– Мастер Труханов! – привстав, резким непререкаемым тоном одернула Правителя какая-то крупная женщина…Кажется, спикер Совета, судя по месту, где она сидела перед этим.

Мужчина сделал шаг назад от меня и разжал кулаки.

– Юноша всего лишь отбил нападение вашей супруги… – задумчиво объяснил Аристарх. – Или это уже была не она…

– Она его пальцем не трогала! – гневно воскликнул Правитель. – И вообще, что тут делает посторонний?!

– Это я его позвал – ответил Немин (я вспомнил его фамилию). – И он – не посторонний. Он, как раз – жертва. Того самого проклятья, которая наслала ваша жена.

Труханов снова вскинулся:

– Это не доказано!

– Думаете? – поднял бровь наш препод. – А по мне – так все очевидно… Мастер Джемиле – явно ведьма и медиум, она находится в связи, или, точнее под управлением более сильного существа. Которое хочет то ли убить, то ли съесть моего студента, между прочим…

Пока он все это говорил, Борис Труханов пытался привести в чувство свою жену. И у него получилось: с его помощью женщина встала с пола и села в очередное кресло, которое ей освободили. Хорошо – подальше от меня. Один из членов Совета начал возиться с ней, видимо – врач.

– Аристарх, не тебе осуждать ведьм – многозначительно сказал Правитель, отвлекшись на пару секунд от хлопот вокруг супруги.

– Я не осуждаю, я констатирую – пожал плечами маг. – А вообще, Джемиле Омеровна явно нуждается в квалифицированной помощи кого-то вроде экзорциста.

Труханов по привычке вспыхнул, потом резко успокоился и сказал:

– Да. Я знаю, она не могла никого проклясть, она – добрый человек. Она тоже в беде, помогите ей, пожалуйста! – последняя фраза явно далась мужчине с трудом.

– Сделаю, что могу – спокойно кивнул Немин, но это – не мой профиль. Лучше найти кого-то…

– Ладно, у меня есть подходящий знакомый… – неожиданно вмешался митрополит Волоколамский Феофан. – У Церкви есть опыт в таких делах… – добавил он негромко.

Труханов посмотрел на него с опаской. Я бы тоже хорошо подумал, прежде чем доверить церковникам близкого человека, да еще и в таком контексте…

– Чем это грозит моей жене? – Правитель выразил свои опасения словами.

Внезапно с одного из кресел поднялся плотный мужчина в возрасте и довольно громко спросил, перебив Труханова:

– Может быть не надо всей этой мистики? Диссоциативное расстройство не такая страшная вещь, как о ней пишут! Борис Федосеевич, просто положите жену в нашу клинику, и мы соберем все идентичности уважаемой Джемиле Омеровны в одно целое! Да и юноше не помешало бы к нам… А то он, на мой взгляд, избыточно впечатлительный!

Аристарх схватился за голову. Двумя руками.

– Вот поэтому я и не рассказывал про то, что я – маг – сказал он спикеру Соловьевой.

– Все мы тут… начала говорить Любовь Петровна, а потом сама себя перебила, обращаясь к психиатру:

– Мастер Браницкий! Зарезервируйте место и мне. Пойдем к вам всем Советом! Мы же – Этический Совет, – она голосом подчеркнула слово «этический» – это уже само по себе нездорово!

– Так и есть! – совершенно серьезно согласился психиатр. – Я в этом участвую исключительно для того, чтобы в управлении страной была хоть капелька здравого смысла!

Я смотрел на все это и чувствовал себя странно. Ощущение сосущей пустоты, которое вызывала у меня Джемиле, точнее кто-то через нее, практически прошло. Более того, я даже почувствовал прилив сил. Видимо, мне удалось отобрать свою энергию у этого нечто… Была какая-то часть меня, которая разбиралась в происходящем. Откуда-то всплывали подсказки и понимание, что делать. Как будто нападение ведьмы подняло что-то из глубин бессознательного. Это очень странно… как уже сказал… но мне нравилось.

Я решил, что в Совете дальше без меня разберутся, и с согласия спикера и Аристарха уехал домой. Немин, который оказался магом, перед этим каким-то образом продиагностировал мое состояние и нашел его удовлетворительным.

Я же, если не считать боли в боку, чувствовал себя отлично. Главное изменение после всех событий – спокойствие. Глубинная тишина, отсутствие тревоги, какая-то специфическая уверенность… Я напомнил себе о Джемиле, прислушался к своим чувствам – ничего. Легкое любопытство по поводу всей истории – и все. Замечательно! Я тестировал себя дальше и представил себе Светозару… Светозару в объятиях Аристарха. Ну, им вроде хорошо, да и ладно… Из глубины моей психики стало подниматься какое-то бесшабашное веселье. А ну-ка, а если Иванку… и этого жлоба усатого… Фу… Эта пара мне не нравится. Я еще раз прислушался к себе. Нет, ничего не болит. Просто мне не нравятся эти люди. Получается, что когда я вычищал, выгонял из себя влияние Джемиле, я еще кучу всякого мусора вымел… Здорово-то как! В голове возникла картинка каких-то линий, цветных лент, пятен, которые связывали меня и других людей. Потом часть этих линий или лент исчезло, втянулось… Образ был слишком мимолетным, чтобы рассмотреть детали. Ладно, разберусь потихоньку.

Все-таки какое-то беспокойство я чувствовал, не все было гладко. Точнее, скорее желание, импульс… Да, f*n! Это же нормальное возбуждение! Я осознал, что недели три уже не делал медитацию равновесия. Как-то заучился, заработался, проклятье еще это… И девушки у меня сейчас нет, чтобы решить проблему традиционным путем…

Вздохнув, я побрел в свой уголок для самоанализа… Говорят, раньше для этого использовали туалет. Я попробовал представить себе – и содрогнулся. Неудобно же! У меня не было отдельной комнаты для медитаций, я организовал себе уютный угол возле окна спальни. Там был пол из настоящего дерева, и толстый хлопковый коврик. Я сел в сукхасану и начал постепенное расслабление. Почувствовал пальцы ног, слегка пошевелил ими, чтобы воспринимать каждый в отдельности… Удобнее релаксировать лежа, но мне нужно было поймать промежуточное состояние между мягкостью и сосредоточением. Я начал поднимать свое внимание вверх, от ступней ног, выше, к тазу, животу…

В этот момент мимо окна с шумом пролетела птица. Да, f*n! Всю сосредоточенность как ветром сдуло. Ладно, начну сначала.

У меня не получалось успокоить ум, ну ни как. В первый раз такое. Организм бунтовал и требовал совсем не медитации. Я не привык сдаваться, но тут во входную дверь постучали. Я уже знал этот звук, так почему-то предпочитала заявляться соседка Татьяна. С облегчением я встал с коврика и направился открывать.

Это действительно была она.

– Привет, Саш! – поздоровалась Таня.

– Заходи! – я открыл дверь пошире и отошел с прохода.

– Ты прямо-таки сегодня меня радостно встречаешь, с энтузиазмом – улыбнулась девушка. – Соскучился?

Я задумался на мгновенье.

– Знаешь, есть немного… Ты меня спасла сейчас. Я мучительно пытался загнать себя в саморегуляцию, у меня не получалось, а тут – ты. Вовремя!

– Ааа – немного разочарованно отреагировала Таня. – Кстати, по поводу саморегуляции… я тебе нравлюсь? – внезапно с вызовом спросила она.

– В каком плане? – я растерялся.

– В том самом… Которого ты застеснялся – как-то хитро улыбнулась девушка.

Я, преодолевая смущение, внимательно посмотрел на Таню. Прислушался к ее «запаху»… К фиалкам и полыни, которые я ощущал в прошлые встречи, добавилось что-то сладкое, фруктовое… Она, вообще-то, еще при первом знакомстве мне понравилась. Что-то в ней было такое… Не худышка, не фея тающая, – крепкая, но изящная… Упругую грудь девушки мягко облегала тонкая ткань домашней туники... Разглядывание закономерно привело меня к определенной физиологической реакции.

– Нравишься – ответил я и почувствовал, что краснею.

– Да вижу – просто обозначила она. – Я тоже не смогла войти в расслабление. Смотри, как совпало. Я подумала, зачем мне на себя давить, когда у меня есть симпатичный сосед – Таня снова улыбнулась и стала выглядеть удивительно милой.

Школьная инструкция самоанализа на такие случаи начала автоматически прокручиваться в голове. «Нравится ли девушка?» Еще как! «Представь себе, что ты стал отцом ее ребенка, ведь это может случиться. Представь себе, что ты теперь с ней связан на всю жизнь, даже если вы не будете жить вместе, иногда общаться придется. Как тебе это?» Я представил. Нормально. «Готов ли ты часть своей жизни посвятить ребенку? Достаточно большую часть» Я не знал, готов ли я. Но отвращения мысль не вызвала. «Все еще чувствуешь возбуждение?» Хм… Да!