Последнее очень заинтересовало мага. Он вскинулся и спросил:

– А что сейчас с этой девушкой?

– А что с ней должно быть? – не понял следователь.

– Если она увидела проклятье, значит, у нее есть соответствующие способности, и она может быть источником. А после того, как мы негатив сняли, с большой степенью вероятности, проклявшему стало плохо.

Пока Виктор говорил, Игнат смотрел сеть.

– Все нормально с ней. Сегодня выложила видео, где танцует перед зеркалом. Красиво, между прочим – следователь протянул планшет магу, но тот отмахнулся.

– Раз танцует, значит – не она.

Игнат дал задание ИИ просмотреть текущее состояние всех свидетелей.

– Тут один студент заболел, аж скорую вызывал. Поговорю-ка я с ним.

Через полминуты в воздухе появилась подвижная голограмма унылого парня в пижаме. Объемное изображение удачно расположилось так, что юноша казался перенесенным вместе с диваном в кабинет следователя. Игнат обратился к «гостю»:

– Клаус, еще раз прошу прощения, что вас беспокою. Как вы себя чувствуете?

– Отвратительно.

– А что с вами случилось?

Парень шмыгнул носом, а потом громко высморкался.

– Аллергия, внезапно, как сказала врач. Никогда не было раньше. На цветение ольхи, предположительно. Пока анализы делают еще. Чуть не задохнулся сегодня ночью. Нос заложен, горло зудит. Врач удивилась такой бурной реакции. Сейчас уже проходит потихоньку.

– Сочувствую – достаточно искренне сказал следователь. – Вы позволите задать вам несколько вопросов?

– Задавайте – тяжело вздохнул Клаус.

– Вы знакомы с Александром Сторониным?

– Да, мы с ним вместе учились на курсе программирования ИИ-агентов.

Игнат внимательно смотрел на студента и увидел, что тот слегка скривился.

– Вы не любите Александра? – предположил Мякиш.

Клаус криво улыбнулся.

– Ну, как... Не то, чтобы не люблю… Скорее мне он безразличен.

Следователь видел, что студент лукавит, не безразличие там было, а вполне себе злость и обида.

– Что между вами произошло?

Клаусу явно не хотелось рассказывать. Но он все-таки ответил:

– У нас был общий учебный проект. Мы настраивали агент для управления метео-зондами. Нужная тема для синоптиков. Мы его почти дописали, но перед самым финишем Сторонин слился. Сказал, что ему не интересно.

– Ну и что? – не понял Игнат. – Результаты-то вам остались?

– Да, конечно, остались… Но я не смог сам дописать проект.

– Почему? – совсем уже потерялся Мякиш.

Клаус молчал. Следователь смотрел на парня долго, пока не понял, что тому – стыдно.

В результате продолжения диалога выяснилось, что основные идеи в проекте были Сашины, задача была сложная, и Клаус скорее помогал, чем равноправно участвовал. И не справился в одиночку в конце. В результате проект не зачли, и студенту пришлось брать новую задачу с нуля, ту, которая ему уже была по силам. Естественно, он обиделся на партнера, который его подвел. А еще почувствовал себя униженным, как будто его ткнули в его недостаточную компетентность.

Игнат понимающе и сочувственно покивал головой и спросил:

– А дня три назад вы пересекались с Александром? Были ли какие-то эмоционально-заряженные ситуации?

Клаус задумался.

– Вы думаете, что это я проклял Сторонина? – спросил он, сердито глядя исподлобья.

Мякиш мысленно выругался. Все уже знали о проклятьи, и ничего с этим не поделаешь! Но вслух следователь спокойно ответил:

– Я рассматриваю такую вероятность.

– Я его не проклинал. Мы с ним столкнулись в столовой, он меня не заметил и разлил на меня компот. Я, конечно, разозлился и высказал ему, но он извинился. Было видно, что он не нарочно. Просто мне… трудно его видеть. Он мне напоминает о моем провале.

– Огромное спасибо вам за искренность – горячо поблагодарил следователь. – Но все-таки, что вы чувствовали в момент столкновения?

– Думаете, я его неосознанно проклял? – спросил студент. – Ладно, попробую вспомнить…

Клаус какое-то время молчал, потирая лоб рукой.

– Сначала это была вспышка злости. Мне его захотелось ударить, еле удержался. Потом мне было стыдно. Потом захотелось уйти и спрятаться. Мне казалось, что все смотрят на меня. Я и ушел, не поев. Уехал из универа домой, там бил грушу – тренажер. Через пару часов отпустило. Скажите, а что было бы со мной, если бы я проклял Сторонина?

Игнат сомневался, отвечать или нет. Но решил ответить.

– Если бы вы прокляли Сторонина… Если бессознательно, то вам пришлось бы или блокировать магию или ей обучаться. Чтобы вы знали свои силы. И, пожалуй, Вы бы стали должником Александра. Втроем с помощником по этике решили бы этот вопрос. Но это – мои предположения. Мое дело разобраться в ситуации, а дальше решает комиссия по этике.

– А если сознательно?

– А если сознательно, то блокировка без вариантов. И, с большой степенью вероятности, вас отправили бы в общину. Вы – верующий человек?

– Да, я протестант.

– Значит, скорее всего, какое-то время жизни в удаленном районе с вашими собратьями по конфессии, которые занимаются этической помощью. А еще, как вариант, кто-нибудь мог бы вызвать вас на поединок. Например, сам Сторонин, или кто-то из его родных и друзей.

– Даже так? – удивился студент. – Хотя, да… есть же такая практика… Трудно это к себе применить…

– Хорошо, Клаус, спасибо за разговор, я вам сообщу, если будет что-то касающееся вас… Ну и вы, пожалуйста, позвоните, если что-то еще вспомните.

– Ну, вы же уже не думаете, что это – я? Что я проклял Сашу? – вскинулся студент.

Следователь, наконец, обратил внимание на машущего руками Виктора. Виктор обрадовался и стал так сильно отрицательно качать головой, что та чудом не отваливалась.

– Скорее нет, чем да. Не думаю – ответил Игнат Клаусу. – Но вы пока не уезжайте никуда из города.

– Хорошо – согласился парень и вышел из диалога.

***

Как только голограмма погасла, Виктор начал говорить:

– Я смотрел на него. Не смог бы он никак, нету у него столько силы. Сразу было еще не понятно, но ты правильные вопросы задавал, он раскрылся, и я смог разглядеть.

– Прямо по голограмме все увидел?

– Не по ней, она – лишь канал для направления восприятия, не грузись, это мои профессиональные тонкости.

– Подпишешь документ? Компетентное мнение специалиста? – уточнил Игнат.

– Конечно! Тут все очевидно.

Маг показался Мякишу каким-то странным, толи напряженным, толи смущенным.

– Какой-то ты не такой, как обычно… – озвучил свои наблюдения следователь.

– Да не выспался я совершенно! – преувеличенно эмоционально воскликнул маг. – Сначала готовился к обряду, потом шаманил, знаешь, какая это нагрузка и стресс?

Игнат лишь понимающе кивнул.

– В общем, пойду я… отдыхать – с нажимом сказал Виктор, попрощался и ушел.

Следователь еще некоторое время невидящим взглядом смотрел на закрытую коллегой дверь.

– Чего это с ним? – спросил он сам себя. Потом пожал плечами и углубился в отчет ИИ.

«Иногда люди могут получать информацию о мире не только через обычные органы чувств. У кого-то это получается достаточно часто. В разные времена их называли по-разному. Например: экстрасенсами, магами, видящими, сенситивами, оракулами и так далее. Некоторые из них писали книги, делились опытом и своими теориями. Мы предполагаем, что многие древнегреческие философы были Видящими, хотя и сомневались в своих прозрениях. Например, Сократ, Платон и Аристотель заложили основы традиционного понимания души. Их предположения о строении тонкой составляющей существ и мира во многом соответствуют современным прогрессивным наработкам душеведения. Сократ считал, что душа связана с нравственностью. Платон выделил составляющие: логистикон (разум), тимоидис (эмоции) и эпитиметикон (стремление к физическим удовольствиям). Демокрит Увидел, что душа есть у всего, даже у камней».