Однако Немин не зря был мастером психологии, по выражению лица женщины и по резко оборванной фразе он догадался о не сказанном.

– Мне жаль, что из-за наших со Светочкой чувств у вас были трудности… – мягко сказал он. – К сожалению, боюсь, что история еще не закончена, и социальные перипетии еще будут. Собственно, я сейчас – уже не совсем член Этического Совета – обозначил он свое положение и замолчал в ожидании реакции собеседницы.

– Да, мне уже сказала… одна особа… – начала говорить Ольга.

– Новости быстро разносятся в нашем обществе, даже приватные – покачал головой Аристарх, перебив ее.

– Что значит: «не совсем член Совета»? – заметила странную формулировку Светозара.

– Это похоже на академический отпуск у студентов – пояснил Немин. – Я частично компенсировал тот вред, который нанесли мои действия, Совет на закрытом заседании признал меня полезным и решил дать мне время на исправление моей души. Поэтому у меня есть 17 месяцев, весь этот срок я не имею прав и обязанностей советника, но формально им числюсь. Если же в конце этого периода я все еще не восстановлю свою способность осознавать дхарму, то вместо меня примут в Совет кого-то другого.

– Какой странный срок – удивилась Ольга, которая всю эту речь слушала с ошарашенным видом. Сама идея, что член Большого Этического Совета может принести какой-то вред, совершить что-то плохое, была для нее трудно приемлема.

– Это связанно со способностью Совета обходиться меньшим числом людей в нем – ответил Аристарх на фразу о времени «отпуска». – Не важно, почему, поверьте, срок обоснован.

– У вас было еще одно заседание? – снова вернулась к конкретике Света.

– Да – ответил Немин. – Мы постарались, чтобы информация о нем не распространялась. – И вас я очень прошу не рассказывать обо всем, что я тут говорю – советник пристально посмотрел в глаза Ольге.

Она в ответ только кивнула. Для Сурецкой-старшей было совершенно очевидно, что она все это слышит исключительно потому, что является мамой Светозары. Чем-то дочка вызвала доверие и уважение этого «высоко летающего» политика. «Высоко летающего и громко падающего» – сыронизировала женщина мысленно, потому, что в «Слухах и сплетнях» очень много было разговоров о «падении» Аристарха и совершенно немыслимых предположений о причинах всего этого.

– И что ты собираешься делать? – требовательно спросила Света у своего мужчины.

– Я как раз хотел попросить тебя помочь мне составить план. Чуть позже, хорошо? – мягким голосом попросил Немин.

– Конечно – согласилась девушка, поняв, что такие вещи лучше обсуждать наедине.

Ольга внимательно наблюдала этот обмен репликами и успокаивалась. Ее очень волновало то, что дочка стала временной игрушкой зрелого ловеласа, но, кажется, все не так плохо…

***

Когда мама ушла, Света сказала Домовому убрать посуду. Потом немного понаблюдала, как из ниши в стене выкатился Тяпа и начал аккуратно складывать чашки в посудомойку.

– Ты его контролируешь что ли? – удивился Ари. – Хэлперы – одни из самых старых, обученных роботов, практически не ошибаются.

– Мне нравится за ним смотреть – ответила девушка. Очень точные движения, все выверено… Люди в большинстве своем так не умеют…

– Ну почему же? – не согласился Аристарх. – Мастера, которые руками работают, практически не уступают машинам в точности.

Светозара вздохнула, и решилась задать неприятный вопрос:

– Ари, скажи, а что стало с тем парнем, который случайно убил деграданта? Я про тот случай, когда ты не смог увидеть дхарму?

Мужчина помрачнел.

– Вместо меня к нему поехал Арсений, у него в тот момент была возможность… Я узнал продолжение истории у него. Меня это мучило… Понимаешь?

Света кивнула и сочувственно погладила Ари по плечу.

– Ты же помнишь, что там случилось? – спросил мужчина. – Я тебе потом все в деталях рассказывал, ты просила…

– Да… Вроде… В фермерской общине на реабилитации был «потерявший путь» Тихон… – начала вспоминать девушка. – Он, судя по всему, продолжал деградировать: пил и приставал к чужой жене… Маше, кажется… А у нее муж – Петя – тот еще ревнивец, дрался несколько раз на кулачных дуэлях с Тихоном, бил его, но тот все равно лез. А потом ночью этот подлец опять попытался забраться в окно, в супружескую спальню, думал – там нет никого, кроме женщины, а оказалось, что муж вернулся раньше.

– Да, так и было. Разъяренный Петя толкнул поганца, а тот стоял неудачно и выпал в окно. И умудрился сломать позвоночник – возмущенно добавил Аристарх. – Совершенно идиотская гибель человека! В общем, Арсений по «мирской» специальности – наставник, он привык всех воспитывать. И здесь его учительская натура проявилась.

– Каким образом? – спросила Света.

– У погибшего Тихона родители есть – стал рассказывать мужчина. – Их фамилия – Пелюгины, они живут в сером районе, давно отказались от попыток что-то изменить в своей жизни. Так вот, мой коллега дал семье – Пете и Маше – задачу, вытащить Пелюгиных хотя бы в оранжевую страту. Если справятся – вернут половину потерянного рейтинга.

– А вторую половину? – поинтересовалась девушка.

– А вторую задачу Арсений дал всей общине, потому, что она не справилась с реабилитацией Тихона. У них по субботам танцы в клубе, теперь Маша с Петей год обязаны посещать каждую вечеринку без исключения, и все парни поселения должны по очереди флиртовать с Машей и приглашать её на танец. А дело Пети – держать себя в руках, глядя на это безобразие. Естественно, дальше флирта парням идти нельзя, никаких домогательств!

– Да, уж… – обескуражено отреагировала Светозара. – Бедная Маша итак натерпелась, а теперь еще и все это…

– Насколько я знаю, Маша не в обиде, как ни странно… – задумчиво ответил Аристарх. Он внимательно прислушивался к себе, потому, что когда говорил о решении коллеги, почувствовал что-то такое… Такой знакомый отголосок ощущений… Очень слабенькое, едва заметное состояние согласия, гармоничности, справедливости… Не показалось ли? «Ладно, лучше отпустить, не передавить…» – решил мужчина.

Молекулярно-генетическая лаборатория была большим холодным помещением без людей. Вдоль стен стояли стеллажи-инкубаторы: глухие металлические крио-шкафы, внутри которых в микропланшетах хранились капсулы с образцами ДНК. Каждая ячейка была промаркирована QR-кодом.

Иногда в это царство техники заходили контролеры, но в штатном режиме все работало автоматически.

По скрытым магнитным дорожкам бесшумно передвигались «шаттлы» — маленькие платформы, которые перевозили планшеты с образцами от шкафа хранения к секвенатору (прибор, который «читает» ДНК).

Над столами и внутри шкафов быстро и точно работали робо-руки, которые тонкими «пальцами» аккуратно переставляли капсулы с биоматериалом.

Всю эту четкую упорядоченную работу фиксировало несколько камер. Казалось бы, что может пойти не так? Однако непонятное произошло.

Система как раз отрабатывала запрос из магбезопесности на анализ и сравнение генетического кода младшего и старшего Сторониных. И если образец Данила передвигался к секвенатору штатно, то в момент изъятия ДНК Александра манимулятор остановился. За мгновение до этого отключились камеры. Замер лазерный сканер.

Затем механическая «рука» включилась снова и переместила образец ДНК Саши в соседний планшет, который по магнитным дорожкам уехал вглубь криогенного шкафа.

Затем ИИ лаборатории взял пустую капсулу, и, используя встроенный автоматический принтер лазерной гравировки, нанес на нее штрихкод поступившего образца.

После этого заполнил её синтезированным раствором ДНК с «правильным» профилем, который идеально удовлетворит контролеров. По этому результату получалось, что Александр Сторонин – конечно же сын Даниила Сторонина, а еще – нормальный парень 23 лет, без вредных привычек (не оставили следа в организме), проживающий в области Королевца (по остаточным маркерам воздействия тяжелых металлов, диеты или специфического климата), не перенесший большого стресса, и много других подробностей.