– Привет, Ма!

– Hej («привет», швед.), Сашлинг, ты… Vad i helvete tänkte du på? («О чем ты вообще думал, черт подери?», швед.)

– Да все со мной нормально, только было /очень-очень страшно, это ужасно, не контролировать тело, не верится, что какая-то hynda («с*ка», швед.) хотела меня убить, чуть не сдох /, тьфу, ма, не слушай, все хорошо! Это нейро все искажает!

Мне было очень стыдно, но я не мог справиться с мысленной речью, эмоции перехватывали управление и выдавали не то, что я бы хотел сказать.

Мать хмыкнула:

– Ха, да, искажает, как же. /F*n! («черт», швед.) Кто мог тебя проклясть? /Что за гадское средневековье!/

Похоже, мама тоже не очень пока освоилась с мыслеречью.

– Ма, возьми себя в руки, а то мы не сможем поговорить. Да, кажется, меня кто-то проклял, но с меня уже почти все сняли, я практически в безопасности. Меня лечила целительница, еще магбезопасность обо мне заботится, тут классный специалист, он во всем разберется.

Фух. Я аж вспотел, так пришлось сосредоточиться, чтобы это все сказать, и не ляпнуть ничего лишнего. Ну, почти получилось…

– Я вылетаю к тебе. Точнее вылечу чуть позже, я тут в /långt, långt, åt helvete långt («далеко, далеко, к чёрту в ад, далеко», швед.)/ Сибири, жди завтра-послезавтра. Звони хотя бы раз в день!

– Хорошо!

Конец связи.

Ничего удивительного, что мама позвонила так быстро. Она у меня записана в социальном профиле, как первый близкий. Наверняка, как только вызвали магбезопасность, ей тоже ушло сообщение.

Теперь стоит ждать звонка от сестры. Ей никогда ничего специально не сообщают, но она всегда все знает. Понятия не имею, откуда. Зато наш папа ничего вокруг не замечает, пока его носом не ткнешь…

Раздался звук открывающейся двери. Пришел обещанный помощник. Представился Семеном, сразил меня «ароматом» молодых листьев тополя. Все время напоминаю себе, что эти запахи не совсем настоящие, кроме меня их никто не ощущает.

Виктор с Игнатием сразу встали и направились к выходу.

– Все, оставляем вас в надежных руках – успокоил следователь, и они вышли.

– Мне нужно собрать все необходимое, чтобы начать снимать проклятие с парня – сказал Виктор Худой следователю. Мякиш сидел на водительском месте служебного авто, но за руль не держался. Автопилот отлично справлялся с вождением.

Мужчины ехали к восстановленной Кнайпхофской ратуше – зданию магбезопасности. Ну ладно, не целое здание у МБ, а один этаж. А если честно, то половина этажа. Если от лестницы и направо, коридор закрыт перегородкой с дверью. На двери висит табличка «Отдел Магической Безопасности города Королевец». Остальные помещения занимает мэрия, Управление Внутренних Дел и еще несколько контор. Когда основную массу информации обрабатывает ОИ (Организационный Интеллект) – не нужно много чиновников. И если все можно оформить через сеть – нет необходимости в многочисленных офисах. А если при этом в стране, да и во всем мире, еще и мало людей…

Королевец – это столица Северо-евразийского союза. Бывший Калининград, он же Кёнигсберг, он же Твангсте. В период кризиса реальности, когда куски территорий вместе с людьми исчезали и появлялись, Видящие искали способы стабилизировать вероятности. Кому-то из сенсов пришла идея группировать людей по схожести систем ценностей. Несколько стран, которым Видящие настоятельно рекомендовали создать союз для взаимного усиления, долго выбирали столицу и остановились на Калининграде. Почему-то, когда решили делать город столицей, выбрали название Королевец. Но живет в нем не король, а Правитель – так банально – тот, кто правит, воплощает исполнительную власть в данном случае. Иногда в этом городе и живет, когда не путешествует. Еще в Королевце время от времени заседает Большой Этический Совет, если решает собраться офлайн.

Полицейские (соседи по зданию) иногда дразнили магбезопасников «убийцами призраков» и «стражами тьмы» по примеру героев модных сериалов. Особенно доставалось нескольким молодым экстрасенсам, которые служили в МБ. Но ребята не особенно обижались, условия были хорошие, к тому же, это было интересно. Хотя и не так, как они ожидали – больше отчетности, чем чудес.

Виктор Худой сидел на пассажирском переднем сиденье и думал, как эффективней помочь проклятому студенту. Планы того, как ловить проклявшего, решил отложить. Пока идей не было. Через некоторое время он сказал вслух:

– Соберу все нужное в кабинете, потом надо будет с Александром в лес ехать.

– Сам будешь заниматься? А то ведь лучше бы передать служителям церкви, если он принадлежит какой-то конфессии… – засомневался следователь. Затем он повернулся, потянулся рукой к заднему сиденью, взял планшет, ввел код и подключился к базе данных.

– Александр Сторонин, 23 года, тип души не установлен…

– Как, не установлен? Так же не бывает? – Виктор посмотрел на следователя.

Игнат раздраженно пробурчал:

– Бывает.

Потом продолжил:

– Александру повезло трижды. Во-первых: если бы к университетскому фельдшеру не пришла в гости знакомая целительница… «Берегиня» с нейроинтерфейса, конечно же, отправила сигнал ближайшей медицинской бригаде, но там реально нужен был именно целитель! Во-вторых: если бы проклятье сработало чуть дальше, а не прямо у входа в университет… И, в-третьих, если бы студенты не озаботились немедленно тащить парня к доктору…

– Да… Такое себе везение… - усомнился маг и замолчал: отвлекся на рассматривание Королевских ворот, мелькнувших за окном автомобиля.

– Сохранились аж с 19 века! – гордо сказал Мякиш, заметив интерес Виктора. Следователь родился и вырос в Королевце и был столичным патриотом.

Худой оторвал взгляд от окна и вернулся к теме расследования:

– Просканировал я студента. Хорошо, хоть целительница смогла сразу притормозить проклятье и остановить утечку жизненной силы. А то ведь помер бы парень! И нехорошо помер! Однако на событийке повреждение еще осталось... Ему бы поостречься маленько, а то пропадет. Я, пожалуй, сам его почищу от негатива, боюсь передавать кому-то, время терять… А вообще – это очень-очень странно. Проклятье – это не порча, это его кто-то талантливый в магии, даже если и не обученный, должен был сильно ненавидеть.

Игнатий с сомнением покачал головой:

– Ннда… Не похож он ни на злодея, ни на подлеца.

Следователь посмотрел вперед, на дорогу. Машина остановилась на светофоре. Электродвигатель работал тихо, окна были открыты, чтобы пускать весенний воздух. Внимание мужчин привлекла громкая ссора парочки на тротуаре перед переходом.

– Да езжай ты уже к своей мамаше, видеть тебя не могу! – громко кричал мужчина.

– Ну и поеду! – пронзительно заорала женщина. Потом решительно повернулась и направилась через дорогу. Мужчина в отчаянии махнул рукой и побрел вперед по своей стороне.

Цвет сигнала сменился на зеленый, и автомобиль начал набирать скорость. Вдруг он резко затормозил. Мужчины впечатались в натянувшиеся ремни безопасности. Разругавшийся с подругой парень видимо передумал и, перемахнув через невысокую ограду, рванул через дорогу за своей любимой.

– Галя, постой, погоди! – орал он на всю улицу.

– Вот же… чудак! Чтоб тебе баба не дала! – в сердцах выругался Виктор, чувствуя, что от ремня может образоваться синяк на груди.

Следователю показалось, что после этих слов в салоне на мгновенье потемнело.

«Мерещится» – подумал Игнат.

Все авто, хоть и с трудом, но успели пропустить бегущего. Благо, их скорость после остановки на переходе была еще невелика. Мужчина догнал подругу и попытался удержать ее за руку.

Женщина вырвала руку. Парень шел за ней следом и, уже тихо, что-то говорил. Но, по-видимому, обида Гали была сильная, слова не помогали.

– Вот же, не удержался я, нажелал – с досадой сказал Виктор, когда парочка осталась позади.

Игнат хмыкнул, немного помолчал задумчиво, потом вернул внимание к планшету: