– Мортидо – это стремление к разрушению, покою и смерти – Уваров читал лекцию слегка гнусавым голосом. – Мортидо и либидо – это как две стороны одной медали. Либидо, как вы уже знаете, — это энергия любви: и про секс, и про стремление к развитию, творчеству и удовольствию.

Пока преподаватель слегка задумался, я посмотрел на часы. Сейчас будет гонг. И точно – долгий металлический звук объявил конец занятия.

– Посмотрите мою лекцию про мортидо в записи самостоятельно – облегченно закончил Уваров и направился на выход. Студенты тоже засобирались. Нас было не много, только те, кто выбрал спасаться от «дикости» на лекциях офлайн. Такие занятия – практически единственный способ живого взаимодействия, который меня устраивает. Более-менее. Так-то я предпочитаю общаться, работать, да и учиться онлайн. Дома себе организовал полноценный терминал виртуальной реальности: с самой современной контактной сеткой, она на теле практически не ощущается, с удобным пространством для движения в любую сторону. Пока что я зарабатываю на жизнь настройкой ИИ-агентов под локальные задачи. А вот психология... Чем-то она меня заинтересовала.

После лекции я, как обычно, прислушался к себе: «зазвенит», не «зазвенит»? «Когда находишь свое, ну свое, настоящее… То, чем готов заниматься всю жизнь… Это как будто в душе звенит струна! Это трудно передать словами…» - вспомнил я слова наставницы. Вот уже неполные два десятка лет я пытаюсь услышать эту струну. Как в мои шесть лет тетя Зима – Земфира Рашидовна – рассказала мне о поиске мастерства, так и ищу. Вот сейчас решил проверить психоанализ. Мое или не мое?

Из концентрации меня вывел сильный запах женских духов. Переговариваясь с подругами, плавной походкой мимо меня к выходу из аудитории прошла Светозара. Кончики шелковистых рыжих волос скользнули по моей щеке, когда девушка энергично отрицательно покачала головой в ответ на какое-то предложение соседки. Весь психоанализ вылетел у меня из головы, кроме одной ироничной мысли: «не знаю, как с мортидо, а с либидо у меня все ок».

Следом за всеми я тоже вышел из здания факультета. На улице ярко светило солнце, цвели нарциссы на клумбах, пахло молодыми весенними листьями и влажным выхлопом водородных двигателей. Я-то на учебу предпочитаю ездить на электромобиле, но некоторые студенты приезжают из пригорода, а там удобнее водород. Мой темно-синий «Ворон» стоял метрах в пятидесяти от входа. К нему я и направлялся, когда неожиданно потерял контроль над телом и упал на спину.

Я не мог пошевелиться и почувствовал ужас от своей беспомощности. Хорошо, хоть под головой оказался цветник, я ушибся, но не разбил затылок. Глаза встретились с небом, и оно – синее и глубокое – закрутилось над головой как виниловая пластинка в старинном проигрывателе. Вместе с небом закрутились чьи-то лица, потом было смутное ощущение, что меня несут.

***

Я пришел в себя в медблоке универа, на кушетке. Чуть поодаль, у окна, рядом с дежурным фельдшером стояла статная женщина с толстой косой. У меня как-то странно работает мозг, он впечатления о человеке выдает в запахах. Я чувствую ароматы, которых на самом деле нет. Я понимаю, что это – не настоящие запахи, а… ну, воображаемые что ли. Раньше я думал, что у всех так, но оказалось, что – нет. Вот эта строгая красавица, например, «пахла» астрами и можжевельником. Она заметила, что я пришел в себя, обрадовалась и спросила:

– О, наконец-таки, Александр, как вы себя чувствуете?

Я прислушался к ощущениям. Неприятно: легкая тошнота, слабость, головная боль.

– Посмотрите вокруг себя, как видятся предметы? – снова задала вопрос женщина.

Я осмотрелся. Реальность была немного нечеткой, как будто во сне, когда все в любой момент может измениться. Фельдшер выглядел тусклым и серым, а женщина слегка светилась. И на груди у нее я заметил приколотый к блузе серебряный знак ладони. Служба государственных целителей… Неожиданно! Я до сих пор никогда лично с ними не встречался…

– Реальность плывет? – угадала целительница.

– Да, и вы светитесь – ответил я.

– Ничего, скоро все нормализуется. Меня зовут Ясина Панова – мастер Панова. Я – целитель, как вы уже, наверное, догадались. Ваше имя я узнала от студентов… А с вами, молодой человек, случилось неприятность… Вас прокляли.

Это было настолько странно, что я не смог воспринять объяснение всерьез. Такие вещи не происходят с обычными людьми. Где-то, с кем-то. В фэнтези, например. Или с кем-то, у кого душа категории выше «K», в смысле, кто сложнее «мечтателей», вот с ними такое могло произойти. Или с «драконами», которые любят власть и интриги. А я-то тут причем?

Последнее я сказал вслух.

– И, тем не менее, мне пришлось вызвать службу магбезопасности – со вздохом сообщила Ясина.

«Засада, однако» - подумал я. Настроение испортилось окончательно.

***

Физически я чувствовал себя уже неплохо, когда в медблок зашли два человека. Мрачный мужчина лет пятидесяти в коричневом мятом костюме. Он внезапно «пах» манной кашей. Вкусной ванильной манкой с оттенком чего-то еще… Более горького. Не успел распознать, как почувствовал второго. Тот как будто занял собою все пространство, стало неуютно. Дым костра, мокрое железо, прелые листья. Очень мощный и необычный «запах». Сам человек при этом выглядел совсем не солидно: невысокий, по сравнению со мной, длинноволосый парень в джинсах и толстовке. Кстати, кажется он и на самом деле пах чем-то таким. Странно.

– Следователь магбезопасности мастер Игнатий Мякиш – представился первый и протянул руку.

– Маг-эксперт мастер Виктор Худой – последовал за ним второй.

«Ничего себе, такой молодой, а уже – мастер» – подумал я. И тоже представился:

– Александр Сторонин. Подмастерье программирования пока еще.

По просьбе служащих магбезопасности я подробно рассказал все, что произошло. Они, прямо как в фильмах, спрашивали меня о разном. Например, подозреваю ли я кого-то. Мне даже стало смешно, когда я задумался на тему: «подозреваю ли я кого-то в том, что он меня проклял?» Как в сериал попал, честное слово.

Но потом мне перестало быть смешно. Вставая кушетки, я нечаянно оперся о стойку с лекарствами, она упала, один из флаконов разбился, я тоже упал на ровном месте и распорол ладонь об осколок. Vad tusan! («Что за тысяча!», швед. ругательство в приличном обществе) Никогда раньше не был таким неуклюжим. Даже стало стыдно. Маг, как будто услышав мои чувства, сказал:

– Это все проклятье. Здоровье Ясина успела залатать, а событийку она не умеет. Вам сейчас нельзя оставаться одному, надо вызвать подмогу.

– Справлюсь, – не согласился я – сейчас поеду домой, отлежусь. Все происходящее продолжало казаться мне нелепой ерундой.

– Поедет он… – саркастично пробурчал маг.

Потом я заметил, что маг Виктор сосредоточился, и по движению его губ я понял, что он звонит кому-то через нейроинтерфейс. Говорят, что есть люди, которые четко формулируют мысленно фразы, не помогая себе артикуляцией, но я пока таких не встречал. По нейро вообще сложно разговаривать.

– Сейчас приедет наш боец – закончив мысленное общение, уже вслух, сказал Виктор. – Наш Семен совершенно непробиваем по путям, он вас стабилизирует и побудет с вами какое-то время. Пока не предпринимайте ничего. Лучше вообще оставайтесь максимально неподвижным.

Пока мы сидели и ждали бойца Семена, я «услышал» в голове «громкую» фразу: «Вызов от мамы». Ма, как и я, общается по нейро для полной приватности разговоров. Хотя и сложно, да. Это ведь только кажется, что наши мысли текут строго последовательно. А на самом деле, одновременно идет множество потоков мышления на разных уровнях осознанности. И далеко не всегда мы думаем словами. Часто это – различные образы, например. Внутренний монолог обрывается, смешивается, переходит по ассоциациям. В общем, четко передавать информацию по нейро надо учиться. Лгать и притворяться при такой связи тоже практически невозможно. Поэтому большинство пока предпочитают общаться по старинке, звуком. Но не мы с мамой, как я уж сказал. Мама – шведка, поэтому сходу принялась ругаться по-шведски.