Там она достала походный рюкзак и начала лихорадочно собираться. Небрежно засунула все то, что ей показалось самым нужным, и поспешила к выходу из квартиры. – Ты остаешься здесь, Бонус! – по пути строго сказала она коту.

– Ну, ты куда, маленький? – беспомощно спросил отец.

– Оставь ее, пусть идет, – сердито отрезала мать – она сказала, же, что уже взрослая.

Ольга чувствовала себя ненужной и отвергнутой. Это было очень больно. И женщине хотелось, чтобы больно было не только ей.

Светозара молча надела куртку, подхватила рюкзак, гитару в чехле и вышла из дома.

– Оленька, ты абсолютно не права – категорично сказал Игорь, и его интонация противоречила ласковому обращению. Но за дочерью он тоже не пошел.

Я сидел с компанией у костра и смотрел на оранжевое солнце, которое краешком уже опустилось в море. Красота заката завораживала. Разговор затих, и все молча слушали шелест волн.

Лишь когда светило ушло за горизонт, Матти спросил:

– Так почему лес, в котором мы днем гуляли, называется «танцующим»?

– Помнишь те три большие кривые сосны, которые там старше всех? – спросила Вика.

– Даа, очень необычные деревья – согласился Матти. Как будто их кто-то в узел пытался завязать…

– Говорят, там раньше много таких кривых стволов было. Но растения живут не бесконечно, остались лишь эти три сосны... Так вот, из-за них и назвали лес танцующим. Еще давно, когда изогнутых сосен было много – в книге по истории края написано – пояснила Вика.

– Интересно… – медленно заговорил Ёжик. – Почему они так искривились? И почему молодые деревья ровные выросли?

– О, там много предположений было – с удовольствием отозвалась Вика на любимую тему. – И, считали, что из-за ветров стволы погнулись, и движение песков причиной выставляли… И гусениц обвиняли, которые на молодом растении верхушки портят. И геомагнитные поля приплетали. Что только не придумывали!

– А на самом деле? – я тоже не удержался от вопроса.

– Да кто ж его знает… – загадочно ответила девушка. – Не проверишь теперь уже. Жаль, что новые сосны растут обычными.

– А мне ровненькие нравятся – вмешалась Люси. – Красивые, параллельные, как в тетрадке по геометрии.

Разговор опять затих. На землю опустились сумерки, стал громче комариный звон.

Таня веткой прогоняла комаров, но через некоторое время удивилась:

– А почему они не кусаются?

– А это комары-звонцы – пояснила всеведущая Вика. Они только пищат, но не жалят.

– Все равно достали – с раздражением отмахнулся Артур. – Здесь же культурное место, почти парк, почему не изведут эту пакость? – со злостью сказал он. И продолжил:

– Нет порядка, нет нормального хозяина земле. Общее – значит ничье!

– Ну, не общая эта территория. Государственная. Зона ответственности Правителя – не согласился я.

– Оно и видно… – пробурчал негромко Артур.

– Ты что-то имеешь против Правителя? – с вызовом спросила Люси.

– Ничего не имею… Но он мог бы и получше за порядком присматривать – из принципа настоял парень. – Развел тут… либерализм! Законы эти дурацкие… – опять вспомнил больную для себя тему наследник сеньора. – Вот почему любая дура может лезть в политику со своими законопроектами? Что она может понимать в жизни доменов? Она же никогда не жила там!

– Ты про кого сейчас говоришь? – медленно закипая, спросил я.

– Про эту… Бригитту Хёгтун! Ну не идиотка ли? – все больше распалялся Артур.

– Эта идиотка, как ты говоришь, вообще-то – моя мать! – сообщил я резко.

Собеседник немного смутился.

– Я не знал, извини… Но это не отменяет сути моей претензии! – снова разошелся наследник. – Она ведь действительно ничего не понимает в государственном устройстве, раз предложила такую глупость!

– Да почему же глупость! – не выдержал Ежи. – Совершенно логичный шаг в развитии. Нельзя, чтобы люди зависели от неадекватов! Да, рискованно, да, придется как-то расформировывать домен, если нет нормального наследника, зато будет стимул искать вменяемого!

– А решать, кто вменяемый, а кто – нет, будет кто? Подопечные? – Артур столько снисходительности, или даже презрения вложил в последнее слово, что мне стало обидно за людей его феода. – Вот эти самые, – с апломбом продолжал будущий доминус, – которые за себя не хотят отвечать, поэтому и приняли защиту? Или вообще те, которые родились, выросли в подчинении… Они же физически не способны совершать поступки, ими руководить надо! – продолжал возмущаться Артур.

– Ну, что поделать. Придется им поднапрячься и решить, кому передать ответственность за себя – язвительно ответил Ежи.

– А почему ты думаешь, что Бригитта Хёгтун ничего не понимает в политике? – стараясь быть спокойным, спросил я. – Она, между прочим, мастер социологии и политологии!

– Теоретик – презрительно отозвался Артур.

– Практик! – отрезал я. – Она регулярно ездит в экспедиции в дикие земли, контактирует с изолированными сообществами, которые остались еще с кризиса. И с теми, которые позже образовались, а там, знаешь, какие персонажи встречаются? И она им помогает влиться в наш социум, стать нормальными гражданами.

– С дикарями привыкла общаться – опять излил презрение наследник.

– Тьфу на тебя, – не выдержал я. – Индюк высокомерный! Ишь, в рабовладельцы ему хочется!

– Это ты мне сказал? – прошипел Артур. – А ты готов за свои слова ответить?

– Мальчики, не ссорьтесь – беспомощным голосом попросила Вика.

– Ребят, да ну не стоит оно того – Матти привстал и попытался меня обнять за плечи. Но я сбросил его руку.

Ежи криво улыбался, похоже, все происходящее его забавляло. А Люси стояла и смотрела на наследника, сжав кулаки.

Таня тоже встала между мной и Артуром.

– Уууу – сказала она. – Времена идут, а самцы не меняются. Лишь бы померяться…

– Отойди, Танюш – искусственно спокойным голосом сказал я. – Нам таки надо завершить наш разговор… Он мою мать оскорбил, и не извинился. И продолжает… Выделываться…

– Я сказал правду! Я вообще не понимаю, что эта женщина делает в большой политике! – гневно выкрикнул наследник. – Она – не доминус, она не управляла большим социумом, как она может решать что-то про нас?

– Она и не решает. Решает все общество – спокойно ответил Ежи.

Но внутренний бунт Артура продолжал изливаться:

– И это тоже очень и очень глупо! Вы тут все корчите из себя специалистов, голосуете, вот и за этот закон проголосуете, а ведь вы ничерта не понимаете в управлении, как и эта Хёгтун!

– Хватит! – я рубанул рукой по воздуху. – Ты слишком много говоришь!

– Действительно – голос Наследника внезапно стал спокойным и холодным. – У тебя есть рапира? Хотя о чем я спрашиваю… Конечно, нет. Возьмешь мою.

Ежи вздохнул, включил смартпасс и сказал:

– Кризисная ситуация пятого порядка, у меня рейтинг 138, беру командование на себя, все согласны?

Артур удивленно посмотрел на Георгия, видимо не ожидал такого высокого статуса у парня. Но согласно кивнул. Никто не протестовал.

– Дуэль на холодном оружии… – проговорил Ежи в свой браслет. – Артур, где твои рапиры?

– В машине – ответил тот. – Благородные люди всегда должны быть готовы разрешить свои конфликты… – добавил он менторским тоном.

Ежи продолжил заполнять реестр происшествий, наговорил еще информацию, а потом взялся управлять процессом:

– Сбегайте кто-нибудь… Артур, открой, пожалуйста, багажник, они же там у тебя?

Наследник согласно кивнул и тихо проговорил команду машине.

Вика побежала к внедорожнику, потом вернулась, держа в руках длинный и явно не очень легкий чехол. Георгий выбрал почти круглую утоптанную площадку и принялся давать указания:

– Вот здесь будет позиция Саши. А тут – он перешел на противоположную часть площадки – Артура. Кто к кому в секунданты? Я, понятное дело, к Саше – снова невесело улыбнулся он и перешел на мою часть поля.