь. – Самое странное, что система выдала информацию об этом, не заявившем о себе, маге. Это противоречит закону о приватности… Во-первых. А во-вторых, этот человек – не кто иной, как член этического совета Аристарх Немин.

Виктор присвистнул:

– Ну, ничего себе! ИИ заложил большую шишку!

– Какую шишку? Куда заложил? – в недоумении переспросил Игнат.

Маг поморщился:

– Это сленг… с моего старого… места жительства… Означает что-то вроде: «Искусственный Интеллект подставил…, ну выдал что-то негативное… о человеке облеченном властью».

– Ну да, так и есть – все еще удивленно сказал Мякиш. – Видимо произошло что-то, и информация о магических способностях Немина перестала быть приватной. Наверное, он где-то рассказал о себе публично. И Система включила этот факт в результаты поиска.

– Логично – согласился Худой. – Забавно получается. Сашка – обычный студент, без особых достижений, без большой социальной значимости… А враги-то у него какие! Жена Правителя! Член Этического Совета!

Виктор поднял правую руку, показывая «высоту» врагов Сторонина.

– Ты погоди, может Немин и не при чем, а ты его уж во враги записал… – усомнился следователь.

– Ну, – потенциальные враги. Это тоже что-то значит. Вообще это выглядит как-то… несбалансированно что ли… Какая-то нелепая ситуация. Логично ждать, что крупные фигуры будут вредить аналогичным людям. А тут…

– Всякое в жизни бывает – пожал плечами Игнат. – Или тебя что-то тревожит?

– Да ощущение такое странное – задумчиво ответил Виктор. – Как будто я не вижу лес за деревьями.

– Причем тут лес? Опять ты говоришь загадками! – возмутился следователь.

– Ну, в смысле, за частностями и деталями не вижу сути – пояснил маг.

– Опять твой сленг? Раздражает! Хотя выражение красивое, согласен… «Лес за деревьями»… – сказал Игнат и прислушался к звучанию слов.

– Да, так вот, – продолжил Худой – логично было бы, если бы Джемиле мстила Бригитте, а не пацану.

– Так она и мстит Хётгун – опять пожал плечами следователь. – Просто через сына. Нашла больное место – и бьет. Если это вообще – она, а не кто-то другой.

– Ну да, вроде так… – согласился маг, но как-то неуверенно.

Неожиданно Виктор застыл, потом быстро показал знаком, что разговаривает, и снова сосредоточился. Мысленный разговор обычно длится меньше, чем голосовой – не тратится время на артикуляцию. И сейчас, общение не заняло и минуты.

– Саша звонил – пояснил маг. И продолжил сердито: – Нашел себе на попу приключений снова! Пошел с Джемиле лично знакомиться! А она его очарованием придавила.

Худой замолчал, потом посмотрел на вопрошающее выражение лица Мякиша и продолжил:

– Многие колдующие умеют казаться бешено привлекательными. Есть у них такая фишка. Если им надо получить расположение человека или публики, они могут включить эту способность. Судя по рассказу Саши, наша фигурантка – очень сильная ведьма. Сторонин и сам-то.. не прост… – сказал маг и задумался.

– Чего замолчал на полуслове? – не выдержал паузу следователь.

– Да вот как раз подумал, что Саша-то и не просто студент. Это социально он вроде как ничего особенного.. а магически…

– Что: «магически»?

– В общем, Духи на него необычно отреагировали. Тут сложно судить однозначно, но выглядело так, будто они сильно заинтересованы в парне. Как будто они хотят его в какой-то блудняк втянуть…

Услышав непонятное слово, Мякиш только тяжело вздохнул. Виктор отреагировал на вздох:

– Ну, в приключения, в сюжет, в какие-то свои планы хотят включить юношу.

– Да понял я, понял – обреченно пробормотал следователь.

– В общем, я сейчас быстро еду в Янтарь-Холл к выходу в парк… Кажется, оттуда они все будут выходить после церемонии закрытия фестиваля. Я потом расскажу подробности, ладно? А то могу не успеть.

– Хорошо, езжай. Может тебе в помощь кого-нибудь добавить? – обеспокоенно предложил Игнат.

– Нет, пожалуй. Думаю, мы с Сашей справимся. Он уже сбросил очарование самостоятельно… Все, поехал.

Голограмма мага свернулась в точку и погасла. Мякиш еще некоторое время задумчиво смотрел в то место, где она была.

***

Церемония закрытия фестиваля была феерической. И не удивительно: я прочел в программке, что оформлением занимался известнейший художник-голограф Кааро Метсасаар. Очень люблю его работы, почему-то всегда, когда смотрю на них, у меня поднимается настроение. Я – не специалист в искусстве, сужу просто: нравится или нет. Так вот, подвижные голограммы Метсасаара прекрасны. И Джемиле Труханова гармонично вписывалась в эти живые картины! Она так интересно рассказывала об общности культур участников фестиваля! Она сама была как источник света, радостного и сияющ…

– Vad fan! («Какого чёрта!», швед.) – я потряс головой, пытаясь сбросить сладкую муть. Голограммы и так били по мозгам, а ведьма… Да стопудово она – ведьма! Джемиле еще и резонировала со всем этим. Получилась страшная сила воздействия. Я смотрел в пол и думал, что, наверное, для политики такие способности – находка. Вот так очаровать через сеть каких-нибудь послов, а то и весь народ Восточной Иерархии.

Чтобы отвлечься, заглянул в подарочную коробку. Чем тут нас организаторы побаловали? Ага, матрешки. Как же без них – классика. Так, а это? Японское нэцкэ. Кажется даже из слоновой кости. Ничего себе. Еще есть даларнская лошадка, мне мамина родня такое в детстве дарила. Тааак… Пара маленьких светящихся человечков: один зеленый – идущий, и красный – стоящий. Это – ампельманы – сувенир из Германии… Интересно… Ага, китайский складной веер… Бронзовый воин с луком… Из Монголии? Наверное… Норвежский тролль, финский лось и еще несколько мелких предметов, национальную принадлежность которых я не смог определить. Дорогущий подарок. И все – ручной работы. Сделано Мастерами, такое чувствуется. Вау, только ради этого подарка стоило сюда попасть!

Я внимательно прислушался к себе и отметил, что восторженное настроение продолжало владеть мной. Чтобы пригасить эйфорию, я взялся делать дыхательные упражнения: на 4 счета вдох, на 7 задержка, на 8 выдох. Вроде адекватности прибавилось. Мешала музыка, она тоже захватывала внимание и усиливала положительные эмоции. Однако это уже были звуки окончания мероприятия. В конце концов, все начали вставать и выбираться из зала. Я с облегчением выдохнул. Осторожно поднял взгляд и поискал глазами Джемиле. Она задержалась возле выхода, снова разговаривала с небольшой группой женщин в кимоно. Мне очень захотелось подойти ближе к ним. Я отвел глаза от жены Правителя и стал спускаться к выходу. Пройдя две трети расстояния, я почувствовал, что мне становится жарко, это было ощущение направленного внимания. Я смотрел под ноги, но был уверен, что Джемиле видит меня. Не выдержав, я тоже посмотрел на нее, и мы встретились глазами. Ее зрачки были черными в синеву. Так не бывает. У меня возникло тянущее чувство в животе. Голова закружилась. Я из последних сил стал вспоминать туманную фигуру над озером, которая помогла мне в прошлый раз. Внезапно резкий толчок сбил меня с ног. Я упал на пол и вынужденно разорвал зрительный контакт с ведьмой. Всё окружение Джемиле отвлеклось на меня, а я заметил, как в это время через двери выхода внутрь зашел Виктор, подошел к жене Правителя и стал ей что-то говорить.